Чтение онлайн

– Как я мог? Я же слушал твои излияния, - хмыкнул Волков.

– Тогда я советую глянуть и прикинуть, что видео примерно такого же содержания, - отрезала Павлова и отключилась не прощаясь.

Он с минуту смотрел на потухший экран телефона, после чего зло выругался и залез в меню. Найдя папку с сообщениями, открыл последнее входящее, отправленное ему вовсе не с незнакомого номера и едва не разбил телефон о приборную панель.

– Суки, - выплюнув это слово, Алексей решительно вышел из машины, хлопнув дверью и снова включив сигнализацию. Уверенным шагом он отправился обратно к подъезду, даже примерно не представляя, что будет делать и как говорить с Юлей, а тем более вообще не понимая, как ей объяснить всё происходящее.

С другой стороны, особого выбора как такового нет. По какой-то непонятной ему самому причине, понимание, что из-за него Соколовой будет очень больно, пусть даже и не в физическом смысле слова, заставляло искать любую возможность исправить это. К такого рода возможностям можно запросто отнести и навязывание собственного внимания. И плевать, что ей это не нравится, и она этого не хочет!

Подойдя к железной двери, остановился, пытаясь сообразить, как ему попасть в подъезд. Если Алексей прав, то в данный момент, Юля как раз должна была или успокоиться или всё ещё пребывать в истерике, а значит, она его в дом точно не пустит. Рассеянно похлопав себя по карманам, с сожалением признал, что снова оставил курево в машине, зато обнаружил кое-что куда более интересное. Ключи. Причём явно не от его квартиры...

После нескольких минут размышлений, мозг соизволил выдать ответ. Информация о том, что ключи принадлежат Соколовой и были нагло прихвачены им на автомате с зеркала в её прихожей, подняла настроение на несколько пунктов от плинтуса. Теперь вопрос возможности проникновения в её обитель отпадал сам по себе. А это не могло не радовать, учитывая обстоятельства.

Быстро зайдя внутрь и поднявшись на нужный этаж, Волков не останавливаясь рванул на себя уже до боли знакомую дверь и закрыл её за собой на замок. Коротко выдохнул и постарался успокоиться, но услышав тихое всхлипывание пополам со смехом из кухни, плюнул на все свои попытки найти душевное равновесие и рванул на звук, слыша, как стук собственного сердца отдаётся в ушах и дыхание с трудом поступает в лёгкие сквозь сжатые зубы.

Девушка сидела на табуретке, возле окна, забравшись на неустойчивый предмет мебели с ногами, обхвати колени руками и уткнувшись в них носом. Он мог бы поклясться, что по её щекам текли слёзы, но вместе с тем она тихо смеялась, словно ничего не могла поделать и остановить это было не в ёё силах.

Алексей судорожно сглотнул. Она казалась такой беззащитной и слабой, хрупкой и слишком уязвимой. На столе перед ней лежала раскрытая раскладушка с давно погасшим экраном. На всю небольшую кухоньку играла какая-то зарубежная группа. Волков мог бы поклясться, что вряд ли слышал её, хотя отдавал предпочтения року в музыкальных пристрастиях.

– Юль, - тихо позвал, не решаясь подойти ближе.
– Ты в порядке?

– В полном, - наигранно весело отозвалась Соколова, даже не подняв на него глаз. Она как будто и не видела, кто стоит перед ней, только медленно покачивалась из стороны в сторону. Как Юля ещё не упала на пол, не понятно.

– Тш-ш-ш, малышка, - тихо прошептал, подойдя к ней и присев так, что бы видеть её лицо, выражавшее одновременно боль и веселье.
– Успокойся, я всё исправлю.

– Что именно?
– Девушка неожиданно стала совершенно серьёзной, но только на мгновение, в следующую секунду, она рухнула с табуретки прямо на него, повалив на пол и колотя его кулаками по обнаженной груди, так как на рубашке отсутствовали пуговицы и её полы просто разошлись в сторону от резкого движения.
– Ненавижу! За что вы так со мной?! Что я вам сделала?!
– Юля сорвалась на крик, закрыв глаза, и из-под крепко сомкнутых век с новой силой брызнули слёзы, катясь по щекам. Её губы искривились в болезненной, злой и циничной усмешке.
– Если бы я могла, я бы хотела вас никогда не знать и не помнить! Я готова вышибить себе мозги, если это гарантирует мне жизнь без вас или без памяти о прошлом! Вы этого хотите? Моей смерти?! Тогда вам просто надо было бы попросить!

Волков молчал. Он просто крепко обнял её, прижимая к себе и не давая возможности вырваться. Насколько он не любил женские слёзы, настолько хорошо и понимал Юлю. Девушке надо было выплакаться, просто жизненно необходимо. А потом они всё обсудят. Обязательно обсудят. И эти идиоты поплатятся. Уж что-то, а мстить он тоже хорошо умеет!

Юлия.

Не люблю плакать. Особенно много и с криками, напоминающими вопль смертельно раненного зверя. Такой способ выразить своё состояние - не для меня. К сожалению, я предпочитаю воткнуть в уши плеер, закрыться в комнате и сжаться в комок, смотря широко раскрытыми глазами в одну точку и беззвучно роняя скупые слёзы. Это всё, на что может расщедриться мой организм.

Но сегодня вышел особый случай, который заставил меня расплакаться впервые у кого-то на груди. И ладно бы это был кто-то из моих подруг, такое вполне нормально для нас, девочек. Только у меня видимо понятия "нормально" не существует ни в словаре, ни ещё где-то, потому что моей "жилеткой" на сегодня стал Волков.

Я прижалась к его груди и плакала, вздрагивая, всхлипывая и размазывая сопли по лицу. Ревела, как маленькая девочка, чувствуя, что он гладит меня по волосам, плечам и спине, крепко прижимая к себе. Алексей молчал, но так было даже лучше... Любое слово могло спровоцировать новый виток истерики, поэтому его молчаливое утешение, с надёжными и уютными объятиями были куда полезнее.

– Что я вам сделала?
– Тонко всхлипнув, снова спросила, крепко зажмурив глаза и обхватив его руками за талию.
– Зачем вы так со мной, а? Я же не всесильная... Я совсем не сильная...

– Тш-ш-ш, - тихо прошептал он, крепче обняв меня и уткнувшись носом в мои волосы.
– Успокойся, малышка. Всё будет хорошо.

– Я устала быть спокойной, - тихо прошептала, уткнувшись носом в его шею. Рыдания сходили на нет, и у меня получилось более или менее успокоиться. Впрочем, легче после слёз мне не стало. Пресловутое заблуждение в который раз не сработало в моём случае.
– Я устала быть всепрощающей и милой, доброй, отзывчивой! Я просто устала... Каждый раз, когда пытаюсь вас простить, случается что-то такое, что лишь укрепляет все негативные чувства в отношении бывших одноклассников.

– Юль, тебя никто не заставляет быть кем-то другим, - он глубоко вдохнул и невесомо прошёлся пальцами по моей спине, вызвав дрожь во всём теле и волну мурашек, радостно промаршировавших за его рукой.
– Будь собой, а? Это же не так сложно, как кажется...

– А я, по-твоему, не пробовала?
– Так же едва слышно спросила, решившись наконец-то поднять на него глаза.

Волков смотрел на меня чуть задумчиво, с долей нежности и ласки. На его лице блуждала лёгкая, немного печальная полуулыбка, в которой вроде было так много всего и в тоже время, прочитать по его виду, что же он думает, не представлялось возможным. Во всяком случае, сейчас у меня не было ни сил, ни желания о чём-то думать.

Как так вышло, что я потянулась к его губам - не имею понятия. Но почему-то мне жутко захотелось, что бы он меня поцеловал, почувствовать его тепло и надёжности, уют в крепких, сильных объятиях.

Он с готовностью перехватил инициативу, стоило мне нерешительно замереть в нескольких миллиметрах от его лица, глядя ему в глаза. Перевернувшись так, что я оказалась снизу, Алексей нежно коснулся моих губ, что бы спустя пару вдохов это прикосновение сменилось жгучим и страстным поцелуем, заставляющим гореть в огне лихорадочного желания. Но мы оба понимали, что кухня не самое подходящее место для того, что бы воплотить свои фантазии, да и не время сейчас. Поэтому горячее пламя сменилось тёплым, согревающим огоньком, дарившим тепло и ощущение безопасности, что было так мне необходимо в данный момент.