Чтение онлайн

— Не стоит благодарностей, князь. Этих злодеев надо ставить на место, и я рада служить моей поруганной стране.

— Мама, папа, у меня новость. Я нашел работу.

— Владичка, мы тебя поздравляем. Что за работа?

— Я теперь журналист. Вот, — Влади протянул Мати три страницы, — читайте. Завтра это появится в газете. Текст уже набран. Это — моя первая статья.

Как сообщает наш специальный корреспондент:

«Вчера в отеле «Mediterranee Palace» во Фрежюсе на Ривьере были арестованы два молодых офицера бывшей Добровольческой армии генерала Деникина. Оба были вооружены. Оба имели нансеновские паспорта, выданные в 1925 году. Как сообщил начальник полиции Фрежюса, оба принадлежали к группе «Братство русской правды». Это — недавно созданная монархическая, военная русская организация, в которой числится около 200 активных бойцов. В этом же отеле остановился бывший советский нарком иностранных дел г-н Жорж Чичерин. Чичерин ныне в отставке и прибыл во Фрежюс для прохождения курса лечения. Чичерина немедленно вывезли в Париж, а оттуда поездом в Москву. Предполагают, что двое прибыли в отель, чтобы захватить Чичерина в отместку за недавнее похищение на улице Парижа генерала Кутепова. В эти же дни в Советской России арестованы трое — Иннокентий Кобылкин, Евлампий Перелядов и Борис Олейников. Все они были вооружены и признались, что являются членами организации «Братство русской правды».

Влади Красинский. Фрежюс-Париж».

— Мама, ну что ты плачешь? Ну, я понимаю, прекрасно, что нашел работу. Но зачем рыдать? Все кончилось. Мы теперь будем жить нормально, как все.

— Да нет, ничего, Владичка. Это я так, просто голова болит. Поздравляю тебя, милый.

— Мне надо идти, мам. Я готовлю другую корреспонденцию. Купите завтра газету, но сегодня никому ничего не говорите. Это я вам по секрету показал, а вообще не вышедший еще номер — это редакционная тайна.

— Андрюша, не говори ему, что я замешана в истории с Чичериным.

— Конечно, родная. Зачем же ему все это знать?

— Я ведь хотела, как лучше. Жаль, что не получилось.

— Матюша, я думаю, самое лучшее тебе уехать на время к Борису в Биарриц, а то Бог его знает, как повернется дело, а вдруг полиция нагрянет. Я с ними и говорить не буду. Видно, кто-то из своих донес.

— Да, видно, кто-то продал. Ты прав. Я поеду на время в Биарриц.

— Андрюша, скорее, скорее, посмотри, что пишет наш Влади… я тебе прочитаю.

«Вчера в отеле «Соломон де Ротшильд» на улице Беррье в доме номер 11 на ежегодной распродаже книг писателей-участников войны был смертельно ранен президент Республики Поль Думер. 75-летний президент Думер скончался через полчаса после выстрела убийцы, которым оказался русский эмигрант Павел Горгулов. Пока что известно, что Горгулов был сыном крестьянина из Кубани. При аресте он заявил полиции, что представляет интересы 100 миллионов крестьян России и что «Франция во главе с Думаром не освободила мою страну». Убийца заключен в тюрьму Сантэ до суда. Если он будет признан виновным, ему грозит смертная казнь. 78 русских организаций направили в Версальский дворец письмо, что возмущены покушением и приносят свои глубочайшие соболезнования семье убитого государственного деятеля.

Влади Красинский»

На следующий день во всех парижских газетах появилось сообщение, что «Версальский дворец посетили с соболезнованиями Великие князья Борис Владимирович, его брат Андрэ Владимирович с супругой, бывший прима-балериной Императорского Мариинского театра в Петербурге, Матильдой Кшесинской и Великий князь Димитрий, замешанный в 1916 году в убийстве Распутина».

Мати и Андрей Владимирович были теперь очень хорошо осведомлены, что происходит в мире, так как в связи с переменами в судьбе сына заинтересовались прессой.

«14 сентября убийца Президента Думера Павел Гор— гулов был казнен в тюрьме Сантэ».

«В январе на всеобщих выборах одержал победу Адольф Гитлер, лидер партии национал-социалистов».

«Бежал из Берлина в Париж Сергей Алексеевич Соколов-Кречетов, основатель организации «Братство русской правды». Соколов-Кречетов активно приветствовал победу на выборах партии национал-социалистов в надежде найти финансовую помощь в борьбе с большевиками. Но он был масоном, а нацисты преследуют коммунистов, евреев и масонов. Г-н Соколов-Кречетов поселился в Нейи».

Кроме обывателей и просоветских элементов, большая часть русской эмиграции приветствовала победу на выборах в Германии национал-социалистов. Мати сразу сказала: «Нет».

— Хотя большевики у нас забрали все, я ненавижу этих бандитов. Он же клоун и абсолютный ублюдок, этот г-н Гитлер.

Андрей Владимирович ее полностью в этом поддерживал.

— Матильда Феликсовна, к вам посетители. Очень представительный господин.

— Нина Ивановна, он англичанин?

— С двумя девочками, Матильда Феликсовна…

— А, желает из детей балерин сделать. Пригласи его.

— Боже мой, мистер Хопкинсон! Как я рада Вас видеть. Заходите, садитесь. А девочек посадите сюда на диванчик.

— Мати, дорогая, вот я и нашел Вас. Это мои внучки Катрин и Надин. Их мама, моя дочь, живет в Париже. Вы правы, они хотят стать балеринами.

— Сколько же им лет, мистер Хопкинсон?

— Восемь и десять.

— Это — хороший возраст для начала. Нина Ивановна, новые ученицы, возьмите их к себе, покажите им зал. Мистер Хопкинсон, когда же Вы уехали из Петербурга? Я знаю, вы же там оперировали.

— В марте 1918-го.

— Почти одновременно с нами. Бедный Сережа, не дожил. Вы так хорошо его прооперировали, он совершенно выздоровел. И его убили, звери.

— Знаю, Мати. Это все ужасно. Я так полюбил эту страну. Вот хочу, чтобы мои внучки по-русски научились говорить. Мы их уже записали в русскую гимназию леди Детердинг.

— Знаю, знаю эту гимназию. Наши конкуренты. Гимназия Андрея закрылась в Ницце, никто не мог платить, кроме двух-трех английских семей. Так что леди Лидия теперь монополист в этой области. Мы очень хорошо знакомы.

— Мати, я хочу в Россию поехать. Из Академии медицинских наук приглашают. Дать открытый курс нейрохирургической операции для студентов. Все оплачивают, дорогу, отель и пребывание на неделю. Власти страшные, я — в курсе, я слежу за ходом событий, но надежды их выбросить нет. Такую страну потеряли, Мати. Это ведь не Англия. У нас колонии по всему свету. Россия была империей… как это сказать получше, не могу найти русского слова — в одном куске империя. И все это потерять из-за бездарности Временного правительства.

— Керенский адвокатом был, вроде интеллигент, почему это случилось, мистер Хопкинсон?

— Как врач, я не должен это говорить, медицинская этика, но теперь уже не важно. Господин Керенский! Я вырезал ему почку ровно двадцать лет назад, в 1916 году. Знаете, что это такое? Вот, почечка, которую Вы видите, теленка или поросячья, маленькая такая, так у человека это — половина спины. И это с ним случилось в 35 лет. После такой операции два года надо в санатории где-нибудь в Швейцарии в себя приходить, а он во власть рвался и получил. Управлять такой страной, как Россия, да еще в период кризиса — это не речи произносить. Надо иметь другое здоровье и другие таланты, которых у господина Керенского не было. Извините, конечно, я — иностранец и не мое это дело, но я люблю Россию. Вы помните, газеты писали, в Думе он три раза в день в обморок падал. Все смеялись, какой скромный, какой тонкий человек, а он предпочитал быть предметом насмешек, но не говорить правды. Почему в обморок падал? Он же тяжко болен!