Чтение онлайн

— Я знаю.

Его рот кривится от отвращения.

— И тебя это устраивает?

— Да.

Он проводит руками по волосам.

— Ты действительно чертов псих, — говорит он сквозь грустный, разочарованный смех. — Тебе нужна психологическая помощь.

Я киваю. Он прав. Но это не меняет того, что я чувствую.

— Ты ей скажешь.

Он поднимает руку.

— Дай мне минутку. Мне нужно подумать. Тебе следует переспать с этим несколько дней. Если ты все еще захочешь сказать ей…

— Ты скажешь ей сегодня. Сейчас.

— Или что? Я уволен, и все?

— Да. Вступает в силу немедленно.

— Ты ставишь меня в невыносимое положение!

— Я знаю.

Его глаза сужаются, и если бы я не знал его лучше, то подумал бы, что он пустит слезу.

— Ты хочешь, чтобы я тебя ненавидел?

— Нет. Но мне надоело ненавидеть себя. Джордан заставляет меня чувствовать, что во мне все еще есть что-то хорошее. Я показал ей все свои недостатки. Все, кроме этого. И я знаю, что как только она узнает, то навсегда уйдет из моей жизни, и это лучше для нее.

— Ты хочешь, чтобы я сказал ей, чтобы гарантированно потерять ее?

— Она должна уйти, потому что я не отпущу ее добровольно. И если она останется, я никогда не перестану причинять ей боль.

Предложение работы в Аризоне — это ее шанс освободиться от меня. Она никогда не оставит меня, пока полностью не поймет, что я за человек. Что я сломлен. Что мой характер может стоить ей больше, чем оскорбленные чувства. Это может стоить ей жизни.

— Вот почему тебе нужно придерживаться профессионалок. Ты должен был вычеркнуть ее из своей жизни в ту же секунду, как сел в вертолет. Ты же знаешь, что у тебя не может быть нормальных отношений с женщинами, Алекс. О чем ты только думал?

Она заставила меня почувствовать себя нормальным мужчиной. Больше, чем кто-то с гениальным IQ, стоящий больше, чем то, что находится на моем банковском счете, больше, чем эмоциональный калека, которому нужны его братья, чтобы заботиться о нем. Но чувствам нельзя доверять. Я усвоил этот урок на собственном горьком опыте. Я никогда больше не должен забывать об этом.

И Джордан тоже не должна.

— Я… э-э… — У меня внутри все сжимается от того, что сейчас произойдет. — Я схожу за ней.

— Черт.

Страстно желая увидеть ее лицо, отчаянно пытаясь понять, что она чувствует, я поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и тихо стучу в ее дверь.

Я слышу шарканье с другой стороны, и мое сердце ускоряет свой ритм. Глухой удар, как будто она прислонилась лбом к двери, сопровождаемый вздохом.

— Чего ты хочешь, Александр?

Кладу ладонь на дверь, где, как я предполагаю, покоится ее голова.

— Хочу поговорить с тобой. И сказать, что я сожалею о вчерашнем вечере.

Мои слова встречены тишиной, и я уже собираюсь постучать снова, когда слышу щелчок замка. Я отступаю, чтобы дать ей пространство, и когда Джордан открывает дверь, у меня перехватывает дыхание. На ее лице нет макияжа, волосы мягко ниспадают на плечи, и она придерживает воротник халата на шее. Ее глаза налиты кровью, а кожа вокруг них опухла, как будто женщина плакала всю ночь. Я чувствую боль в своей груди.

Ее усталые серые глаза встречаются с моими.

— Итак, говори.

Я делаю еще один шаг назад и направляюсь к лестнице.

— Не могла бы ты спуститься? Пожалуйста.

Она кивает, и я позволяю ей идти первой. Смотрю, как ее красивые ноги ступают по полу и думаю, что она оставляет свои следы в моем пространстве и в моей душе. Следующая мысль, которая приходит мне в голову, это то, что я вижу ее в последний раз, прежде чем Джордан навсегда уйдет из моей жизни.

Ее ноги останавливаются на середине лестницы.

— Что он здесь делает?

— Мне нужно, чтобы ты поговорила с ним.

Она оборачивается, посылая волну своего запаха, омывающего меня, и я жадно вдыхаю его.

— Что все это значит? Ты собираешься снова попытаться расплатиться со мной? Да? — Она начинает злиться, и последнее, чего я хочу, это чтобы она начала этот разговор с подозрения.

— Есть кое-что, что я хочу, чтобы ты знала, но юридически я связан и не могу говорить об этом. — Я киваю в сторону Хейса, который выглядит так, словно предпочел бы сделать колоноскопию, чем быть там, где сейчас находится. — Он может.

Она секунду смотрит на Хейса, затем делает последние шаги в гостиную.

— Возможно, ты захочешь присесть, — тихо говорит брат.

Ее встревоженные глаза находят мои, и женщина опускается на диван. Ее халат распахивается, обнажая длинные ноги от верхней части бедра вниз.

Хейс прочищает горло.

— Тебе, эм… было бы удобнее, если бы ты… — Он указывает на ее ноги. — Была одета.

Джордан смотрит вниз, как будто только что осознала, что на ней нет ничего, кроме халата.

— Я сейчас вернусь.

Она выбегает из комнаты, и Хейс снова умоляет меня.

— Тебе не обязательно это делать. Должен быть другой способ.

— Его не существует.

— Ты слишком импульсивен!

— Может быть. Но я уже принял решение.

Он говорит то же самое, что и раньше, и я снова угрожаю его работе. Мы ходим круг за кругом, пока не появляется Джордан, одетая в леггинсы, толстовку и дерьмовые спортивные туфли. Она оделась, чтобы уйти от меня.

Хейз смотрит на нее, когда она возвращается на свое место на диване.

— Хочешь кофе?

— Просто переходи к делу, — рявкаю я, теряя терпение.

Ее спина прямая, как будто женщина готовится к удару в живот.

Мой младший брат потирает лицо и бормочет проклятия. Бросает на меня последний умоляющий взгляд, и я киваю, чтобы он продолжил.

Хейс опускается на диван, упершись локтями в колени.

— То, что я собираюсь тебе рассказать, может погубить мою семью. В частности, Александра.

Ее встревоженные глаза скользят ко мне и обратно к Хейсу.

— Десять лет назад у Алекса были отношения с женщиной по имени Бренди. Она казалась ему идеальной женщиной. — Он почесывает подбородок и пожимает плечами. — Алекс устроил вечеринку в ее любимом ресторане, и перед друзьями и семьей попросил ее выйти за него замуж, и она согласилась.