Чтение онлайн

– Она называла нас с ребятами маленькой бандой, - я ткнул вилкой в свою тарелку, а когда вспомнил ее безжизненные глаза, вовсе потерял аппетит.
– Но она уже этого не делает.

Трейс указала на еду.

– Она научила тебя готовить?

– О да, и мой отец ненавидел это, - я улыбнулся.
– Все свое детство я провел на кухне, держась за юбку мамы, и пробовал всю ее еду. Она очень много готовила.

Глаза Трейс расширились, прежде чем она посмотрела на пастбище.

– Что?
– спросил я.

– Ничего, - она покачала головой.
– Или, ну… это просто… я немногое помню о том времени, когда я была маленькой. Дедушка сказал, что эти воспоминания связаны со смертью родителей, могут травмировать меня, и все, что я помню, это как я боролась на кухне с маленьким мальчиком.

Я хихикнул, я тоже помню.

– Что случилось?

– Я думаю, он был зол из-за того, что тот, кто готовил печенье, дал мне первой попробовать выпечку. В любом случае, я помню, как мальчик бросил в меня тесто, а я в него. Мы боролись, и, по-моему, он споткнулся и ударился головой о стол. Уверена, у него остался шрам.

– Вау, ты была ужасным ребенком, - я кивнул, радуясь тому, что она хоть и не вспомнила меня, но помнила часть истории.

– Я впечатлен.

Я сел ближе к ней. Она посмотрела вверх и схватила мою руку.

– Что ты еще помнишь о своих родителях?
– спросил я тихо, подталкивая, надеясь и желая.

Было бы намного проще, если бы она знала правду, ну или кто-нибудь рассказал ей.

А что случилось бы, если бы это сделал я? У нее случился бы нервный срыв? Даже если она поверила бы мне? И почему это я должен ей это рассказывать? Черт, Фрэнк.

– Или ты предпочитаешь не говорить об этом?

– Я не знаю, как чувствую себя, когда говорю об этом, - она пожала плечами и подсела ближе ко мне.
– Я имею в виду, воспоминания настолько сумбурные…

– Как фильм, который не можешь вспомнить?
– спросил я, думая о своем жалком прошлом. Ведь некоторые воспоминания, казалось, были картинками, которые были потрепаны. Единственное, что было четко видно, это я.

– Что-то вроде этого. Я вижу отрывки.

– Расскажи мне… - я поцеловал ее в щеку, - …если ты не возражаешь.

– Хорошо… я помню, что действительно была очень шумным ребенком, когда была маленькой. Дома всегда было очень много людей. И я помню тесто… и очень красивую женщину.

Святое дерьмо.

Это была она.

Давай Трейс, разгадай эту головоломку.

– Мне нравятся красивые женщины.

– Очень смешно, - она сжала мою руку.
– Я не знаю почему, но я всегда вспоминаю ее. Я знаю, что это не моя мама, потому что у меня есть ее фотографии, и я немного помню ее.

– Как выглядела эта красивая женщина, а?
– я выпустил ее руку и начал массировать ее спину.

– Она… у нее были ярко-голубые глаза. Как у тебя.

Мои руки застыли.

– И у нее действительно был красивый смех. Он звучал как…

– Церковные колокола, - закончил я.

Она дернулась.

– Что?

Дерьмо. Я опустил голову. Слишком рано. Я знал, что слишком рано.

– Я умею читать мысли. Это ты собиралась сказать?

Глаза Трейс пронзили меня насквозь, заставляя чувствовать себя виноватым.

Ведь я знал. Знал ответы на ее вопросы, но не мог дать ей их.

Я встал и протянул ей руку.

– Потанцуй со мной.

– Перед коровами?
– пискнула она.

– Ну, да, - я перевел взгляд с нее на коров.
– Не думаю, что они будут против. Что такого ты собираешься танцевать, чтобы смутить коров?

Сузив глаза, она ударила меня.

– Да ладно, - я притянул ее ближе.

Я не мог долго говорить с ней. Ведь в такие моменты подобрать слова намного сложнее.

Но показать?

Я мог бы сделать это?

Даже если это означало, что мне придется молчать всю жизнь, я бы показывал ей.

Что она…

Она – все.

Глава 38

Копы и коровы.

Да, это оргия.

Или нет…

Никсон

– Никсон, - Трейс посмотрела на меня, и я заметил испуг в ее глазах. Я был экспертом в считывании людей и сейчас ясно видел, что ей было страшно.
– Ты используешь меня?

Не то, что я ожидал услышать.

Все еще находясь в легком шоке, я схватил ее за плечи, боясь, что она убежит.