Чтение онлайн

— Так вот в чем дело: это ее предки, неудивительно, что у нее такой характер!

— Дайте посмотреть, а что это она собралась с ним делать?

— Ой, смотрите, здесь дальше узоры, а здесь чудище, похоже на горгулью с Нотр-Дама, только пострашнее.

Несколько последних страниц были исписаны вручную необычными бурыми чернилами на том же малопонятном языке. Рядом были картинки, и в самом деле похожие на узоры — круги, вписанные один в другой, спирали, треугольники, в одном из которых был нарисован глаз, а в нижнем углу красовалась страховидная черепушка.

— А здесь еще по-латыни написано, сейчас прочитаю…

— Стой, этого нельзя произносить вслух! — неожиданно раздался повелительный голос.

Это был молодой человек, единственный в группе. Его немного побаивались и даже Катерина Михайловна не решалась к нему цепляться. Он был совсем не похож на большинство современных парней и, тем более, на тех немногих студентов мужского пола, которые заслужено носили прозвище «филолухов». Посудите сами, что можно сказать о парне, который носит длинные волосы, ходит все время в джинсах и черном свитере, увешан странными украшениями. Иногда это маленькие прямоугольные кулончики с изображениями, похожими на буквы или на детские рисунки, иногда изображения фантастических животных. Но, вместе со всем этим, говорить с ним всегда интересно, а старофранцузский, латынь и еще многое другое знает, пожалуй, даже получше преподавателей. Например, однажды он сделал потрясающий доклад о терминологии французских алхимиков. И к тому же было в нем что-то, что в корне пресекало всякие попытки посмеяться над его необычной внешностью или интересами.

Отобрав у девушек книгу, он быстро просмотрел несколько страниц и неожиданно длинно и протяжно свистнул:

— Вот это да! Всего ожидал, но чтоб такое!

— Что, рассказывай скорее!

— Вот если бы вы на лекции ходили, а не в пиццерии на Первой линии просиживали, то сами бы во всем разобрались. Помните, кто такой Жиль де Рец? Нет, так я и думал; жил такой аристократ во Франции в 15 веке. Промотав состояние, он занялся черной магией, чтобы найти философский камень и жить себе безбедно дальше. Одним словом, каким-то образом ему удалось заключить договор с одним демоном, да, вот этим, похожим на горгулью. В обмен на вечную жизнь и богатство он должен был, как положено, отдать свою душу, но вместо этого договорится вечно приносить своему хозяину жертвы. В общем, он очень старался; одних детей, пропавших в окрестностях его замка, насчитывается несколько сотен, и это только по официальной статистике.

— А при чем здесь Катерина Михайловна?

— Слушайте дальше, сейчас прочитаю это все здесь написано. Однажды для него привезли девушку легкого поведения из какого-то матросского притона, некую Катрин Сабоне. Он намеревался поступить с ней так, как со всеми остальными жертвами, но девица чем-то ему приглянулась. Возможно, он почуял в ней родственную душу. Факт тот, что вскоре она стала его доверенной помощницей и дальнейшие жуткие преступления совершались уже на пару. Она стала служить тому же демону, но платой ей стала вечная молодость и красота. Потом, когда над де Рецем начался судебный процесс, она благоразумно исчезла из Франции; судя по этим записям, жила в разных странах под разными именами, а теперь вот, пожалуйста, мы имеем удовольствие ее лицезреть. Самое важное, что все это время она усердно приносила жертвы своему адскому покровителю. Рукописные страницы — это, между прочим, ее дневник, где она в подробностях описывает свои злодеяния. Читать не буду, очень уж мерзко.

— Так ты хочешь сказать, что она — дрожащий палец вытянулся по направлению к двери — и есть та самая помощница Жиль де Реца? Но что она в таком случае делает в Универе?

— Ну, как что — фонетику преподает, а еще некоторых здесь присутствующих доводит до истерики. Вот совсем свежая запись, всего пятилетней давности. Она жалуется, что времена изменились и вместо крови и физических страданий ее хозяину потребовались страх, отчаяние и слезы жертв. Вас, между прочим.

Молодой человек перелистнул еще несколько страниц и лицо его приняло уж вовсе изумленное выражение.

— Книга сама по себе тоже не обычная, она переплетена в кожу одной из первых жертв, замученных лично Катрин Сабоне, а дневник написан исключительно кровью.

— Ужас какой! — прошептала одна из студенток — а я такое в руки брала!

— И самое главное — книга служит средством связи между Катериной Михайловной или, вернее, Катрин Сабоне и ее хозяином. С ее помощью она передает ему ваши жизненные силы, ну, и получает вознаграждение.

— Вроде, как свой законный процент — нервно хихикнула одна из студенток.

— А вот тут самое интересное: если книга будет утрачена или испорчена хоть немного, то канал прекратит работу и энергия не дойдет по назначению. И кому-то это очень не понравится…

— Так в чем же дело? Давайте ее порвем или, вот, фломастером изрисуем.

— Все не так просто, этого может оказаться недостаточно.

Студент положил на стол самодельный рюкзачок из черной ткани и стал по очереди вынимать из него различные предметы, повторяя: «не то, опять не то». Таким образом перед изумленной группой предстали четки из лесных орехов, круглое зеркальце с нарисованными на нем линиями, ароматические палочки, большое воронье перо, связка старинных ключей, керамическое блюдце. Под конец, когда на столе выросла довольно большая куча из самых разнообразных предметов, на свет появилась старинная перьевая ручка. Произнеся: «да, это то, что надо» молодой человек снял с шеи массивный медальон из черного камня, украшенного резьбой и поставил перед собой. Внутри оказался маленький флакончик, полный какой-то темной жидкости.

— Магические чернила, я знал, что когда-нибудь они обязательно понадобятся!

Раскрыв книгу на той странице, где были нарисованы непонятные узоры, он добавил к ним несколько линий, а треугольник с глазом обвел тройным кругом.

В следующую же секунду книга подпрыгнула на столе, из нее вырвалась струя черного дыма, а потом все увидели, что книга стала другой: покоробилась кожаная обложка, страницы мгновенно пожелтели, а все записи разом выцвели.

— Это были волшебные символы, которые и держали канал открытым. Теперь это обычная книга.

В это время в коридоре раздались шаги. В аудиторию вошла Катерина Михайловна, тащившая за руку заплаканную студентку. На губах преподавательницы играла обычная змеиная улыбка.

— С такими слабыми нервам вам просто нечего делать в высшем учебном заведении! Так, а теперь проверка домашнего задания, читаем гласные переднего ряда. Поживее, мы и так задержались.

Катерина Михайловна села на свое место и привычным движением дотронулась до книги. Но тут же лицо ее перекосилось, а сама она дернулась как от удара.

— Что вы с ней сделали?!

Внезапно в аудитории стало ужасно холодно, потом откуда-то появился непонятный запах, похожий на запах сухих экзотических фруктов и старой бумаги. Облупленная стена задымилась и на ней возник темный силуэт. Больше всего он походил на высокого мужчину с крыльями как у летучей мыши. Раздался глухой голос, доносящийся как будто из-под земли:

— Ты не сохранила книгу. Мне не нужны нерадивые слуги!

И тут Катерина Михайловна, которая всегда, что бы ни происходило, хранила чуть-чуть высокомерное и ироничное спокойствие, вскочила со своего места, грохнулась на колени посреди аудитории и, протянув руки к силуэту на стене, заверещала:

— Господин, не покидай меня, я столько лет верно тебе служила!

Тень хранила молчание. Тогда Катерина Михайловна вскочила и оказалась рядом со студенткой, которая не успела занять свое место и наблюдала всю эту сцену в одном шаге от преподавательского стола, разинув рот от удивления. Одной рукой вконец потерявшая голову фурия схватила девушку за волосы, в другой у нее оказался старинный дамский кинжал.

— Господин, позволь мне услужить тебе! Я дам тебе свежую горячую кровь, это будет получше, чем их хныканье и жалкий скулеж!