ЖАНРЫ

Неизвестная переменная, или О роли личности в истории
Шрифт:

— Ты все вспомнил, — подал голос Том. — Это больно, не правда ли?

— Да, — выдохнул Ри. — Больно, так бы и врезал тебе со всей дури.

— Да, уж чего–чего, а дурости тебе хватает.

— Уж кто бы говорил, — недовольно поморщился Поттер, — сам–то небось…

— Обо мне речи вообще не идет, — отмахнулся Том, — речь у нас пойдет о тебе и твоем наследстве.

— О чем? — недоумевающее протянул юноша. — Ты головой не повредился?

— Разумеется, повредился, — подтвердил Риддл, — еще в тот момент, когда первый крестраж создал, но ты… ты даже меня переплюнул.

— И в чем же, позволь узнать? — его голос так и сочился сарказмом.

— Ты понял, о чем я, — мужчина посмотрел в глаза Поттеру, — я говорю об истинном секрете Тайной комнаты, в целом, и о «Ритуале общности», в частности.

— Что, — хмыкнул Гарри, — не доволен тем обстоятельством, что тебя обставил зеленый юнец?

В ответ на эти слова Том, запрокинув голову, громко рассмеялся, а затем, успокоившись так же внезапно, улыбнулся.

— Напротив, Гарри, — и юноша мог бы поклясться, что глаза того, кто когда–то давно был Темным лордом, потеплели, — я чрезвычайно доволен тем фактом, что ты смог превзойти меня. Ты, а не я — истинный наследник Салазара Слизерина.

— Ага, — Поттер отвернулся. — Уже умер от радости.

— Прекрати паясничать, — поморщился Риддл, — ты превзошел меня, фактически, по всем статьям — у тебя есть верные друзья, знания, сила, ты нестандартно мыслись и не боишься брать на себя ответственность.

— О! Похвала от Темного лорда — это круто! — Ри был явно в ударе — остроты так и слетали с языка.

— Знаешь, чего тебе недостает? — поинтересовался Том.

— Просвети меня, убогого.

— Молод ты еще, — Риддл махнул рукой в сторону, и пространство изменилось — теперь вокруг них была комната, самая обычная гостиная с камином. — Присядь, поговорим.

— Везет мне на разговоры у камина, — хмыкнул юноша. — А почему все так поменялось?

— Так ведь все, что ты видишь — иллюзия, — пожал плечами Том. — Здесь все подчиняется нам — как захотим, так и будет.

— Классно, — фыркнул Ри. — А если я хочу оказаться на луне?

— Да, в принципе, нет ничего проще, — мужчина вновь взмахнул рукой, и они оба оказались в темной пустынной местности.

— Это Луна?

— Не знаю, я там не был.

— Я тоже, но это похоже на те картинки, которые я видел.

— Вот тебе и ответ, — Том отвернулся, и Гарри снова был в гостиной. — И все же — присядь, нам нужно поговорить.

— Странно видеть тебя таким, грустно как–то — это, как будто знаешь что–то, чего уже не случится.

— Ты видишь лишь идеальный вариант того, кем я был. Человека делает его память, вот скажи, если бы мы не запоминали, смогли бы жить?

— Нет, конечно, — изумился Ри такой резкой смене разговора. — А ты это, вообще, к чему?

— К тому, что ты воспринимаешь меня, как человека, а это не так — я лишь образ, отражение памяти — я знаю о Волдеморте — все его мысли, чувства, мечты, стремления, но…

— Но ты лишь знаешь, а не чувствуешь, — закончил за него Ри.

— Да, — облегченно выдохнул Риддл. — Я чем–то похож на видеозапись.

— А чего ты хочешь от меня? — наконец задал свой вопрос Поттер.

Том откинулся на кресле и склонил голову вправо. Он думал — думал о том, как высказать просьбу, как убедить его принять путь.

— Я хочу, чтобы ты принял меня, — медленно роняя слова, проговорил мужчина.

— Э–э–эм, — недоумение было написано на лице Гарри крупными буквами. — В каком смысле?

— В самом прямом — прими память Тома Риддла, позволь мне стать частью твоей памяти.

— А разве сейчас ты не ее часть?

— Разумеется, нет — если бы это было так, то мы бы с тобой не разговаривали, а Его памятью ты бы пользовался, как собственной.

— Но ведь ритуал…

— Ритуал позволил тебе, как бы это выразиться — «скопировать» память Волдеморта и «просматривать» ее, но ты не допустил слияния…

— Постой–постой, — перебил его Ри. — То есть, ты говоришь, что во мне часть Волдеморта? Опять!?

— Да, — усмехнулся Том. — Не везет тебе Гарри, но это действительно так.

— А–а–а, — схватился за голову юноша. — За что же мне все это?!

— Есть такая народная мудрость, — поделился мыслью мужчина. — Ни одно доброе дело никогда не останется безнаказанным.

— Утешил, спасибо, — простонал Поттер. — И что мне делать?

— А почему ты спрашиваешь меня? — удивился Том. — Ты всегда решал сам — вот и решай.

— Ты сказал, что человека делает память, — тихо протянул юноша. — Если я соглашусь… принять тебя, я не стану…

— Ты останешься собой, — мягко улыбнулся Том. — Ты, наверное, невнимательно меня слушал. Так вот, объясню еще раз — приняв память, ты получишь лишь знания, но не чувства.

— То есть, — Поттер немного охрип, — я останусь собой?

— Ну, конечно! — воскликнул Риддл. — Ты будешь знать то, что знал Он, но вот выводы об этом будешь делать собственные.

Гарри задумался — это было привлекательно. Очень. Не смотря на то, что Волдеморт был психом — он все же невероятно много знал и умел.

— Мне нужно подумать, — взглянув в глаза Риддла, Гарри забрался с ногами на кресло и обхватил колени руками.

— Думай, сколько хочешь, — отмахнулся Том. — Но, тебе все же стоит вернуться в реальный мир.

— Чего это ты так обо мне беспокоишься?

— Ну–у–у, — протянул Риддл, — как истинный слизеринец, я беспокоюсь, в первую очередь, о себе — от меня ведь ничего не осталось, кроме тебя.

— Исчерпывающий ответ, — проворчал Ри. — Так как мне вернуться?

— Просто — тебе нужно очень захотеть.

— Ага. Спасибо. Ну, я пошел.

— До встречи, Гарри Поттер.

Иллюзорный мир, подчиняясь желанию Ри, подернулся халцедоновым туманом и стал таять, уступая место черноте ночного неба.

* * *

Ри разбудил яркий солнечный свет, бьющий из распахнутого окна. Попытавшись отвернуться, он непроизвольно застонал — голова отозвалась на движение сильнейшей болью.

— Гарри!!! — крик–шепот доносится откуда–то слева, — ты очнулся!

Поделиться с друзьями: