Чтение онлайн

— Согласно положению о службе сыска, в поездках и работе в другом месте, кроме основного места службы, инспектора-следователя должен сопровождать минимум один маг, специализацию которого определяет инспектор-следователь, согласно необходимости, — явно на память процитировал дан Ромас. Получается, я — балласт для галочки. Обидеться, что ли?

— Вас я взял из-за вашего нестандартного мышления и видения ситуации. Возможно, сможете помочь, ведь, если говорить откровенно, без вас те дела не закрыли бы так быстро, — следователь будто прочитал мои мысли. — Обычно у магов сопровождения одна задача — зарядка амулетов. Иногда требуется лечение. С этим вы, как я знаю, справляетесь.

Путешествие дилижансом походило на поездку туристическим автобусом, скрещённым с пригородной электричкой. Люди подсаживались, доезжали до своей остановки и выходили. Кто-то был налегке, кто-то с объёмным багажом, который привязывали на крышу, по периметру забранную решёткой для лучшей сохранности груза. Некоторые везли в корзинах домашнюю птицу или поросят, одна бабка даже привела с собой козу, причём смогла протащить её в салон. Несмотря на то, что рейс был внеплановый, свободных мест в дилижансе почти никогда не было. От остановки до остановки ехали по половине дня и скучающий люд постоянно общался, делился новостями и жрал. Реально, казалось, здесь работала магия плацкартных вагонов — стоило только дилижансу тронуться, как на пассажиров нападал жор. На свет появлялись копчения, соления, разнообразные бутерброды, варёные яйца и прочее, что берут с собой в дорогу, рассчитывая на быстрый перекус. От запахов часто уже несвежей еды, едва перебиваемых луковым и чесночным духом, начала болеть голова, не спасало даже место у открытого оконца — скорости движения не хватало на проветривание, а снаружи, как назло, почти всю дорогу царило безветрие. Помогло заклинание очистки воздуха, наложенное на шейный платок. Глядя на мучения дана Ромаса с той же проблемой, создала и ему дыхательную маску. Так мы и ехали, как два ковбоя на Диком Западе с платками на лице, уставившись в окно, чтобы избежать общения от говорливых попутчиков. Кажется, следователь сильно пожалел, что решил сэкономить и не снял обычную дорожную карету.

К тому же дороги, стоило только свернуть с наезженного тракта на более мелкие, сразу проявили себя во всей красе многочисленных ям. Примитивные рессоры не справлялись с нагрузкой, сидеть на жёстких лавках было сродни пытке, под зад подложили всё, что можно, и на каждой остановке выскакивали размять мышцы и тело. Первый день, глядя на узкие сиденья и толпу народа, набившуюся на последней остановке, гадала, как вся эта толпа будет ночевать, но этот вопрос оказался давно продуман. На ночь дилижанс останавливался на постоялых дворах, давая лошадям отдых, а людям возможность снять комнату или же спать вповалку в общем зале.

В пути мы почти не разговаривали. Мешали любопытные соседи и платки на лицах. На ночных остановках тоже обходились минимумом слов, быстро отужинав и отходя ко сну.

Наконец, одурев от скуки, пыли и тряски, мы после обеда прибыли в конечную точку — город Пригорск. Город представлял собой огромную разросшуюся деревню с обязательными курами и гусями вдоль утоптанных дорог, стадами коров, ежедневно прогоняемых по улицам сначала на пастбище, затем по домам. Некоторые так и паслись у заборов, жуя жвачку и презрительно смотря на прохожих. Двухэтажных зданий построили аж целых четыре, и все они расположились на центральной площади. Городская управа и Божий дом вполне мирно соседствовали с постоялым двором и борделем. Карстенцы не особо религиозны, но Божий дом ставят в каждом уважаемом себя поселении, выделяя почётные места покровителям основных местных ремёсел.

Уже обыденно сняв на постоялом дворе две раздельные комнаты, себе и мне, дан Ромас отправился в управу выяснять подробности дела, из-за которого его сюда вызвали. Мне же он предложил отдохнуть, расслабиться или погулять по городу, всё равно работы для меня пока нет.

Выполнив свой обязательный ритуал по изгнанию насекомых из номера, и заказав на вечер ванну, я пошла прогуляться. За время, проведённое в дилижансе, успела насидеться, и тело желало движения. Немного походя по широким улицам, огороженным с обеих сторон разнообразными заборчиками и палисадниками, на слух вышла к базарной площади. Вот где кипела жизнь, так это здесь. На центральную площадь через два перекрёстка от базара люди приходили по делам или на общегородское собрание. На базар же шли как поторговать, так и почесать языки. Я немного подходила, прицениваясь, но не покупала. Деньги после аванса ещё были, но оплата контракта почти вся должна уйти в Училище, и когда будет эта оплата, неизвестно. Скорее всего, я даже не увижу реальных денег, их сразу передадут из управы за найм.

Нагулявшись, через полтора диска вернулась на постоянный двор. Дан Ромас уже выяснил, что хотел, и сидел за столом в обеденной зале, нахмурившись изучая какие-то бумаги. Полупустой кувшин с местным вином и тарелка с куриными костями рядом сказали, что сидит он уже долго, и напомнили, что я с утра не ела.

— Можно? — я присела на лавку с другой стороны стола.

— Да, конечно, — несколько рассеянно ответил следователь и взмахом руки позвал подавальщицу. — Булочку, штуки три и… — он посмотрел на меня.

— Жаркое, — я заглянула в кувшин, оценивая, сколько в нём осталось.

— Кислятина, — прокомментировал дан Ромас.

— Тогда пива, — на обычный чай настроения не было. Подавальщица кивнула, принимая заказ, и убежала на кухню.

— Что-то не так? — в ожидании еды поинтересовалась у следователя, опять хмуро уткнувшегося в бумаги.

— Да, не сходится ничего. В письме указали, что пропало шестеро детей, предположили работорговцев. В управе сообщили, что с того времени ещё три ребёнка исчезло. Но работорговцы так не работают. Во-первых, сильно далеко от границы, куда их можно увести, но это не главное, угоняли и из столицы. Дети пропадают уже четвёртый месяц. Если бы их воровали на продажу, то схватили бы разом, сколько надо, а не ждали столько времени. Получается какой-нибудь маньяк, что меня совсем не радует.

— А что так? Маньяков, по идее, ловить легче. Тем более здесь, где народ не особо искушён в заметании следов.

— Легче, не легче… Пока его поймают, он может ещё кого-нибудь похитить. И ведь вопрос — для чего? С обычными душегубцами всё же понятно.

Дан Ромас допил вино, сгрёб бумаги в стопку и поднялся с лавки.

— Предлагаю перейти в номер, здесь не с руки такое дело обсуждать.

Мельком оглядевшись, пришлось признать его правоту. Несмотря на неурочный час для посещения таверны, людей было много, и они провожали нас, уходящих на второй этаж к номерам, разочарованными взглядами. Ну уж нет, хватит посторонним уши греть, и так подслушали достаточно.

— Дан Ромас, — пока шли по коридору, я решила прояснить один вопрос. — А раньше такие случаи бывали? Я имею в виду что-нибудь наподобие маньяков. Судя по вашей реакции ещё в тот раз, вы с ними не сталкивались.

— Не припомню, — следователь открыл большим ключам дверь в свою комнату и посторонился, пропуская меня вперёд. — Но, по правде говоря, я в страже правопорядка не так давно. К тому же отдельной службы для раскрытия преступлений в страже нет. Разве что королевская служба безопасности, но она занимается более серьёзными делами вроде заговоров против короны и шпионажа, — дан Ромас слегка нахмурился, будто разговор о безопасниках ему неприятен. — Давайте продолжим расследование здесь.

Он расстелил на столе план города. Примитивный донельзя, по нему можно разве сориентироваться, в какой стороне от города лес, а в какой речка. Некоторые важные дома представлены многоугольниками, остальные объединены в кварталы. Очень сомневаюсь, что все улицы здесь такие прямые, как на плане. Сама только что гуляла, видела, как не центральная дорога изгибалась, следуя изгибам ручья.

— Проблема в том, что нет точных мест, откуда исчезали дети. Они все в том возрасте, когда за ними перестают пристально следить. Четверо, предположительно, были на реке, — мужчина очертил карандашом неровный овал вокруг синей ленты за городской чертой. — Один ушёл за коровой на пастбище, — место было уже вне плана города, поэтому толстую линию провёл вдоль границы листа. — Про остальных в управе ничего не сказали.

— Утонули, заблудился, волки погрызли? — банальные предположения, но не я тут сыщик.

— Тел не нашли, — покачал головой дан Ромас. — Речка не очень глубокая, медленная, к тому же идёт через весь город, а тут, перед мостом, вроде ещё и решёткой перегорожена.

Нам на несколько мер пришлось отвлечься — служанка принесла еду. Когда ушли из общего зала, попросили принести заказ в комнату.

— И вот, смотрите, все известные пропали с северной стороны и вне города. Там уже в сотне шагов от последнего двора лес начинается. Идеальное место для похищений. Никто не увидит, и дети на реке близко играют. Только как они, или он, это делают? — дан Ромас вопросительно посмотрел на меня. А я откуда могу знать? Как минимум надо сходить на место, и там посмотреть. Потому ничего не ответила, занявшись ужином. Следователь продолжил рассказ. — Охотники те места по нескольку раз обошли, но следов не обнаружили. И по дороге никто с детьми не шёл, чтобы следов не оставить. По ней люди часто ходят, встречные бы видели.