Некробиотика
Шрифт:
– Пошел вон! Пошел вон!
– скандировала группа мертвяков, потрясая плакатами, надписи на которых Майку видно не было. Угол зрения не тот.
– Заткнитесь на пять минут, пожалуйста!
– повел рукой Президент. Митингующие и в самом деле заткнулись. По мановению руки. Открывать рты и потрясать плакатами они продолжали, но было тихо.
– Я хочу поприветствовать своих Живых и Мертвых избирателей и напомнить всем, что в наших отношениях ничего не изменилось!
– продолжал Президент. Я вас люблю всей душой, а вы плевать на меня хотели, и мне это нравится!
Площадь единодушно искупала президента в бурных овациях.
– А теперь перейдем к делу!
– Президент поставил перед собой на трибуну пластиковый мешок. Обычный, для мусора.
– Я собрал вас здесь для того, чтобы показать: на что уходят ваши налоги!
– передал он мешок крылатому своему спутнику.
Ангелоподобная тварь тяжелыми, редкими ударами крыльев, поднялась в воздух по скачущей траектории, словно обожравшийся гриф.
– Вашему вниманию предлагается презентация очередного апгрейда программного обеспечения к структурным компонентам наноподдержки базальных функций!
Площадь загудела.
– Теперь для тупой и малограмотной части моих избирателей: - продолжал Президент, - когда на вас попадет этот порошок, мертвые начнут быстрее собираться и более полно восстанавливать прижизненный внешний вид. Для живых предусмотрена возможность трехкратного ускорения регенерации при адекватном энергообеспечении, а также многочисленные дополнительные функции. Я имею в виду коррекцию фигуры, контролируемое выращивание зубов и волос, восстановление способности к оргазму...
Президент говорил, а Живая и Мертвая толпа, не слушая, бешеной волной катилась вслед за крылатым распылителям черного порошка.
– С другой стороны, мне это уже почти надоело! Каждый раз повторять толпе такого быдла, как вы, мои уважаемые избиратели, - продолжал Президент, презрительно кривя губу на открывшееся зрелище, - что даже одна наноструктура несет на себе полный комплекс программного обеспечения и распространяется контактным способом. Порошка хватит всем и все избиратели нашей планеты получат новое программное обеспечение в течение семидесяти двух часов после начала его распространения!
Толпа не слушала. Бесновалась вулканом тел под тонкой черной струйкой с неба. МакЛохлан напряженно привстал на цыпочки. Клубящееся месиво тел подкатывалось к тому месту, где, в опасной близости от большого экрана, должна была стоять Мэлори с Патриком.
– А теперь позвольте мне рассказать о планах моей администрации по улучшению качества Живого и Мертвого существования!
Страхи МакЛохлана улеглись. Под эти слова Последнего Президента порошок в мешке закончился и крылатый сеятель вернулся к трибуне. Толпа замерла и притихла, прислушиваясь к новым ощущениям в своих истерзанных телах.
– Проходит апробацию технология, которая позволит превратить каждый труп в теплый и максимально защитить Живое тело. Для тех, кто туп и туг на ухо, повторю: мы уже умеем превращать КАЖДОЕ МЕРТВОЕ ТЕЛО, даже обломок копчика, в полноценный ТЕПЛЫЙ труп, и до внедрения этой технологии в жизнь осталось около двух лет. Но это еще не все! Уже разработана и успешно внедрена в ежедневную практику техника вынашивания и рождения Живых детей Теплыми трупами!
– по толпе шел удивленный и одобрительный ропот.
– Таким образом, в течение ближайших десяти лет мы планируем выровнять качество Живой и Мертвой жизни! А еще на подходе уникальное средство против тараканов!
– бурные аплодисменты. Даже оппозиция всевозможными жестами высказывала полное одобрение.
– И самое главное, - жестом Президент попросил внимания, - мы научились создавать такую форму волны Живых генераторов, что скоро все духи живых зон потеряют всякую возможность разговаривать с Живыми, даже в первые дни после смерти тела!
– тут толпа немного притихла. Проявляла некоторые внешние признаки мыслительной деятельности.
– На этой радостной ноте мне хотелось бы закончить отчет о проделанной работе и выразить надежду, что вы, мои уважаемые избиратели, не будете совать свои гнилые рыла в мою работу и не назначите перевыборы ближайшие лет двадцать!
– менее бурные, но более продолжительные аплодисменты.
– А теперь, по традиции, я должен предоставить слово оппозиции, - повел рукой Президент, включая звук в тесной, но разрозненной кучке тел с плакатами, - Высказывайтесь сегодня, потому что завтра будет поздно!
– Пошел вон! Пошел вон!
– немедленно прорезало воздух над площадью.
Приглядевшись, Майк прочел надпись на самом большом плакате. Надпись гласила: "Долой узурпатора власти".
– Сволочи неблагодарные, - буркнул Майк. Сам он пока ничего не чувствовал, но окружающие его покойнички уже хвастались друг перед другом заметно порозовевшей кожей. Возбужденно гомонила вся толпа. У стоящего рядом обгорелого скелетушки в пустом проеме черепа рос глаз. Скелетушко радостно выл и пританцовывал.
Всеобщий восторг и ликование прервал гулкий удар из-под земли. Спустя секунду звук повторился. На третьем ударе бетон вокруг металлической стойки телеэкрана покрылся сеткой брызнувших пылью трещин. С медлительной неотвратимостью громадный экран, словно фантасмагорическая мухобойка, чавкнув плотью, накрыл большую часть толпы перед собой. В клубах метнувшейся пыли была видна дыра в земле, из которой торчал огромный ободранный хвост какого-то китообразного. Хвост продолжал биться, разворачивая дыру все сильнее и сильнее.
МакЛохлан бежал прямо по обломкам экрана, калеча собственные ноги и топча тянущиеся из-под обломков экрана руки придавленных тел.
Мэлори не получила ни царапины. Они с Патриком стояли довольно далеко от места падения экрана, возле самой стены соседнего здания. Обломок стеклопластика, размером с хороший мотоцикл, торчал прямо в кирпичной кладке, а сквозь его прозрачную поверхность было видно, что большую часть худенького мальчишеского тела буквально размазало по кирпичам.
Появление МакЛохлана вывело Мэлори из ступора. Уже знакомо ссутулившись и волоча ноги, прошла она мимо застывшего Майка. Бесчувственно опрокинула, по ходу, игрушечное пластиковое заграждение красного цвета и направилась вглубь Живой зоны. Через десять шагов ее тело окутал густой бурый дым со зловещим бордовым оттенком. Полыхнуло несколько языков коптящего пламени. Когда дым и копоть рассеялись, на грязном асфальте красовалась только обгоревшая одежда и кучка черного порошка. Того самого, который недавно сыпался на головы избирателей.