НекроХаник
Шрифт:
— По больнице все просто. Лекарей мало, народу много. Пока из детинца не прикрикнули, так вообще толком лечением и не занимались. Слишком много боли и страданий. Да еще местный настоятель дважды пропустил проверку, вот и проявилась Тьма. Там еще кладбище старое, которое давно закрыли. Все и наложилось.
— Но шипуна убили. Простой железкой.
— Я осмотрел останки. Монстр слишком долго болтался по закоулкам, практически полностью порвал связи с миром, его породившим. Тот же кочегар мог лопатой прибить. Никаких эманаций колдовских не найдено. И на железке следов запретных техник нет. Как и на табурете, которым пару клыков выбили. Кто-то из больных схватил, что под руку попадется и избавил нас от порождения Тьмы.
— Избавил и убежал.
— Да, — согласился Назар. — Мало кто хочет перед епископатом отвечать за любую встречу с ночными страхами. Штраф платить или епитимью отрабатывать.
Старик в белоснежной одежде задумчиво побарабанил сухими пальцами о посох и спросил снова:
— А торговец?
— Из южан, под купца маскировался. С собой привез артефакт из старых раскопок. Судя по тому, что удалось на месте разобрать, пользоваться толком не умел, поэтому и погиб при попытке богатого купца перехватить. Там рядом несколько контор, откуда запоздно зажиточные горожане возвращаются. Многие с собой деньги носят, взяв по одному охраннику максимум. На них и нацеливался гость. Да только тварь его самого и порвала.
— Порвала, это да. Дагерротипы я видел, зрелище пренеприятное… Значит, бумагу твою видел. Князю отдам. И постараюсь успокоить, что нет причин для волнений… Только ты еще раз все проверь, потому как если третий монстр откуда-нибудь вылезет, я краснеть в одиночку не стану. Пусть Мстислав на тебе зло вымещает… Хорошо, порадовал старика. Иди, отдыхай.
Задумавшись, архиепископ не обратил внимание, как одна из расшитых занавесей колыхнулась и в комнату вошел старый друг и верный помощник Демьян. В отличие от рясы, викарий был облачен в официальную одежду для вечернего богослужения, с которого недавно вернулся. И, судя по брошенному на закрытую дверь взгляду, явно успел концовку разговора услышать из тайной кельи.
— Знаешь что, Демьян, беспокойно мне, — Мирон погладил седую бороду и уточнил: — На сердце неспокойно. Потому что какой бы тварь оторванной от мрака не была, но обычный больной железкой ее разве что отогнать сможет, а не голову раскроить. И южанин этот, будто с неба упавший. Документы подложные, по всему Новгороду что-то вынюхивал, мелькал там и сям… Ладно, если Назар прав. А если хватку утратил и глаз замылился? Вот это будет настоящая беда… Если у нас по городу колдун ходит, умеющий так хорошо следы путать, то хлебнем полной мерой.
— Обращенного искать?
— Непонятно пока все. Зыбко, как в тумане… Вот что. Есть кто на подхвате из молодых? Чтобы мог еще раз покрутиться, с народом поговорить, подстраховать. Чтобы я спал спокойно.
Задумавшись, Демьян постоял рядом, потом осторожно предложил:
— Есть Герасим Тверской. Горбун, пострадавший от нападения темных еще в отрочестве. Нечисть ненавидит люто, учится истово. Можно ему дать возможность себя проявить. Может что и в самом деле накопает.
— Герасим, говоришь? Пусть так и будет. Направь его, объясни все как следует. А с докладом — ко мне. Чтобы никому зря языком не болтал. Иначе народ напридумывает на пустом месте…
Шагая к себе, Демьян притормозил в конце коридора, где у окна темной безмолвной фигурой застыл Назар.
— Ты что, совсем мышей не ловишь? Мирону не понравилось, как спустя рукава расследование провел.
— Я там на брюхе каждую кочку облазал, каждый окурок на зуб перепробовал…
— Хоть лягушкой бы прыгал, мне-то что? Не убедил старика. Хочет, чтобы я щенка молодого на след поставил. Герасима суну, пусть еще раз по округе побродит, успокоит… Скоро Выборы нового архиепископа. Мирон приемников подбирает, все должно пройти тихо и без глупостей. А тут две твари у князя под боком. И возможный колдун. Стоит слухам пойти, начнутся шевеления нехорошие. Что потом скажут? Не отправить ли личную гвардию на покой вместе с хозяином? Этого добиваешься?.. Значит, своими делами занимайся, но чтобы на связи был. Если что горбун нароет, дам знать. Чудеса случаются, может в самом деле какого обращенного найдет.
— А если нет?
— Нам же проще. Закроем дело и перекрестимся, что обошлось. Главное, ты в сердцах чего убогому не ляпни. Никто не должен знать, что для тебя место под новым архиепископом готовлю.
— Не волнуйся, не дурак. А дело — оно выеденного яйца не стоит. Сдал просто Мирон совсем, вот и мерещится.
***
Мимо парка Сент Джеймс в сторону Вестминстера вышагивал высокий чопорный джентльмен в черном сюртуке и большим зонтом вместо трости. Эйли Стаффорд собственной персоной, один из лучших сыщиков Скотланд-Ярда. Или «снулая вобла», если прислушаться, как за спиной называют коллеги. Но на злопыхателей Эйли было плевать. Как и на руководство, которое зачастую было готово лезть на стену от очередного отчета слишком умного и прямолинейного сыщика. Скорее всего, если бы не его знания и умения, Стаффорда давно куда-нибудь сослали. Но приходилось держать в столице, потому что любое самое запутанное дело он мог раскрутить до конца. Правда, результаты зачастую были не столь приятными, как ожидалось.
Например, последний случай. Когда обнаружили тела двух погибших девочек и Стаффорд нашел человека, который организовал этот липовый несчастный случай. Педофил, наркоман и одновременно с этим — секретарь одного из пэров. Ублюдка брали прямо на рабочем месте, что заметили газетчики. Скандал вышел грандиозный, неделю уже Палату Лордов трясет. Поговаривают о возможных отставках. А с Эйли — как с гуся вода. После выволочки лишь спросил, чем ему дальше заниматься. И был в приказном порядке сослан в бессрочный отпуск.
Поэтому утренний звонок сыщика несколько удивил. В газетах, не считая грязного белья педофила и покровителей, относительно тихо. Знаковых убийств с жертвоприношениями или еще какой гадости давно не было. Поэтому наверняка вызов связан с чем-то скрытым от вездесущих газетчиков. И это может быть интересно.
В отличие от своего подчиненного, Сэмуль Гап был прожженным бюрократом, который с огромным трудом взобрался на место начальника отдела особо тяжких преступлений. Да, в молодости успел поездить на вызовы, но потом перешел на аппаратную работу, подсиживал, приписывал чужие успехи и старался при случае упасть на хвост более удачливым. Но дураком не был, поэтому действительно талантливых подчиненных не зажимал и старался внедрять все полезное, что заметил у соседей. Именно так в гости был приглашен официальный некромант Российской Империи господин Зевеке. И ряд высказанных им идей удалось воплотить в жизнь, что теперь изрядно помогает при раскрытии убийств. Да тот же несносный Стаффорд — сколько неприятных вещей пришлось из-за него выслушать, но ведь свое дело отлично знает. Выгонишь — и кто будет душегубов ловить?
— Эйли, мне уже до завтрака весь телефон оборвали. Шелкоперы никак не успокоятся, требуют организовать пресс-конференцию с твоим выступлением.
— Не люблю выступать на публике, сэр.
— Разумеется! О чем вообще может идти речь. Главу полиции до сих пор трясет, как услышит твою фамилию. Поэтому было решено отправить тебя в командировку. Вместе с помощником, Оливером. Возьмете переносную установку, которую якобы довели до ума, как раз поместится в пару чемоданов. Сейчас идите в бухгалтерию, они уже должны подготовить бумаги.
— Куда выезжать, сэр? На севере вроде были следы разгромленной секты друидов.
— Север? Да, север. Но чуть дальше… Русский император прислал приглашение. Монарх лично заинтересован в оказании помощи их полицейским. Столкнулись с какой-то чертовщиной. Вот и разберешься. Две недели на дорогу туда и обратно, на месте еще две. Как раз в месяц уложишься. Надеюсь, к тому времени дома все утихнет… И прошу вас, инспектор. Очень прошу. Любые умозаключения, суждения и прочее — только мне и в письменном виде по возвращению. Доклад русским составите лишь по существу. Что нашли, что это за тварь может быть, каким образом связано с потусторонним миром. И только. Если вдруг что-то нароете — постарайтесь не рубить с плеча и требовать от восточных варваров следовать канонам истинного правосудия… Хотя, вы же общались с покойным некромантом, не мне вас учить.