Чтение онлайн

— Я, конечно, сочувствую тебе, но творить такое ради развлечений…

Иоанн хмыкнул и ответил:

— Не тебе мне это говорить. Ты всё делала ради своего эго. Хотела быть главной, чтобы все перед тобой преклонялись. Не слишком великая причина, тебе так не кажется? Из нас только Зарев и Йозеф были мечтателями.

— Ради справедливости! Я должна была восстановить свою честь!

Едва она дала ответ, как Иоанн увидел в небе приближающихся путников.

— Они уже здесь, нам велено их задержать, — сказал первый лич, покрылся чёрно-зелёной оболочкой и взмыл в небо.

— Убегайте, — крикнула Элла в сторону Дирка и Зальцмана, после чего последовала за Иоанном.

Тем временем Фай просчитывал в голове варианты событий:

— «Вокруг меня потенциальные враги. Лучше всего мне сейчас будет позволить им первым сразиться с Мором, сославшись на то, что я пока разберусь с личами, а им надо поторопиться и остановить его. Затем, я выжду момент, когда они все друг друга истощат, и убью Луку, чтобы он никак уже не смог заполучить божественную силу, а затем добью и самого Мора. Думаю, Винсент мешать мне после этого не будет по многим причинам, к тому же я останусь единственным, кто способен получить божественную силу. Ему придётся оставить её мне».

Личи загородили путь, а Фай сказал своим спутникам:

— Я ими займусь, а вам нужно поспешить к Мору, иначе он, возможно, успеет пробиться к червоточине.

— Разве ты не боишься, что божественная сила тебе не достанется? — С подозрением Лука взглянул на него.

— Ты с личами не справишься, а Винсенту с некроманткой лучше направить свои силы именно на Мора. Очевидное и логичное решение. Не теряйте времени, летите.

Спутники полетели к туману. Их попытались перехватить личи, но Фай быстро преградил им путь. Позволив своей группе скрыться в тумане.

Элла нахмурилась, увидев у противника всё тот же хладнокровный взгляд убийцы без тени эмоций.

Иоанн вдруг начал довольно быстро говорить, будто пытался успеть всё сказать:

— Я знаю, что ты спешишь, но не мог бы ты ответить на мои вопросы?

Фай молчал, но это не остановило Иоанна.

— Я собрал о тебе много сведений, о твоей жизни. Тебе нравится то, что ты делаешь или хотя бы когда-то нравилось? Считаешь ли ты себя героем? И, наконец, любишь ли ты себя?

Хотя вопросы и были весьма странными и в некотором роде некорректно сформулированными, но спустя секундное молчание Фай сформировал в руке клинок и всё же дал свой категоричный ответ:

— Нет.

— Нет, в смысле не ответишь или… — не успел договорить Иоанн, как высший некромант сразу же переместился к нему, нарушил окружающее пространство и практически достал его клинком, но вдруг из его призрачного тела вырвалась чёрная материя, смешанная с духовным оружием, сместившая клинок в сторону, а сам он в то же время отлетел назад.

Элла тем временем разорвала дистанцию и выстрелила духовными стрелами, смешанными с чёрной материей.

Фай также отлетел назад и заблокировался чёрной полусферой от стрел.

— «Похоже, отростки Мора теперь даруют им небольшое количество чёрной материи… Они будто наполовину падшие духи, каким я тоже был раньше, но это им не поможет, нужно с ними заканчивать».

За одно мгновение Фай будто вспыхнул чёрными языками пламени и вошёл в полную форму падшего духа, начав мелькать из стороны в сторону.

У Дирка и Зальцмана перехватило дыхание от тяжести его ауры. Даже личи ощутили то чувство, которое они давно позабыли, чувство близости к смерти…

С неуловимой для личей скоростью, он переместился к Иоанну, пробил его защитный панцирь голой рукой, и едва коснувшись тела, тут же поглотил его без остатка, прямо с отростком Мора.

Увидев всю эту безумную мощь, Элла запаниковала, раскрыла резервы своего тела и тут же запустила в Фая разрушительную стрелу, сопровождаемую раскатами грома, по мощи превосходящую ту, что была пущена в Винсента.

Но на половине дистанции на её пути возник чёрный расширившийся шар, полностью засосавший в себя выстрел и заставивший всех с земли подлететь вверх на пару метров.

Теперь Элла поняла, что всё сопротивление тщетно и, утратив благородную манеру речи начала кричать:

— Не меня, только не меня! Я хочу жить!

Но тёмный силуэт уже был рядом с ней на расстоянии вытянутой руки.

Её обвили волны густой чёрной материи и за секунду развеялись, поглотив её целиком.

Фай принял человеческий облик и хотел направиться в туман, как услышал снизу знакомый голос Зальцмана:

— Неужели это ты, Фай?! А с тобой был Винсент, я не ошибся?

Тот безмолвно взглянул на них, а затем влетел в туман.

— Это Фай, я его узнал, — уверенно заявил Дирк. — Не могу поверить своим глазам. Полтора года назад, когда он защищал нас от высшего некроманта, я подумал, что он очень одарённый малый. Но сейчас, когда он убил двух личей и глазом не моргнув, я даже и не знаю, что думать…

— Я удивлён не меньше твоего. Может быть, ещё не всё потеряно и он со своей командой смогут сразиться с Мором и выйти победителями?

— Может быть, может быть. В любом случае нам только и остаётся, что надеяться и пожелать им удачи…

Тем временем Фай постепенно пробирался через густой туман, сквозь который было довольно тяжело что-то рассмотреть, даже с учётом падшего зрения.

Наконец он обнаружил внизу яркий источник света, разгоняющий туман. Он подлетел поближе, приземлился на землю и увидел, как все трое его спутников стоят и смотрят куда-то в пустоту, а по их щекам стекают струйки слёз. Перед ними сидело пятиметровое существо, состоящее из множества раздробленных алых костей, меняющих свою форму с характерным скрипом. Их опутывали лозы из плоти, которые будто скрепляли кости между собой. Изнутри его грудной клетки исходило слабое свечение. Существо имело шесть гибких рук, завершающихся крупными шестипалыми кистями и две ноги, схожими по строению с обезьяньими. На шее крепился череп медведя с закрученными бараньими рогами, и оранжевыми глазами с потрескавшимися зрачками. Из всего его тела струились чёрные потоки, которые делали туман только гуще.

— «Что-то здесь не так», — подумал Фай, не сводя глаз с существа, которое в это же время взирало на него.

— Убийца моих личей, я ждал тебя, — донёсся прерывистый едва разборчивый голос от существа.

— Значит, ты и есть Мор?

— Верно.

Узнав ответ, он не двинулся с места.

— Не станешь нападать, услышав кто я? Почему же?

— Мне не хватило внимательности и, похоже, я уже попал под проклятую магию разума, поэтому нападать на тебя у себя в голове нет никакого смысла. Должно быть, я стою так же, как и эти, — окинул он взглядом своих напарников. — Но в отличие от них я понимаю, как устроена твоя магия целиком и полностью. Поэтому мне даже известно, что ты также не можешь двигаться, пока пытаешься расшатать наш разум такой сложной техникой. Но не могу понять одного, почему ты сразу же не перенёс меня в воспоминания, а пытаешься со мной поговорить?

— Ты теперь алчущий, как и я, мы оба имеем сознание и способны не кидаться на каждого встречного. Многие опустошённые враждебны к своим сородичам, но только не я. Демоны — вот, кто действительно заслуживают смерти, а в частности Ксар’Дэс и его близнец Касар’Дэс.

— Почему ты ненавидишь демонов?

— Так ты не знаешь… Они с нами, опустошёнными, естественные враги. Мы поглощаем их, а когда они развиваются до определённой степени, то начинают поглощать нас, но дав слабину, вновь становятся нашей добычей. Однако есть одна важная несправедливость. В отличие от них, мы смертны и возрождаться не способны. Бывает, конечно, когда демоны и опустошённые действуют сообща. Также бывает, что демон умирает окончательно, но всё это исключения из устоявшихся правил.