Чтение онлайн

— В логово свалились что ли? — предположил Леуштилат. Он то и дело тянулся к рукояти двуручного меча, но сам себя одергивал.

Кстати, мечей у него было теперь два. Ведь я отдал ему токин с умением «Буйный Голиаф», которое мой друг, рассыпаясь в благодарностях, без раздумий выучил.

— Типун тебе на язык! — буркнул Уман. — Потому что если это так, то за всей этой шушерой полезет…

Мэлэх не договорил и осекся, ведь из туннелей напротив выскочило сразу пять здоровенных Пустомеров. Каждый обладал толстой хитиновой броней, шестью зазубренными лапами диаметром больше бедра взрослого мужчины и хищными жвалами, похожими на гидравлический резак. Размерами же они втрое превосходили самых крупных Суверенных жуков.

Чудища легко заскользили вперед, разбрасывая во все стороны мелких сородичей, и с разгона врезались в ряды нежити, сверкая Межмировой Энергией. Моя армия мертвецов забуксовала и начала нести серьезные потери.

— Королевские… — выдохнул Уман, скрипнув зубами.

— Чтоб этих оседлых Захаурун забрал! — взмолилась Еленга. — Нет бы просто молчать!

Я же оставался совершенно спокоен и, не повышая голоса, бросил Леуштилату:

— Правый твой.

— Вот это дело! — радостно воскликнул воин, срываясь с места.

Одним стремительным броском он достиг линии фронта, на ходу выхватив меч. Сталь зазвенела, ударившись о хитин, а я приказал ближайшим мертвякам сосредоточиться на более мелких целях и не путаться у Леуша под ногами.

Но и чем ответить вражескому подкреплению у меня тоже имелось.

Не издав ни единого звука, из Теневого могильника вышло два новых прислужника. Один внешне выглядел как орк с изувеченным до состояния застывшей кошачьей блевотины лицом, а другой представлял собой Пескомера, возвышавшегося над напарником, как овчарка над болонкой. Орк сжимал в руке палаш, ну а монстр в оружии не нуждался. Он сам им являлся.

Завидев эту парочку, оказавшиеся неподалеку караванщики невольно поежились и сделали по паре шагов назад. Хоть они и понимали, что перед ними стоят союзники, но сделать с собой ничего не могли. От нежити так и веяло жутью, заставлявшей кровь холодеть в жилах, а мозг транслировать одну единственную мысль: «Беги! Беги так далеко, как только сможешь!».

Впрочем, я, конечно, ничего такого не ощущал. Ведь являлся, во-первых, Некромантом, а во-вторых, создателем этих двух прекрасных экземпляров воскресших мертвецов.

Первый был никем иным как Лагдуфом — воином-Развившим, убитым мной в Трещине возле Заманска. Мне намеренно пришлось изуродовать зеленокожего, чтобы его не узнал Леуш. Вторым же стал Королевский Пескомер, совместными силами уничтоженный на подступах к Триомажу. И теперь они оба, повинуясь мой безмолвной команде, бросились противостоять здоровенным жукам.

Но самое главное, что их конечности ярко сверкали фиолетовым светом Межмировой Энергии!

— Кто это? — не смог удержаться от вопроса Уман, видя, как мои прислужники успешно дают отпор Королевским монстрам. Даже мэлэха поразила их необузданная сила.

— Умертвии. — сообщил я, расплывшись в самодовольной ухмылке. — Ты же не думал, что я в «Винограде» всю неделю просто так харю плющил?

— Конечно нет, но…

— Возьмите на себя последних двух. — настойчиво перебил его я. — Не охота терять столько нежити на ровном месте. И постарайтесь не сильно их повредить.

Кивнув, Уман с Еленгой принялись обстреливать магией оставшихся без серьезных противников жучил. Тем это, конечно, не понравилось, и они попытались порваться к обидчикам, но на каждой их лапе повисло по грозди зомби, затрудняя движение. К тому же мэлэх обладал магической сетью, которую тоже не преминул воспользоваться. Хоть та и не показывала максимальной эффективности против столь сильных насекомых. Караванщику явно не мешало бы задуматься над улучшением этих чар.

Я же буквально всей кожей ощущал восхищение и благоговение обычных кочевников. Ведь они прекрасно слышали, что я назвал нападение пятерки Королевских монстров «ровным местом». И в довершении всего продолжал противостоять натиску целой армии более слабых тварей.

Каждый понимал — свались они в подобную западню без меня, и выжили бы единицы. Двое Развивших, несколько Осознавших и группа Освоивших нападение такой орды точно не выдержат. На поверхности они постарались бы, неся потери, отступить под Купол, а на дне ямы… Что ж, время от времени Караваны пропадают не только по вине ставших личами лордов.

Но со мной и моими умертвиями все будет по-другому. Пока я рядом, не умрет никто!

Глава 2

Не знаю, сколькими умениями владел у Лагдуф при жизни, но, став умертвием, он сберег целых два. Одно, позволяющее резко сократить дистанцию, вращаясь в воздухе, как сверло; и другое, заставляющее оружие в его руке мелко и часто вибрировать, буквально вгрызаясь в рану врага.

И именно вторым он сходу перепилил Королевскому Пескомеру лапу. А затем, увернувшись от клацнувших над самой шеей челюстей, принялся неистово кромсать твари брюхо, ловко размахивая палашом.

Блеск!

В отличие от гулей и зомби, превращавшихся под воздействием магии в тупых монстров, умертвие сохранило мышечную память и навыки боя. Что вкупе с многократно усиленным телом Развившего, а также всеми плюсами становления нежитью делало его воистину страшным противником.

Хладнокровным. Умелым. Безжалостным. И не знающим ничего кроме воли хозяина. Моей воли!

А ведь разгадка секрета создания столь могущественного ожившего мертвеца лежала буквально на поверхности. Но понял я ее, лишь разобравшись с личем.

Не нужно пытаться перекроить тело воина ступени Развития! Он настолько высоко уже вскарабкался по лестнице, что сам многочисленными тренировками сделал за меня всю работу. Мне же оставалось лишь вдохнуть «жизнь» в хладную плоть.

Загвоздка возникла разве что с сохранением умений. Но и здесь, по аналогии с личем, я довольно быстро пришел к необходимости создания внутри прислужника некоего Ядра. Вернее, его подобия, потому что воины, насколько я понял, руководствовались несколько иными принципами по части взаимодействия с Межмировой Энергией.

Поэтому, в результате серии экспериментов, я догадался сделать Лагдуфу Сосредоточие в виде чего-то похожего на упрощенную нервную систему, внедрив ту прямо внутрь костей. В душе не ведаю так ли поступают на самом деле воины, но у меня сработало. В конце концов, это мое творение, и я имею полное право идти своим путем по дроге магии.

Примерно так же я поступил и с трупом Королевского Пескомера. С той лишь разницей, что жук сохранил одну единственную способность укреплять с помощью Межмировой Энергии хитиновый панцирь. А может у него и вовсе больше не было. Монстры и так сами по себе сильны.