Чтение онлайн

Довольно смелая попытка одним махом разделаться с вражеским лидером. Будь он человеком, я бы даже его похвалил. А так… пусть хоть сдохнет, но заставит вождя показать какой-нибудь навык.

Вождь не сплоховал. Несмотря на то, что его атаковал Объединивший, здоровенный огр с неожиданной для его комплекции прытью вскочил с костяного трона и выхватил торчавший из камня меч.

Вернее, так мне показалось в первую секунду. Потому что на самом деле вождь поднял меч вместе с камнем и на манер булавы обрушил его на голову противника!

Мугзанг успел защититься. Удерживая свой отнюдь не маленький топор двумя руками, он заблокировал удар, однако последний оказался такой поразительной мощи, что в теле орка что-то хрустнуло, а сам он, не выдержав, опустился на одно колено.

Ему определенно не часто приходилось встречать физически более развитых противников. Сейчас же могучий орк смотрелся как дварф рядом с обычным человеком. И тем не менее Мугзанг нашел в себе силы подняться на ноги и продолжить бой.

Зазубренный топор мелькал из стороны в сторону, заходя под всевозможными углами. Умение за умением, орк наносил удары такой мощи, что от поднятого ими ветра сдувало висевшие на стенах шкуры. Он со свистом рассекал воздух, но так и не мог достать врага. Каждый выпад вождь парировал своей странной булавой, и за пару секунд их оружия столкнулись более двух десятков раз, наполнив пещеру оглушительным звоном.

Да, Мугзанг уступал ростом и силой, но навыком боя определенно превосходил противника. Все-таки вырос он не в Трещине, а в какой-никакой цивилизации, где имел массу возможностей тренироваться с учителями, а не просто лупить сородичей совочком по башке. Поэтому, находясь на пределе своих возможностей, он все же по чуть-чуть теснил огра!

Видя подобное непотребство, другие краснокожие принялись недовольно роптать, однако вмешиваться в поединок не решались. Слишком уж активно эти двое обменивались ударами. Такими темпами недолго угодить под горячую руку и головы лишиться. Или еще чего не менее важного.

Я подумывал уже натравить на них обоих цедрика, как вождь преподнес Мугзангу неожиданный сюрприз. Оттолкнув от себя орка, он, вместо того чтобы вновь попытаться достать его «булавой», выставил перед собой левую руку открытой ладонью вперед. И с нее внезапно сорвался целый поток черных червей размером с мое предплечье!

Заклинание?!

Но как это возможно?

Времени размышлять особо не было, ведь я, да и другие люди, находились прямо на пути необычных чар. А эффект их воздействия я успел рассмотреть, прямо в процессе выстраивания защиты.

Мугзанг явно не ожидал такого поворота, ведь до этого ни один огр магией не пользовался. И тем не менее среагировать он успел. Частично. Особым образом взмахнув топором, глава рода создал перед собой череду фиолетовых вспышек, поглотивших часть направленных на него червей. Но только часть. Другие же настигли его, проникли под кожу и принялись стремительно пожирать плоть, доставляя невыносимые страдания.

Следом та же участь постигла и его соратников.

А вот наших я вовремя прикрыл, сотворив на пути вражеских чар Несокрушимую Крепость Некроманта.

Почти три секунды изливался поток колдовских червей, поражавших все на своем пути. Орков, эльфа, дварфов и нежить. Но ни один человек не пострадал от этой атаки, спрятавшись за мощной костяной стеной, мерцавшей призрачным светом.

Я спас всех!

И в то же время глазами прислужников наблюдал за эффектом заклинания вождя.

Выронив топор, Мугзанг упал на колени и издал леденящий душу вопль. Он принялся ногтями царапать собственную кожу в попытке добраться до источника боли, но лишь оставлял на теле длинные кровавые полосы, не в силах противостоять магии голой силой.

Та же участь постигла и остальных нелюдей. Практически одновременно они рухнули на пол, заживо пожираемые колдовскими червями. Их крики слились воедино и, многократно отразившись от стен пещеры, впились в разум уцелевших благодаря мне авантюристов.

Они не видели происходящего снаружи Крепости, но подспудно догадывались, от чего я их спас.

Ограм же пришлось значительно проще. Черви куда медленнее вгрызались в их плоть, а потому они просто выдергивали тех из себя и уничтожали, сжав в кулаке.

Нежить тоже от боли не страдала. Однако, заклинание пожирало мертвецов так же эффективно, как живых, а потому я отправил пораженных им прислужников в самоубийственную атаку на вождя, заменив их на свежевоскрешенных и извлеченных их Теневого могильника.

А заодно, раз уж освободилось пространство, призвал Страхоклыка. Его самураи не то чтобы особо эффективно противостояли ограм, но одним своим появлением внесли достаточно хаоса, чтобы помочь остальным продвинуться вперед.

— Что за срань!

— Во имя всех богов!

— Защити меня, Сатвелеон! — невольно восклицали люди, когда я убрал стены Крепости, и они смогли воочию увидеть результат волшбы вождя.

Заклинание далось тому определенно нелегко, и он точно не собирался использовать его второй раз подряд. Грудь огра тяжело вздымалась, он слегка пошатнулся, но не упал, опершись на свое оружие. Все-таки имидж нужно держать. Однако при этом с него соскользнул плащ, явив на всеобщее обозрение еще одну голову, расположившуюся над правым плечом. Маленькую, уродливую и сморщенную. Хотя глаза ее сверкали лютой злобой.

— Двухголовый огр! — выдохнул Митрофан.

— Ну и образина! — поморщилась Энн.

— В бой! — крикнул Лев, выводя соратников из ступора.

Моя же нежить сражаться и не прекращала.

Глава 9

После смерти отряда Мугзанга и под влиянием продемонстрированной вождем мощи огры усилили натиск, однако нежить не дрогнула и продолжала планомерно уничтожать противников. На их боевой дух не влияли ни яростные крики врагов, ни стоны раненных, ни гибель соратников. Только моя непоколебимая воля Некроманта.

Словно какое-то божество, находящееся на совершенно другом уровне, я восседал на своем троне посреди хаоса сражения и отдавал мысленные приказы прислужникам, мгновенно поднимая новых взамен павших. Сверкали умения, грохотала сталь, кровь фонтанами вырывалась из разорванных артерий, но до меня не долетало ни капли. Я оставался чист, внешне невозмутим и полностью сосредоточен на ходе боя.

Как бы ни пыжились огры, однако с каждой рухнувшей краснокожей тушей, я отвоевывал все новое пространство, позволявшее мне использовать больше и больше нежити. Там, где не справлялись зомби, в дело вступали гули; гулей сменяли умертвии; а в случае возникновения особо трудных ситуаций подключались теневые клирики с цедриком, ставившем точку в любом сопротивлении.