Чтение онлайн

День за днем я прокачивал через себя огромные объемы Межмировой Энергии, постепенно раздувая пламя в Ядре и сразу же с его помощью формируя особые ядовито-зеленые частицы. И чем больше становился огонь, тем легче шел процесс. Правда только на начальном этапе. Потому что, как и говорил Корнелиус, после определенной отметки сложность накопления измененной силы нарастала экспоненциально.

Но зато и пользу таких улучшений недооценить сложно. Мало того, что с достижением ступени Слияния эффективность моего колдовства заметно улучшилась, но если я еще и использовал для него видоизмененную Межмировую Энергию, то заклинания сплетались в несколько раз быстрее. А Несокрушимую Крепость Некроманта никакой Айнилиэль теперь точно бы не пробил.

Ну и умертвий с личами, создавая их из тел Развивших, я поднимал теперь практически мгновенно. Что уж говорить про гулей и зомби. Этих я мог воскресить хоть полсотни за раз. А то и больше. Хватило бы трупов.

Немало времени я провел и за изучением туши вождя огров. Мне казалось, что такая уникальная тварь должна открыть мне секрет более сильной нежити, однако на этой ниве существенных подвижек пока не случилось. Хотя кое-какие идеи у меня появились.

Я пытался расспросить Некрономикон, являвшийся ко мне время от времени, вот только тот делиться знаниями не торопился. Все больше глумился да подтрунивал. Но пользу я все-равно извлек, даже просто наблюдая за его ядовито-зелеными миазмами. Это позволило мне лучше понять их природу и по аналогии ускорить формирование собственных аналогичных частиц.

Про Экскалибур книженция тоже разговаривать наотрез отказалась. Особенно после того, как я рассказал, что тот активно делится с Леушем советами, а то и подкидывает время от времени боевые умения. Намекнул, мол, я бы тоже от таких подарков не отказался.

Услышав это, Некро не появлялся целую неделю. Обиделся, видать. Ну или у них какие-то свои артефактные разногласия. Кто ж их искусственных разберет.

Про костяной меч свой я тоже не забывал. Тот по-прежнему орал дурниной, угрожая убить малодушных и вселить сплин в сердца прочих, но постепенно я вновь брал его под контроль. Хотя использовать, как раньше, все еще не мог.

О причинах произошедшего я смутно догадывался. Судя по всему, заключенный внутри дух боли и страданий вкусил крови Шахака, считавшегося демоном… боли и страданий. Если это ничего не значит, то я вяленый кактус.

Каждый день я лично приходил на рынок кочевников в ожидании встречи с подходящим Караваном, но время шло, а мэлэх с ключом от столицы так и не появлялся. Мне даже довелось начать дежурить на стенах, чего я делать изначально вообще не планировал. Но, став символом борьбы за свободу, приходилось поддерживать имидж.

Кстати, насчет свободы. Едва осознав, что задерживаюсь в Ижмариле, я хотел устроить тотальный геноцид и просто-напросто уничтожить всех нелюдей. При небольшой поддержке местных жителей я бы даже сделал это практически самостоятельно. Хоть и пришлось бы серьезно напрячься. Однако Корнелиус, к которому я время от времени захаживал, меня отговорил.

Оказалось, что город имел собственную, как он выразился, экосистему. И если выдернуть из нее один элемент, то лишенное защиты Купола поселение не устоит под натиском Диких Земель. Банально защитников не хватит. Так что как бы мне ни хотелось устроить очистительный поход и залить улицы кровью иномирских захватчиков, но в итоге пострадают не только нелюди, но и люди. Я-то уеду, а им тут жить. Против такой логики спорить сложно.

И тем не менее ситуация в Ижмариле изменилась безвозвратно. Если сам Корнелиус, достигнув вершины лестницы развития, практически ушел на покой и старался ни во что не вмешиваться, то вот Объединившие действовали активно. Тем более, что у нелюдей такой остался всего один. Глава их гильдии авантюристов. И все.

Слишком мало, чтобы запугать целый город.

И люди, почувствовав дыхание свободы, сами создавали недавним угнетателям невыносимые условия существования. Особенно старались молодые и горячие, вроде Льва, который потерял близких по вине нелюдей. И новость об этом быстро распространилась на соседние поселения. Как наши, так и их. Поэтому с каждым Караваном целые семьи нелюдей снимались с мест, чтобы найти спасение среди своих, а на их место приезжали смелые решительные люди, желающие вместе строить новый порядок.

Не мытьем так катаньем Ижмарил очищался, превращаясь из рассадника боли в оплот сопротивления. Что не могло не радовать. Как и дошедшие до меня слухи о казни Эшкоца — мэлэха-предателя, занимавшегося подсадкой клиотов в наши Караваны. Кочевники разобрались с ним по своим законам в назидание остальным. Все-таки исключительно на доверии строилась их репутация, а потому пятнать ее не позволялось никому.

Все эти изменения я мог воочию увидеть, потому что нужный мне Караван все никак не прибывал.

Я прекрасно помнил срок, к которому мне требовалось прибыть в Свет Зарницы, чтобы успеть на что-то повлиять, а также примерно представлял, сколько времени займет путь. И в какой-то момент оказалось, что я по любому опоздаю на коронацию. Даже если выеду «вот прям щас» и буду гнать, не жалея тягловых монстров. Просто потому, что нельзя за три недели покрыть расстояние, на которое обычно уходит больше месяца.

Особенно с учетом непредвиденных ситуаций Диких Земель. А уж если по пути еще и Трещина встретится, то точно пиши пропало — кочевники мимо не пройдут, пусть хоть за ними гонятся все монстры пустыни.

Возможно, кого-то подобная ситуация повергла бы в уныние и заставила рыдать, свесив лапки, но я слишком долго шел к своей цели и слишком много усилий приложил, чтобы так просто сдаться. Я стал думать. Прорабатывать варианты. Пускай даже самые безумные. Я напряг всех вокруг себя, и еще немного остальных вокруг них. День за днем я не прекращал размышления ни во время еды, ни на стене, ни в массиве, и даже во сне продолжал искать способ.

И нашел!

Хотя для него все равно требовался ключ. Без этого никак. А потому, когда, в очередной раз неся дежурство, я заметил на горизонте приближающуюся стену песка, то мигом отправил туда приведений на разведку.

К городу на всех парах мчал Караван. Людской. Десятка три фургонов, запряженных взмыленными тварями, похожими на помесь цапли, лайки и банкетки для обуви. Но они спешили не просто так, а потому что их преследовало больше сотни антрацитово-черных Скорпиев — скорпионов с головой льва. И размерами твари разнились от кошки до носорога.

Маги кочевников отбивались яростно, но явно из последних сил. То один, то другой монстр догонял повозку и перекусывал клешнями колесо, из-за чего транспорт падал на бок, а на пассажиров тут же набрасывалась голодная орда.

Они все были обречены. Не такой уж редкий случай в Диких Землях. Но только не в мою смену!

— Леон, там… — обратился ко мне молодой маг, дежуривший на соседнем участке стены, однако не договорил, внезапно потеряв дар речи.

И в этом нет ничего удивительного. Мало кто сможет сохранить ясность мысли, когда его глазах десятки оживших мертвецов стройными рядами выходят на обожженный солнцем песок. Люди, нелюди, монстры, зомби, гули, личи, умертвии, темные клирики — все, как один, подвластные моему приказу бросились навстречу черной волне Скорпиев.