Некромант. Рабочие будни
Шрифт:
Увы.
Костяные гончие не намного отстали от призраков.
Когда на плечи Кариссе обрушилась тяжелая тушка – она закричала и полетела в подвал головой вперед.
И наступила тьма.
***
Ждать долго освободителям не пришлось. Из дома раздался вой.
Таши посмотрел на Хоши.
– Можем идти.
– Это – все?
Изумление мужчины можно было легко понять. Готовились-то драться, освобождать, убивать…
А вместо этого…
Все кончилось так быстро, что даже удивительно.
– Ты уверен?
– Костяные гончие промахов не дают.
Они и не дали.
Шейсс встретил их на подходе к дому. Посмотрел в глаза хозяину.
– Так, двое в саду, – распорядился Таши. – Шейсс покажет.
– Живые?
– пока – да.
– взять и связать, – бросил через плечо Хоши.
Трое человек отделились от его команды и отправились за Шейссом. А остальные пошли в дом.
Дверь была выбита.
– Эти твои псы – неплохие твари.
– Гончие. Костяные гончие.
Еще один мужчина обнаружился в прихожей. Над ним стоял Шайсс. Клыки не скалил. Но гончей это делать и не надо. Она и так выглядит, как воплощение смерти.
– Взять, связать…
Хоши отдавал приказы резким нервным тоном. Но слушались его беспрекословно.
Льяра сжимала рукоять ножа. Таши был ко всему безразличен.
И последняя гончая обнаружилась возле спуска вниз.
– Да тут подвал? – изумился кто-то.
– Каршао славился своими виноградниками. И погреба тут есть. Громадные, – откликнулся кто-то.
– только раньше спуск в них был более открыт. А сейчас…
– я пойду первым, – перебил болтовню Таши.
И начал спускаться по лестнице.
На искомое он наткнулся в самом низу.
Красивая женщина лежала на полу. Золотые волосы разметались по каменным плитам, роскошное платье порвалось, а на лбу набухала большая шишка. Но Таши интересовало не это.
Его интересовала сила.
Когда сила получена от рождения – это одно. А вот когда силу получают в результате ритуалов – это выжигает ауру. Остается такой характерный след…
А еще амулет на шее у женщины.
Таши резко сорвал его и сунул в карман.
– Кто тут?
– А тут у нас, – Таши развернулся к Хоши – некро… мразь!
– что?
– Некромант – это я. А это – некро… дь! – выругался Таши.
Разглядывая ауру женщины, он уже понял, что это такое. И даже сногсшибательная красота вызывала у него лишь омерзение.
– Что с ней делать? Убить сразу?
– Можете связать и заткнуть рот. В таком виде она будет неопасна, – Таши пожал плечами. – Давайте лучше вперед. Надо разобраться с детьми.
Хоши оставалось только кивнуть своим людям.
***
Когда-то это были винные подвалы.
Сейчас же…
Бочки из-под вина были убраны. И на их место пришли…
Ниши в стенах загородили решетками. И за решетками сидели дети.
Маленькие, от трех до пяти лет. Все они были грязны, голодны, заплаканы и все с ужасом смотрели на новых людей.
Хоши только кивнул.
Подручные открывали замки – оказался в отряде и такой умелец, вытаскивали детей – и дальше шли с ребенком на руках. Таши подумал, что в роли спасителя детей никто из них выступать не привык. Не прохожих по ночам грабить…
Но судьба бывает преизрядной шутницей.
Племянника Хоши нашли в дальнем зале. Раньше тут, видимо, тоже был склад. Теперь же все было затянуто черной материей – а на полу нарисована пентаграмма, в которой и был привязан мальчик.
Таши поднял руку, приказывая никому не приближаться. И принялся сам все изучать.
Так.
Что мы имеем?
Пентаграмма второго уровня, силы хватает, если что – рванет полдома. Ребенок привязан. Используется для зарядки накопителя… неплохая схема.
Но имеет один недостаток.
Таши опять закатал рукав шалотты.
– Эрасссше шхаасс… эрасше рейшшш…
Льяра невольно схватила за руку Хоши. С губ некроманта срывались странные шипящие слова, он словно окутывался чернотой…
Но потом стало интереснее.
Пентаграмма словно бы поплыла. Чернота с некроманта переползала на нее, разъедала края, стирала символы…
– Хайше Раш!
Таши не любил это заклинание. Но не любить – не значит не уметь. А умел он многое. И разрушать чужие заклинания, не причиняя никому вреда – тоже.
Когда пентаграмма полностью потерлась, Таши опустился на землю. И кивнул Хоши.
– Можете взять ребенка. Кажется, это ваш племянник?
Хоши вздохнул. Сейчас бы броситься вперед… но нельзя. Авторитет среди этой шакальей братии зарабатывается годами. А теряется в минуту.
Пришлось подойти медленно и вглядеться.
– Да. Это Даринель. Фарни, возьми его и перевяжи.
– я помогу, – вызвалась Льяра.
Хоши благодарно кивнул ей.
– а мы пока займемся вот этой… погоди! Ты говорил – в поместье две женщины?
– одна – вон там.
Таши кивнул на темный угол зала. И один из подручных поспешил отдернуть занавесь.
За ними оказалась небольшая клеть, в которой за решеткой сидела пожилая, но все еще симпатичная женщина.
– кто вы?!
– А кто вы?
– Индира Каршао. К вашим ус… да, смешно звучит…
– Та-ак… это ваше поместье?
– Да. Мое.
– А вы в курсе, что тут происходило?
Хоши не торопился освобождать узницу.
– К сожалению…
– Она не лжет, – заметил Таши. – И в ее ауре нет черноты.
– Выпустите ее, – приказал Хоши. – Надеюсь, госпожа, вы проясните нам происходящее.
Индира вздохнула.
– Мне неприятно об этом говорить…
– Мы ждем.
Индира отвела волосы со лба.
– Посмотрите на меня, господа…
Мужчины честно посмотрели. Симпатичная женщина.
Высокая, некогда светловолосая, а теперь седая, с голубыми глазами, с горькой улыбкой…
– Мне больше шестидесяти лет. А моей сестре никогда их не дашь…
– Сестре?
Таши догадался первым. Но он видел ауры. А вот остальные…