Некромантка на службе
Шрифт:
Ир разразился громкой бранью. А Ав смотрел то на меня, то на дверную ручку. И мне нравилось, что зомбика останавливает мой запрет, несмотря на своенравность.
— Быстро скрылись в коробке со своим богатством, пока я не потеряла остатки терпения! Завтра разберусь с вашим поведением.
Недовольно кряхтя, черепки спрятались на шкаф, где я оставила коробку с очками.
Бросив быстрый взгляд на будильник, я не сдержала разочарованного стона. До утреннего подъема оставалось спать три часа.
— Чувствую, завтра будет длинный трудный день, — буркнула я себе под нос, удобно укладываясь и кутаясь в одеяло.
Утро началось неожиданно… Впрочем, как всегда. Вытащив себя за волосы из кровати, я кое-как привела себя в порядок. Косметикой попыталась скрыть синяки под глазами, но придя к выводу, что мне поможет только трупный грим, бросила бесполезное занятие.
Черепки спали, но я безжалостно их разбудила, чтобы провести воспитательную беседу. Снова пригрозив Аву и Иру всеми карами разозленного некроманта, я вышла из своей комнаты.
Ребят в гостиной еще не было. Поэтому я зарядила кофеварку и приготовила бутерброды. Как только головокружительный аромат распространился по блоку, из комнат начали высовываться сонные физиономии группы.
— Ммм… бессмертный напиток, — стонал Осик, и, изображая зомби, шел к столу.
Я налила себе кофе в чашку и оставила кофейник на столе.
— Эви, кофе — замечательный способ загладить вину за бессонную ночь, — подмигнул мне Олли.
Уолли, наперед брата, схватил два бутерброда.
Я наблюдала за близнецами с улыбкой. Порой, они походят на детей.
— Доброе утро, — заставил всех напрячься голос Устинина.
— Шеф, доброе утро начинается с кофе, — протянул Олли кофейник Киру.
— У кого как, — буркнул Устинин, отказываясь.
— Что-то случилось? — осторожно уточнил Уолли.
— Случилось! Горемыко звонил. По нашей ориентировке найден Родварк.
— Отлично! — хлопнул в ладоши Осик.
— Он мертв, — обломал веселье Кир. — Эвелина, мы с тобой едем на место происшествия.
— Опять помойка? — поморщилась я.
— Хуже… — неопределенно ответил Устинин.
— Что может быть хуже? — поперхнулась я.
— Мусоровоз.
Олли подавился, а как только прокашлялся, разразился бурным хохотом. Уолли, поджал губы, стараясь сдержать усмешку. А Осик жестом показал мне, как он сочувствует.
— Раз ты самый веселый, то тебе сегодня специальное задание, — казал Кир на Олли. — Сходишь в хозяйственный магазин и купишь шпингалеты.
— Зачем? — не сразу сообразил близнец.
— Установишь на все двери в блоке. Снаружи и внутри.
Не нужно быть гением, чтобы понять от кого хочет защититься Устинин.
— Оси, свяжись с Диабло и поторопи их с установлением родственников. Пусть и Родварком займутся, — продолжил раздавать приказы Кир.
— Ок!
— Уолли, поможешь братцу. Потом езжайте в отделение. К тому времени мы вернемся.
— Хорошо!
— Эвелина, поторопись! — приказал мне шеф.
— Хм… Кир, а еще один костюмчик у тебя найдется?
— Найдется. В машине. Поехали!
Тоскливо посмотрев на свой горячий кофе, я вылила его в раковину.
Второе тело обнаружил водитель мусоровоза, когда забирал мусор из уличных баков. Родварка нашли на соседней улице от места нахождения Дункана.
Видимо здесь жители не такие любопытные, и в мусорные баки не заглядывают.
С нами на осмотр приехала Элла.
— Ух, братцы, какое прекрасное начало карьеры у меня в вашем отделе, — усмехнулась девушка, рассматривая фронт работ.
— Девушка, вы тоже работаете в отделе убийств? — улыбнулся Горемыко, обращаясь к Элле.
— Берите выше, я работаю в морге! — усмехнулась девушка.
Улыбка на лице Левы померкла.
— Куда катится этот мир? — буркнул себе под нос участковый подошел к Устинину, отчитываться.
— Ну… начнем, благословясь, — вдохновила нас Элла.
Труп застрял в механизме работы прессующей плиты. В итоге, верхняя половина тела свисала из машины, а нижняя находилась в фургоне мусоровоза.
Пока я фотографировала и осматривала место происшествия, Элла пыталась осмотреть труп. Мне было очень интересно послушать ее мысли, но отвлекать девушку не хотелось.
— Что у вас, барышни? — обратился к нам Кир, как только закончил разговор с Горемыко и опрос водителя мусоровоза.
— Улик нет, — отрапортовала я.
— А даже если бы и были, то вряд ли Эви бы их нашла.
— Почему? — поинтересовались мы с Киром хором.
— Трупу не менее трех-четырех дней. После вскрытия скажу подробнее. Но могу сказать точно, что картина будет смазана из-за процессов брожения отходов и трупа.
— Причина смерти?
— Скажу после вскрытия! Тело после пресса сильно пострадало, нужно проверить какие травмы он получил при жизни, а какие после смерти. НО могу одно сказать точно…
— Что?
— Ему тоже вырезали часть кожи, но на левом предплечье.
Элла показала нам левую руку трупа.
— И еще… Я подозреваю, что этому бедняге кожу вырезали, пока он был жив.
— Жив? Ты уверена?! — зацепился за слова патологоанатома Кир.
— На девяносто восемь процентов. В морге проверю и дам заключение.
— Хорошо, — вздохнул Кир. — Действуй! Жду отчет к вечеру.
— Эй, большой босс, — обратилась Элла к Киру.
— Что?
— Реши проблему, — ответила девушка, указывая на труп.
Вызволить тело из мусоровоза оказалось не просто. Открыть фургон — означало, что часть мусора вывалится из машины. Водитель предлагал проследовать с ним на завод по переработке отходов, и там достать труп, но Кир не желал, чтобы его сотрудники катались по городу и теряли драгоценное время.
Спор длился минут двадцать. Но перед сотрудником отдела убийств одержал победу над сотрудником социальной службы. Мы постарались «усидеть на двух стульях» — то есть достать труп на месте и не загадить улицу. Нам это почти удалось. Подстелив на асфальт пленку, водитель немного ослабил механизм так, чтобы мы смогли аккуратно вытянуть тело на землю. Конечно, часть мусора вывалилась из фургона, но вся она попала на полиэтилен. Миссия была выполнена.