Чтение онлайн

Вуркельд ходит злой, как обычно в конце первого семестра, скоро каникулы, а он как истинный некромант считает отдых пустой тратой времени. Меня Харисса пригласила в гости, наконец-то увижу дорогих подружек! Так скучаю без них, просто невозможно, как в комнату вхожу, так их вспоминаю. Трое моих друзей узнали, что я еду к демонам, теперь каждый день напоминают, что летом все ждут меня в гости, уже распределили, когда и где я буду гостить, прямо как приз какой-то.

Помнится, Лисс интересовалась странными божествами древности, а я купила у гномов статуэтку Сета, но куда засунула? Вчера помнится, её искала, тоже не нашла, как будто украл кто, так ценности она не представляет, гном дешево отдал, говорил, что в развалинах внук нашел, неказистая она внешне, но именно так я себе его представляю. А ещё свечи ароматические на днях намеревалась зажечь, так тоже не нашла, а ведь восемь штук оставалось, две я сожгла с Нарсеной перед отъездом, посиделки при свечах устроили. Сама я их не зажигала, демоницы над этими пристрастиями людей смеются, говорят, что никому вонь не поможет достичь истинной концентрации внимания. Странно мне все, кому понадобились самые ненужные вещи в моей комнате?

От раздумий меня отвлек стук в дверь, и сразу влетели хохочущие демоницы, они упали на диванчики и продолжали смеяться.

– Ох, Нуся, там сейчас такое было!
– сквозь смех воскликнула Ундра, но не выдержала и снова расхохоталась, девчонки ей не уступали.

– Вы просмейтесь как следует, и спокойно расскажите в чем дело, а то вас не понять, - сказала я.

– Нет, это невозможно! Так смешно мы не сможем пояснить, - говорила Тагина.

– И где интересно вы потеряли Моннейру?
– поинтересовалась я, заметив отсутствие вампирки.

– Вот о ней-то и речь идет, - начала пояснять Верда, успокоившаяся первой.
– Она пришла в кабинет к светлому эльфу и начала целое представление. Какая у неё тяжелая судьба, ни одной сестрички, что соответствует правде, а семеро старших братьев вечно измываются над ней, бедняжкой. С раннего детства заставляли упражняться в боевых искусствах, а когда она плакала, то били по голове, вот почему так трудно запоминать теперь. Игрушки у неё отбирали и ломали, а отец во всем верил сыновьям и наказывал её, бедняжку.

– Конечно, а кого ещё прикажешь обвинять? До её появления в замке тишина была, никто не орал из гостей от ужаса, она же главный организатор всех шалостей! Кто другой мог додуматься подложить живую ящерицу в косметичку жене эльфийского посла? Как она верещала, несчастная! Задумала носик на балу пудрить, а тут выскакивает нечто и вцепляется в её волосы! Все приглашенные дамы в крик, даже у нас об этом рассказывали. И после этого не наказывать? Может пирожными угощать? Отцу пришлось немало подарков дорогущих дарить, чтобы скандал тот утих, - вспомнила Ундра.

– Отец безжалостный монстр, мать ни разу не взглянула с теплом и нежностью на дочь, только балы, да политика интересовали её. А вот теперь, несчастная девушка впервые оказалась на свободе, сначала она даже видеть не могла мужчин и парней, со временем ужас сменился безразличием. Но вот сейчас, в этой Академии, она встретила свою Любовь, её сердце принадлежит навек одному ему, возлюбленному. Но беда в том, что её врожденная скромность не позволяет первой признаться в своих чувствах. Как взрослый мужчина, не мог бы он посоветовать, как вести себя в такой сложной ситуации?
– продолжила Тагина.

– А что же сказал наш блондинчик?
– заинтересовалась я, понимая, что ждет подвох.

– Он посмотрел на неё с сочувствием и предложил честно рассказать о своей любви, - сказала Верда серьезно, но снова хихикнула, а следом смеялись остальные участницы спектакля.

– Ты же знаешь нашу артисточку! Она с криком "Любимый мой, Счастье мое!" бросилась бедному эльфу на шею, обвила его своими руками и прильнула к губам, не давая вырваться, - воскликнула Ундра, едва сдерживая смех.
– Так этого мало! Дверь распахнулась, и явился Вуркельд собственной персоной! Не разобравшись в чем дело, тот принялся орать на Карниэля! Упрекал его в соблазнении ученицы, говорил, что понял теперь, чем занимаются светлые маги в учебных заведениях и почему у них много свадеб.

– Мы не выдержали больше и бросились бежать, вот только у тебя и позволили смеху прорваться!
– Тагина закончила рассказ.

– Но где же вы сами были, если действие происходило в кабинете?
– удивилась я, пытаясь сообразить, где там можно прятаться.

– Все очень просто, мы пришли раньше всех, там сразу налево от двери окно, которое всегда занавешено, там и прятались, - пояснила Верда.

А я вспомнила, что демоницы могут за любым предметом скрыться, если захотят

– Ой, девчонки, так Моннейра все ещё там? Бедный эльф, что же теперь с ним будет?
– мне искренне было жаль преподавателя.

– Не бойся, Нуся! Алхимик умный вампир, он все поймет, как только позволит эльфу говорить. Вот подружке нашей сложнее придется, ей надо будет доказывать, что поддалась чарам светлого мага, - сказала Ундра.

– А вот и я! Так и знала, что застану всех здесь!
– вбежала жизнерадостная вампирка.

– Объявилась, давай рассказывай, что без нас было!
– нетерпеливо затребовали подружки хором.

– Ничего и не произошло, Вуркельд откричался, замолчал, эльф освободился из моих цепких ручек, и начал все разъяснять, а я потихоньку сбежала, чтобы они вдвоем на меня не набросились, как разберутся. Сейчас уже, точно вместе сидят и вино эльфийское пьют, я у него видела однажды бутыль, - говорила Моннейра.

– По крайней мере, немного повеселились, может, обойдется без последствий, мы никому не скажем, и они промолчат, - рассуждала вслух Верда.
– Идем в банкетный зал, надо в себя придти после всего.

В этот вечер мы организовали посиделки с воспоминаниями разных приключений из детства. Оказалось, что мои подружки были весьма изобретательны в своих шалостях, но больше всех нас веселила вампирка. Столько приключений остальным даже придумать сложно было, а она все рассказывала о своих братьях. Была она всеобщей любимицей дома, поэтому очень многое ей прощали. После такого замечательного вечера идти никуда не хотелось, но я все же нашла в себе силы и отправилась в древнюю библиотеку.

Кот, как обычно, сопровождал меня в это весьма мрачное, угрюмое место, где ощущение постороннего присутствия всегда вызывало дрожь. Сегодня я шла между рядами, не думая ни о чем, пока моё внимание не привлекла рукопись на кроваво-красном стеллаже. Я взяла её в руки, и безумная боль пронзила меня, упав на каменный пол, я свернулась в клубок, стараясь не кричать, чужие воспоминания захватили меня, я каталась меж рядов, пока спасительное забытье не приняло меня в свои объятия. Пришла в сознание я там же, у кровавых полок, только теперь я знала причину такой жуткой окраски. Не знаю когда, но я уже читала этот дневник, наполненный болью и страданиями древнего мага, впрочем, его современники живы и сейчас. Мне стало ясно, почему нельзя брать книги с этих полок, ещё парочка подобных рукописей, и я просто не вернусь из небытия, ничто в этом мире не держит моё сознание, поэтому для сохранения существа по имени Нуся, не следует прикасаться к ним.