Чтение онлайн

Но задание отошло мне и ещё девятерым неудачникам, которым предстоит бродить среди холодных, недружелюбных камней и тёплых, но столь же недружелюбных хищников…

Спасибо, Система!

Если всё обобщить, то охота прошла довольно-таки успешно. Но, как это всегда бывает, могло быть и лучше. Среди моих спутников затесалась лучница-следопыт, которой и был поручен поиск циклопов, скрывающихся среди кажущихся безжизненными скал. Она выследила одного, мы его убили — и на этом наши успехи закончились. За неполный световой день мы больше одноглазых великанов не встретили, зато перебили под сотню местных хищников, жаждущих полакомиться нежной эльфятиной.

Становиться чьим-то обедом нам не улыбалось, но и на ногах оставаться в течении долгих часов мы не могли. После выноса вопроса на общее обсуждение было решено попытаться подыскать укрытие, а сейчас мы, сгрудившись возле не самого просторного входа в тёмную донельзя пещеру, решали, стоит ли идти дальше — или можно обойтись ночёвкой под открытым небом.

— Если мы хотим наутро проснуться бодрыми и живыми, то забиться в самую глубокую щель — единственный вариант. — Произнес я, скользнув взглядом по своим сопартийцам. Дальзек, Келинс и наш следопыт — Фальтрия. Последний член отряда, Вонсок, погиб, не успев среагировать на предсмертный выпад циклопа, так что в обсуждении плана участия принимать не мог, недвижимой статуей замерев в отдалении. К смерти Проклятые Эльфы пиетета не испытывали, так что Дальзек, — после становления Кхэлом приобрётший пока небольшие способности к некромантии, — без лишних мыслей поднял труп товарища, навьючив его, словно тягловую лошадь.

— В проходе поставим труп. Если на него нападут, то я это сразу почувствую и проснусь. — Самодовольно кивнул тёмный маг-самоучка.

— Но мертвец у нас один, а пещеры в этих местах крайне редко заканчиваются тупиками. Кто знает, какая дрянь может выбраться из земных глубин… — Фальтрия запустила руку в наплечную сумку и выудила оттуда пару отливающих рыжим камней, люменов, эльфийских источников света и тепла. Каждого подобного хватало на три-четыре часа, но яркость их была невелика. — Если мы действительно собираемся там укрыться, то лучше бы нам распределить запасы поровну. Авель, Келинс?

Я сделал вид, что достал камни из сумки, — хотя на самом деле воспользовался инвентарём, — после чего отдал четыре люмена девушке, невольно подивившись тому, как после столь длительного перехода и охоты она всё ещё выглядела довольно-таки опрятно. Особенно если сравнивать со мной, привыкшему к существованию в виде скелета, у которого всё, что само по себе не отваливается, грязью не считается, а то, что отваливается, делает это без помощи со стороны.

— Всё, что есть. — Покривил душой я, покосившись на окно инвентаря с десятком люменов внутри. После давешнего боя с орками я немного пополнил свои запасы, пользуясь тем, что меня никто не видел, так что избавился от лишнего оружия и теперь нёс на себе семь походных эльфийских наборов по два люмена в каждом. Четыре отдал, десять — оставил себе на случай, если отобьюсь от группы.

К этому моменту Келинс тоже распотрошил свои запасы, вывалив содержимое мешка на землю. Ничего особенного, но та открытость, с которой он это сделал, удивляла. На фоне многих других Проклятых Эльфов его действия казались странными и нелогичными…

— Больше нет. — Фальтрия сгребла все люмены в кучу, после чего, по-хозяйски покопавшись в закромах Дальзека, добавила туда ещё три камня.

— Предлагаю разделить люмены на две части, а нам — разбиться на пары. Так у нас будет больше времени в запасе для того, чтобы проверить и, если необходимо, обезопасить пещеру.

— Согласен.

— Поддерживаю.

Я чуть помешкал с ответом, но против большинства голосов решил не идти. Всё-таки у меня был запас, так что риск как таковой отсутствовал.

— Не возражаю…

Следом Фальтрия, пользуясь своим абсолютным влиянием на влюбленного в неё Дальзека, выбрала «светлячками» себя и Келинса, отрядив последнего в пару ко мне.

А уже через несколько минут мы, стараясь осматривать каждый уголок, шли по пещере, ожидая возможного нападения в любую секунду. Пугающая тишина, окружавшая нас, не шла ни в какое сравнение с поглотившим меня удивлением: несмотря на то, что моим спутникам приходилось присматриваться к каждому закутку, я видел всё необычайно отчётливо в радиусе двух десятков метров. Конечно, исчезни сейчас люмены, то я точно так же не смог бы ничего рассмотреть, но сам факт… Теперь на неполноценное Око я смотрел совсем иначе — как минимум здесь оно мне уже помогает, а уж если получиться восстановить зрение…

Одним словом — я один сейчас чувствовал себя как рыба в воде. Вдруг Келинс остановился, и, оглянувшись, пристально посмотрел на меня.

— Аваль, что у тебя с глазами?

— А что с ними?

— Вместо зрачка у тебя нечто вроде шрама, светящегося красным. — Подошедшая к нам Фальтрия ткнула мне в грудь небольшим зеркальцем, в поверхности которого я без каких-либо проблем смог рассмотреть свои глаза. И — действительно, в моих глазах ярко светились чёрточки, словно бы нанесённые неаккуратным художником. При этом они медленно, но всё-таки заметно вращались, привлекая к себе ещё больше внимания.

— Что за чёрт…? — Мне даже не пришлось изображать удивление, так как подобных визуальных эффектов я и сам не ожидал.

— Ты ведь тоже только недавно поглотил частицу Светочи, да? — С каким-то пониманием спросил Дальзек, покосившись на следующего за ним по пятам мертвеца. — Я тоже осознал свои новые способности не сразу.

— Да, сразу после пробуждения меня отправили к вам. И, кажется, темнота активировала мои глаза. Давно они так?

— Сразу, как только мы углубились под землю на несколько десятков метров. Стало темно, мы зажгли люмены, а ты — свои, кхм, буркалы. — Фальтрия опасно приблизила своё лицо к моему. — Ты видишь в темноте?

— Лучше, чем раньше, но без люменов всё равно ничего не смогу рассмотреть.

Девушка отпрянула и, сделав несколько шагов назад, показала три пальца.

— Сколько?

— Три.

Ещё пара шагов — и я справедливо решил, что хватит с моей команды и гарантии безопасности на расстоянии в десяток метров.

— А теперь?

— Два, вроде. — Я постарался добавить голосу неуверенности, мысленно отметив, что такими темпами меня можно будет без страха выпускать на сцену — сыграю так, что поверят все безоговорочно. — Но твой силуэт уже едва виден, тонет в темноте.

— Ты как хочешь, Аваль, но люмены понесёшь ты. Будешь ведущим и нашими глазами.

— Без вопросов. — Кивнул я, принимая несколько камней, теперь уже по-настоящему брошенных в сумку. Во избежание, так скажем, путаницы. — Выдвигаемся…?

Ещё два часа мы брели по становящимся всё шире тоннелям, пока я вдруг не остановился, совершенно не понимая, что именно заставило меня это сделать. Оборачиваюсь — и вижу застывших и что-то активно обсуждающих на для меня непонятном языке жестов товарищей. Фальтрия бросила на меня обрадованный взгляд и жестом предложила приблизиться, выудив из своей по-настоящему бездонной сумки, — чего только она не доставала оттуда за всё время, что мы были рядом! — похожий на многогранную пирамидку предмет. Стоило мне подойти — и эта пирамидка рассыпалась пеплом, а вокруг нас появилась сфера диаметром в пять метров.

— Всё, тут можно говорить. Дальше кто-то есть, и этот кто-то — вполне разумный. Я даже сейчас отчётливо слышу стук металла о металл, шаги и голоса. Грубые и низкие. — С каждым словом эльфийки на неё смотрели всё с большим и большим удивлением. — Что?

— Ты проходила церемонию поглощения частицы Светочи? — Задал вертящийся у всех на языке вопрос Келинс. Спустя пару секунд он добавил: — Мы ничего не слышим, Фальтрия.

Девушка нахмурилась, а её зрачок…

Я отчётливо заметил, как он дёрнулся сначала вверх, — стандартное расположение иконок меню, которые когда-то нужно было разворачивать взглядом, — а потом — вернулся в исходное состояние, начав двигаться так, будто бы девушка что-то читала. Но ни книг, ни чего-то подобного перед ней не было…