Нелегкая жизнь богини
Шрифт:
В общем, обнаружив, что нанять карету мне не на что, я даже не расстроилась, решив пройтись пешком. Зима была в самом разгаре, и снег громко трещал под ботинками. Ночью, когда дорогу освещали только звезды, легко оказалось представить, будто бы я оказалась в своем родном мире. Повсюду сугробы, с площади мне улыбнулось сразу с десяток разнообразных снеговиков.
Наклонившись, я зачерпнула немного снега и принялась скатывать в снежок. Бросать его не собиралось, просто подобное занятие успокаивало и помогало собраться с мыслями. А еще в какой-то мере это показалось символичным. Как ни крути, сейчас я опять буду вынуждена врать родным, и ложь постоянно растет, как снежный ком. И совершенно невозможно предугадать, сойдет ли это мне с рук или в какой-то момент лавина накроет с головой.
Дежурный в университете, когда я приветственно ему улыбнулась и помахала рукой, уставился на меня так, будто увидел призрака, а потом схватился за сердце и начал медленно сползать по стулу.
Несмотря на довольно позднее время, университет не был пустым. В коридоре несколько парней мыли полы, на подоконнике сидели две воздушницы и о чем-то сплетничали.
– Кириан? Это действительно ты? – первым меня узнал Зарт.
С соседом Ильяза мы виделись всего один раз, и я даже не ожидала, что парень настолько обрадуется моему «воскрешению». Выронив тряпку, он крепко обнял меня.
– Надо скорее сообщить директору, он с ума от горя сходит, – заметил он.
– Да я к нему и собиралась, – видя, что Зарт не собирается обливать меня святой водой и обзывать нечистью, я облегченно улыбнулась.
Но дойти к профессору не успела. На шум выглянули остальные студенты. Увидев меня, все они реагировали по-разному. Кто-то менялся в лице и принимался щипать себя за руки, другие кидались обниматься.
– Кириан, ты в самом деле жива?
– Как тебе удалось выбраться?
– А мы уже тебя похоронить успели!
Подобные реплики звучали со всех сторон. Не могло быть и речи, чтобы ответить, все усилия пришлось сосредоточить на том, чтобы меня не затоптали сейчас. В порыве чувств студенты не слишком себя контролировали и все прибывающая толпа начала пугать.
– Кириан? Ты что, из гроба вылезла?! – показавшаяся в коридоре Антея изменилась в лице. – Убирайся обратно к мертвякам, здесь тебе поживы не будет!
– И я рада тебя видеть, – с чувством сказала я. – Знаешь, мне в гробу так захотелось свежей человечины, чтобы посочнее, сразу о тебе вспомнила. Ты же не откажешься по старой дружбе угостить меня ручкой, а лучше ножкой?
Свои действия я сопроводила грозным выражением лица, даже облизнулась для наглядности.
– Так ты что, правда живая? – под грянувший хохот ошарашено пролепетала блондинка. – Но как это возможно? Ты же погибла при обвале!
Говоря, Антея уставилась на меня с таким видом, что, обладай я большим состраданием, точно бы пошла и закопалась на кладбище, лишь бы ее не разочаровывать.
– Кириан! – громкий вопль разнесся по коридору и Дора, помогая себе как локтями, так и магией, принялась пробираться сквозь толпу.
– Как же я соскучилась! – я крепко обняла подругу.
– Я думала, ты погибла. Кириан, это было так ужасно! Когда нам сообщили о твоей смерти, я собственным ушам не поверила, – гномка шмыгнула носом, смахивая слезы.
После ее слов всеобщее любопытство только усилилось и меня затеребили со всех сторон, требуя историю. Я уже начала подумывать, как бы изобразить обморок, хоть таким способом избавившись от повышенного внимания, когда на выручку пришел профессор Рэймос.
– Тихо всем! – судя по всему, о моем возвращении дежурный уже успел доложить ему, но директор побоялся верить в услышанное и теперь напряженно вглядывался в лица присутствующиx.
– Здравствуй, папа, – я не стала мучить его и вышла вперед.
Вид у директора был еще хуже, чем на похоронах. Он еще не ложился и темно-синий камзол подчеркивал бледное лицо. Под глазами залегли тени, лоб прорезала морщинка. Профессор будто постарел на десять лет, превратившись в собственную тень.
До этого момента я даже не представляла, насколько сильно директор любит меня и теперь боялась подумать, что он должен был чувствовать, похоронив вторую дочь…
– Кириан… Кириан, дочка! – несколько мгновений профессор ошеломленно смотрел на меня, а потом шагнул вперед, заключая в объятия. – Живая…
Наверное, впервые студенты могли видеть собственного директора настолько растерянным и едва сдерживающим слезы. Мужчина продолжал шептать лишь одно слово и крепче прижимал к себе, словно боялся, что я могу исчезнуть. Впрочем, будущие маги проявили удивительную тактичность и, убедившись, что прямо сейчас ничего интересного больше не будет, быстро разошлись по комнатам.
– Пап, все хорошо. Я действительно живая и здоровая. Так что можете откапывать мой гроб обратно, он теперь долго не понадобится, – я постаралась шуткой разрядись атмосферу, но взгляд профессора оставался по-прежнему взволнованным.
– Пойдем ко мне, поговорим. Или лучше заглянем в лазарет? Как ты себя чувствуешь? – заволновался директор.
– Как человек, которого чуть не задушили в объятиях и не разорвали на мелкие кусочки, – засмеялась я. – Честное слово, не беспокойтесь, теперь уже все отлично.
– Значит, с тобой в самом деле что-то случилось? – молниеносно среагировал профессор. – Никогда ceбe не прощу, что отпустил тебя одну в ту поездку.
– Наоборот, хорошо, что вы остались здесь, – представив, что Сейтар убил бы и моего приемного отца, по телу прошла дрожь.
Заметив это, директор поспешил проводить меня в кабинет. Первым, что бросилось мне в глаза, оказалась необыкновенная чистота. У профессора и раньше царил порядок, но в прошлые мои визиты повсюду лежали книги, письма и прочие необходимые вещи, а сейчас шкафы опустели, а на столе вместо журналов лежалo всего несколько листков.
Но задавать вопросы я не стала, вместо этого опустившись в кресло. Директор также не спешил начинать разговор, решив для начала заварить успокаивающий чай. Мне пить не хотелось, но понимая, что успокоиться в первую очередь нужно профессору, не стала спорить и послушно взяла чашку.
– Кириан, я знал, что ты не могла просто так погибнуть в обвале. Словами не передать, как мы волновались. Я молился богам, умоляя вернуть тебя, – по губам директора скользнула улыбка.
– Понимаю. Мне самой казалось, что больше я никогда не сумею вернуться, – проговорила я, умолчав о том, что видела собственные похороны.
– Тебе помог дар? Маги сделали все, что могли, но в конце концов заявили, что не чувствуют признаков жизни. Разобрать завал не представлялось возможным, – сделав глоток, отрывисто произнес профессор.