Чтение онлайн

Робин была на седьмом небе от счастья. Она ходила на все матчи Стенли, весело кричала на трибуне, приводя в недоумение всех, кто знал ее. Мальчики, симпатизировавшие ей, но не смевшие признаться в своих чувствах раньше, забрасывали ее комплиментами. Все неожиданно поняли, что самой красивой девочкой школы была не Бетти Рейнольдс и не Линда Макферсон, а тихоня Робин.

Бетти пытала подругу каждый вечер.

— А что он тебе сказал? А как ты на него посмотрела? А где вы сегодня были? — Она желала знать все подробности их свиданий. Любопытство ее было неутолимо.

Робин, не привыкшая к подобным откровениям, отшучивалась. Только по счастливому блеску ее глаз Бетти могла догадываться, как обстоят дела между Стенли и Робин.

— Ты могла бы быть пооткровеннее со мной, я ведь твоя лучшая подруга, — обижалась Элизабет.

Робин оставалась верна себе, и никто не узнал о жарких словах любви, что шептал ей Стенли, о его горячем теле и неловких руках, когда они неумело и торопливо любили друг друга в городском парке или в школьном спортзале.

А в августе произошло несчастье. Стенли возвращался с вечеринки из соседнего города. Парень, сидевший за рулем, был пьян и не справился с управлением на залитом дождем шоссе. Из пятерых ребят, находившихся в машине, один отделался легким испугом и парой царапин, двое пролежали месяц в больнице с сотрясением мозга, один сломал ногу, а Стенли погиб.

Робин не думала, что когда-нибудь она сможет без слез вспоминать Стенли. Но прошло почти полтора года, и она ловила себя на том, что может смеяться, болтать с подругами, улыбаться посторонним мужчинам и не представлять себе постоянно лицо Стена. Живое живым. Робин постепенно приходила в себя, но попытки Бетти наладить ее личную жизнь не находили никакого отклика в ее душе. Молодые люди, окружавшие ее, совсем не интересовали Робин. Она искренне сопереживала Бетти, но отказывалась принимать участие в игре под названием Любовь.

— Почему бы нам не покататься как-нибудь вместе? Ты столько говоришь о своей подруге, что мне кажется, будто я знаю ее всю жизнь, — проговорил Джеффри небрежно.

Но его тон не обманул Элизабет.

— Почему ты так хочешь познакомиться с Робин? — подозрительно спросила она. С этим МакКойном все время приходилось быть настороже.

Джеф рассмеялся, обнажая ровные белые зубы. Он уже успел привыкнуть к неожиданным приступам ревности, которые были свойственны Бетти.

— По-моему, это ты жаждешь познакомить ее со мной. Я только и слышу: Робин это, Робин то. — Джеффри так похоже изобразил манеру Бетти, что девушка рассмеялась. — Твоя Робин, как я понял, настоящая мисс Совершенство. Совсем как мой брат Патрик. Тот тоже безупречен. — Джеффри говорил спокойно, но Бетти различила нотки ревности в его голосе.

— За что ты так не любишь своего брата? — изумилась она. Она уже давно подозревала, что между братьями существует определенное соперничество.

— Не люблю? Кто тебе сказал? — Джеффри казался искренним, но Бетти чувствовала, что дело нечисто. Ее разбирало любопытство.

С самого первого дня знакомства Бетти пыталась узнать побольше о семье Джеффри. Когда же он известил ее о том, что он «тот самый МакКойн», она потеряла всякий контроль над собой. Желание знать как можно больше о нем и его семье завладело ею полностью. Она даже спустилась вместе с Робин в университетскую библиотеку и целую неделю изучала газетные подшивки, внимательно прочитывая все статьи, где хотя бы вскользь упоминалось имя МакКойнов. Бетти чувствовала удачу и не собиралась ее упускать.

Порой она спрашивала себя, как на самом деле относится к ней Джеф. Они проводили много времени вместе, пару раз были в кино, он приглашал ее в дорогие рестораны и всегда нежно целовал на прощание. Дальше дело не шло, и Бетти недоумевала. Если бы она имела дело с простым смертным, она давно бы предприняла меры к сближению. Но в случае с Джеффри МакКойном она боялась сделать ложный шаг и поэтому просто наблюдала.

Бетти Рейнольдс гордилась своим умением понять по одному взгляду на мужчину, что он к ней испытывает, но Джеф не давал ей такой возможности. Бетти терзалась ревностью, представляя его в объятиях других женщин, но боялась рассказать ему о своих переживаниях. А вдруг он развернется и уйдет, и она потеряет шанс проникнуть в мир богатства. Пусть Джеффри только введет ее в свой круг, там она не оплошает. Не получится с ним, она найдет достойную замену. Поэтому Бетти стискивала зубы и делала вид, что ее полностью устраивают те легкие, ни к чему не обязывающие отношения, которые сложились у нее с Джефом.

Сам Джеффри не размышлял над тем, каковы его чувства к этой забавной пухленькой девице. Он пригласил девушек покататься, согласилась именно эта. С ней можно было весело болтать и целоваться в кинотеатре. На более близкое знакомство Бетти не особенно его вдохновляла. Джеффри прекрасно видел, что она привязана к нему скорее из-за его положения, чем из-за личных качеств. Он не огорчался, так как давно привык к подобному отношению, но и не собирался становиться легкой добычей для маленькой хищницы. Она развлекала его, не больше. Как обиделась бы Элизабет, если бы поняла, какое маленькое место она занимает в жизни Джеффри МакКойна.

Джеффри всегда думал, что из него бы вышел прекрасный покоритель Дикого Запада. Ковбойская шляпа, клетчатая рубашка. В руке хлыст, под мышкой кольт. Он бредил ковбоями вплоть до взрослого возраста, когда пришлось смириться с мыслью, что его мечта вряд ли когда-нибудь осуществится. Но Джеффри не очень переживал по этому поводу. Он унаследовал легкий, ровный характер своей матери-ирландки, готовой постоянно распевать песни и не способной расстраиваться из-за чего-либо более минуты.

Грейс часто задавалась вопросом, как она смогла родить таких непохожих друг на друга детей — Джеффри, лицом вылитого МакКойна, но характером в ее родню, и Патрика, ее точную копию, но с нравом и упорством старого Дейвида МакКойна.

— Все-таки прав был отец, испортила ирландская кровь нам породу, — ворчал иногда Френсис на жену, но та лишь улыбалась в ответ. Она прекрасно знала, что отец без памяти любит старшего сына и очень гордится им.

Патрик был на четыре года старше Джеффри. Черные густые волосы, неожиданно синие глаза… Он унаследовал их от матери, именно они пленили его отца двадцать пять лет тому назад. Мягкие губы делали бы его лицо немного женственным, если бы не упрямый волевой подбородок, исключающий даже малейший намек на слабость характера. Патрик был безоговорочно красив.

Он учился в Англии, в закрытой школе для мальчиков, только на каникулы приезжая домой, и это спасало его от настойчивого внимания девочек. Грейс не могла поверить в то, что она и ее муж Френсис смогли родить настолько прекрасного ребенка.

Джеффри был совсем другим. Грейс сразу поняла, что он не будет отличаться изысканной красотой брата. И впоследствии он только подтвердил опасения матери. Джеффри рос крупным, шумливым, резвым мальчуганом, отличавшимся завидным аппетитом и стремлением к подвижным играм. Грейс сознавала, что совершает огромную ошибку, но ничего не могла с собой поделать — львиная доля материнской любви доставалась Патрику. Она боялась, что Джеффри, несмотря на свой легкий характер и кажущуюся невнимательность, почувствует ее отношение. Но, видимо, он не обращал внимания на то, что для Грейс самым важным человеком на свете был Патрик.