Чтение онлайн

— Я просто хотела увидеть ребенка и помочь! Я не знала, что так произойдет.

— Ты решила всех погубить? И себя, и ребенка, и Ясинию?

И тут во мне что-то дрогнуло. Мне стало очень сильно себя жалко. Может стресс или страх, а может быть мое положение. Они сделали свое дело, комок подкатил к горлу, и я уже не смогла сдерживать слезы. Я закрыла глаза, чтобы не видеть эту ненависть, и дала волю слезам, которые намочили ночнушку. Он сел рядом, прижал мою голову к груди и зашептал:

— Тихо, девочка моя. Как же ты меня испугала. Я готов был тебя убить.

Я подняла на него глаза и не поверила сама себе. Он смотрел на меня и хмурился. Дальше он поцеловал мне лоб, щеки, глаза и спустился к губам. Его нежный поцелуй заставил меня усомниться в том, что со мной происходит. Я обвила его своими пострадавшими руками, он прижал мое тело к своему, запустил руку в мою прическу и жадно целовал. Я отвечала ему, и мне безумно хотелось сейчас оказаться с ним в одной постели. Я никогда раньше не испытывала такого влечения к мужчине. Мне было очень жалко, что я не могу погладить его кожу на груди и обнять сильные плечи. Я чувствовала горячее тело и теснее к нему прижималась. Он оторвался от меня и посмотрел глубоким, в котором теплилось желание, взглядом:

— Не сейчас. Тебе нужно выздороветь.

Он сел рядом, облокотившись на подушки. Я легла к нему на грудь, а он гладил мою голову.

— Как там Ясиния? С ней все хорошо?

— Да, с ней сейчас Азармат. Она боится, что я тоже так же загорюсь, как ты, поэтому меня к себе не подпускает. Он тоже дракон и она его поймет.

— Я сделала что-то страшное?

— Да, — я услышала не голос, а рычание, — Ты нарушила мой запрет. Тебя бы следовало отлупить, как непослушную жену.

Он слегка хлопнул меня по ягодицам. Я подняла голову, поджала губы и посмотрела на него:

— Не нужно было тебе запрещать мне с ней встречаться и ничего бы этого не было.

Он приподнял бровь:

— Я оберегал тебя. Ведь перерождение Дракона — это самый опасный период. Могли бы все погибнуть, если бы не смогли остановить огонь. Пойми, что это не игрушки. Это необузданное животное, которое в этот момент сложно контролировать. Поверь мне, что тебе досталась очень маленькая порция огня. Если бы дочь хотела тебя спалить, то от тебя ничего не осталось, только груда пепла. Но теперь она будет учиться превращаться и научится себя контролировать. Страшно в первый раз, а дальше у нее уже такого не будет.

Я легла опять на его грудь, он запустил руку в мои волосы и протянул между пальцев прядь.

— Я не знала, что такое бывает.

— Я же мог сегодня потерять вас обоих.

Я посмотрела на него и больше не могла сдержать то, что уже вырывалось из меня:

— Ариат, я хочу сказать тебе...

Он сел, приблизился к моему лицу:

— Что ты хотела сказать?

Но я струсила и решила сначала проверить его:

— Ты... скажи... а, ты... любишь меня?

Он ухмыльнулся, заправил прядь волос за мое ухо, поцеловал нос:

— Я ненавижу тебя. Ты умудрилась украсть мое сердце сразу, как только я увидел тебя. Такую маленькую и хрупкую.

Я прижалась щекой к его груди, обняла и замерла, чтобы состояние счастья не растаяло у меня внутри.

Первый раз я спала в объятьях мужчины. Утром меня разбудила незнакомая служанка. Любимого уже не было, но одеяло и подушка были теплыми. Я прижалась к ним щекой, мне не хотелось выбираться отсюда. Я пребывала в неге и удовольствии. Руки сегодня болели сильнее, чем вчера. Кожа начала зудеть и хотелось их почесать.

— Госпожа, прошу вас, вставайте, — девушка опускала глаза и боялась на меня смотреть.

И тут я сообразила, что меня всегда будила Рене, а сейчас пришла другая.

— Где моя служанка?

Она пожала плечами и посмотрела в пол. В руках она теребила край фартука. Я слезла с кровати, подняла ее подбородок и заставила взглянуть на меня:

— Что с ней сделали?

Она посмотрела вниз и промолчала. Во мне начала закипать злость:

— Халат сюда, быстро.

Она со страхом глянула на меня, когда услышала металлические нотки в голосе, кинулась к шкафу и накинула на меня халат, мягкие туфли. Я направилась в сторону кабинета Везеля. Его там не оказалось, поэтому я пошла в коморку к управляющей. Постучать не могла, потому что были забинтованы руки, и я просто туда вошла. Та не ожидала меня увидеть и даже встала при моем появлении со стула.

— Где Рене? — сказала я резко, даже не поздоровавшись.

— Госпожа, ее наказали и выгнали.

— Кто распорядился это сделать?

— Господин.

Я наклонилась к ней низко и прошептала:

— Вернуть ее назад. Немедленно.

Она сжала кулаки и вышла из-за стола. Я видела такой взгляд, когда смотрят на людей с презрением. Например, на инвалидов или тех, кто ниже статусом. Она не приняла меня, потому что считала, что я вышла из самых низов. Только я выросла, где все равны. Это сейчас мир разделился на нищих и богатых, а в моем детстве все были одинаковые. Я гордо подняла голову и посмотрела на нее. Меня таким взглядом не раздавить и не унизить.

— Не велено возвращать слуг, которые провинились, иначе все будут, себя плохо вести. Есть правила, которые я нарушать не стану.

— Хорошо, посмотрим.

Я развернулась и пошла в комнату. Девушка уже застелила кровать и ждала меня.

— Госпожа, вам принести завтрак?

Она посмотрела на мои руки, прекрасно понимая, что я есть не смогу.

— Нет, я отказываюсь от еды. Пока в мою комнату не принесет еду Рене, я есть не буду. Можешь так своим хозяевам и передать.

Девушка побледнела и скрылась за дверью. Я сжала руками кружку с водой:

— Ничего малыш, мы с голоду не умрем. Если они сегодня ее не вернут, то завтра мы отправимся на поиски сами.

Через некоторое время дверь открылась и в комнату широкими шагами вошел Ариат:

— Валерия, мне сказали, что ты отказалась от еды?

Я посмотрела на него, он нахмурился.

— Все верно. Я хочу, чтобы вернули мою служанку.

— Но она виновата в том, что с тобой произошло.

Я поднялась и подошла к нему:

— Если я сейчас на твоих глазах прыгну в окно, то ты будешь виноват?

Он строго посмотрел на меня:

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Я говорю тебе о том, что за свои поступки и решения отвечаю я и только я. Никто другой не виноват в том, что мне пришла в голову сумасшедшая идея прыгнуть в окно. Вчера я приняла решение пойти к твоей дочери, а не Рене. Так накажи меня. Что вы сделали? Избили палками ее, остригли на лысо? Как наказывают в драконьем замке? Я готова понести заслуженное наказание, если в этом есть моя вина. Но наказывать того, кто не виноват и вынужден подчиняться приказам — это уже последнее дело.