Нелюбимый мой
Шрифт:
– Я не уйду из этого дома и развода тебе не дам!
– Развод ты мне дашь, но этот дом твой, - уныло констатировал он.
– Зачем тебе развод? Ольга все равно замужем.
– Это ненадолго.
Уже завтра он собирался подготовить бумаги на развод. Ольга их подпишет, хотя бы для того, чтобы вытащить Колесникова из тюрьмы. Ему не хотелось шантажировать дорогую женщину, но чужой женой он видеть ее не желал.
– И спать с нами ты будешь с обеими?
– девушка изучающе смотрела на мужчину
– Нет, - резко бросил Виктор. После короткого секса с Ольгой и испытанных эмоций, на других женщин он даже смотреть не хотел. Вот перед ним сидела супруга. Красивая, молодая. А его тошнило от одной мысли, когда он попробовал представить себя с ней.
– И что мне делать? Ты же знаешь, как в нас сильны животные инстинкты.
– Знаю, - покачал головой Толманский.
– Найди кого-нибудь себе.
– Да ни один оборотень ко мне за милю не подойдет. На мне ведь твой запах., - праведно возмутилась Олеся.
– Это необязательно может быть оборотень, - предложил Виктор и увидел, как сморщилось в отвращении красивое лицо девушки.
– Человек? Ты мне предлагаешь в партнеры человека? Мне, чистокровной суке?
– А почему, собственно, нет?
– Виктор начал рассуждать вслух. Этот выход из положения показался ему наиболее практичным.
– Ты любишь власть и деньги. У меня много друзей, а ты очень красива. Я могу тебя выгодно пристроить.
– Я не кукла, - заорала девушка и опять вскочила с кресла.
– А как быть с тем, что я люблю тебя? Нам ведь было удивительно хорошо вместе?
Виктор ничего не успел сделать или сказать, а Олеся уже скинула халат, а затем и кружевную сорочку, оставшись в одних, ничего не прикрывающих, трусиках. Как назло, в этот момент постучали, дверь открылась и на пороге показались Арсений и Ольга.
Девушка смущенно отвела глаза, супруга победно улыбнулась и сделала к нему шаг, дворецкий извиняющее закашлялся.
– Извини, пожалуйста, - нашлась его пара, - я не хотела мешать. Просто, - она видимо хотела что-то сказать, но передумала.
– Не будем вам мешать. Пойдемте, Арсений. Я подожду наверху.
Виктор выругался и метнулся к Ольге. Еще не хватало, чтобы она надумала того, чего нет и быть не может. Судя по всему, девушка итак была о нем не лучшего мнения, а тут такая восхитительная сцена.
– Стоять, родная!
– он подхватил опешившую девушку на руки.
– Что ты хотела?
– Извините, Виктор Алексеевич, это я хотел, - к нему смущенно обратился дворецкий.
– Да?
– бросил нетерпеливо Виктор. В конце концов дела могли бы и подождать.
– Ольга Геннадьевна, - он откашлялся, - в общем, я взял на себя смелость приготовить для вас праздничный ужин.
– Ты голодна?
– Виктор изумленно смотрел на свою пару. Он уже успел переместиться с девушкой и семенящим следом дворецким в холл. Ольга утвердительно кивнула.
– И почему ты молчала, девочка моя? Давайте ваш ужин, Арсений.
Если задуматься, Толманский тоже испытывал голод, но скорее голод телесный. Хотя, от мяса с кровью он сейчас тоже не отказался бы.
– Показывай выбранную спальню, сокровище мое. Ты уложила ребенка?
Ольга снова утвердительно кивнула.
Когда они, наконец-то, остались одни, Ольга тихо спросила:
– Ты понимаешь, что нам нечего праздновать?
Виктор загасил свечи. Арсений несколько перестарался. Свечи и шампанское были явно лишними на этом праздники жизни. Это об обрел истинную пару, а Ольга потеряла семью, во всяком случае она так упорно продолжала считать, а ему придется с этим смириться. На какое-то время.
– Оля, ты должна понять, девочка моя сладкая, - он притянул ее к себе на колени и уселся в кресло около сервированного столика, - что для нас обретение истинный пары. Да, я даже не знаю, с чем сравнить. Примерно тоже самое, что для обычного бедняка выиграть джек-пот.
– Понятно, - тихо и как-то слишком уж обреченно прошептала девушка.
– Ты меня не отпустишь?
Виктор отрицательно покачал головой.
– Никогда?
– Нет, сокровище мое. Для моего волка - ты единственная. А волки выбирают пару на всю жизнь. Пара - это смысл жизни. Для многих - сама жизнь.
Виктор прижимал к себе свое бесценное сокровище и очень надеялся, что он не влюбится. Он видел в каких идиотов превращает здравомыслящих людей это чувство и какие безумные поступки, прикрываясь любовью, они совершают. Ему по уши хватало физического влечения к этой женщине и желаний волка оберегать, заботиться и защищать.
– Скажи, пожалуйста, а влечение - это тоже часть этого?
– казалось, Ольга задавала этот вопрос с какой-то затаенной надеждой.
– Да, сладкая. Что ты будешь?
– он взял тарелку и вопросительно посмотрел на нее. Виктор не собирался отказывать себе в удовольствии покормить Ольгу, превращая это в прелюдию к основному блюду.
Ему показалось или женщина как-то уж слишком облегченно выдохнула. Ольга промолчала, тогда он сам решил за нее.
– Открой ротик, милая, - он поднес маленькое канапе из ветчины, оливок и огурчика к ее ротику.
– А теперь, жуй. Хорошая девочка. Тебе сегодня понадобится много сил. Ты ведь понимаешь это?
В глазах и аромате молодой женщины появились отголоски страха, но она явно попыталась совладать со своими эмоциями.
– Скажи мне, пожалуйста, чего ты испугалась?
– Я...
– его пара замялась.
– Меня?
– усмехнулся он и по выражению, промелькнувшему в зеленых глазах, понял, что угадал.
– Запомни, пожалуйста, как аксиому, ни один оборотень не может причинить физического вреда своей паре. Тебе не стоит бояться меня или моей реакции.
Виктор даже предположить не мог, что страх в запахе желанной женщины может быть так неприятен. Еще и волк внутри выл, требуя быстрее овладеть парой. Мужчине и самому не терпелось ворваться в Ольгу, заявляя окончательные права на эту женщину. Но он тянул, не хотел спешить, не хотел спугнуть хрупкое перемирие, возникшее между ними. Хотя с каждым мгновением все отчетливее в воздухе разливался аромат желания его пары.
– Ты сказал, что я пожалею, - выдавила она и потянулась к стакану с вином.
– Пожалеешь, родная, - он усмехнулся, но почувствовав, как сжалась девушка, быстро добавил, - но исключительно в постели. Я буду наказывать тебе сексом.
Виктор действительно ласкал ее всю ночь, подводил к самой вершине и отступал. И действовал так бессчётное количество раз, пока не понял, что Ольга практически засыпает под ним. Утро уже давно вступило в свои права, когда он брал ее в последний раз.
– Виктор, - взмолилась в очередной раз утомленная девушка, - пожалуйста.