Нелюбимый
Шрифт:
— Майкл, — обвила она руками его шею, прижимаясь к киллеру.
— Все хорошо, — погладил он ее по обнаженной спине. — Все хорошо. Ты со мной, со мной…
Облизывая пересохшие губы, Ройс закрыл глаза, привлекая голову женщины к своему плечу. Он понимал, что послужило причиной этого кошмара. Ей довольно долго не снились связанные с той ночью сны, но это должно было случиться. Подсознание Джин отреагировало на их близость, воскресив в памяти женщины не самые приятные воспоминания. Конечно, все прошло прекрасно, но с точки зрения статистики это был всего лишь секс, с которым у нее было связано не самое лучшее событие в жизни. И это будет случаться снова и снова, пока она сама не отпустит свою боль. Это необходимо сделать, чтобы жить нормально. Она поймет это, но позже, а пока ей нужен кто-то, кому не все равно, что происходит.
А Джин все продолжала дрожать. Устало отстранившись от него, она ничком легла на кровать, уткнувшись носом в край подушки. Сжав пальцами ребро матраца, она тихо всхлипывала. Тело женщины сотрясал такой озноб, словно в комнате стоял арктический мороз.
— Что мне сделать? — наклонился над ней Майкл, практически полностью скрывая ее хрупкое тело под своим.
— Ничего, — прошептала она одними губами. — Это пройдет.
Убрав с ее лица прядь слегка вьющихся темных волос, киллер запечатлел поцелуй на виске женщины. Кожа была холодной и солоноватой от пота. Чувствуя себя невероятно беспомощным и бесполезным, Майкл прижался лбом к так называемому «кошачьему месту», а затем поднял голову. Надеясь отвлечь ее хоть немного, он потерся носом о нежную кожу, зная, что тело женщины непременно отреагирует на это касание. Так и случилось. Джин вздрогнула, поведя плечами. После того, как киллер несколько раз повторил вышеописанный прием, она немного перестала так трястись. Теперь ее тело просто изгибалось, отвечая на прикосновения губ и языка Ройса.
Прижавшись немного колючей щекой к лопатке Джин, он тихо пообещал:
— Я вытащу тебя — вот увидишь. Ты станешь прежней.
— Я знаю, — ее голос все еще дрожал.
— Что тебе снилось? — она молчала. — Говори со мной. Не держи это в себе. Ты должна высказаться когда-то. Говори со мной.
— Мне приснилось, что ты меня бросил, — прошептала она.
— Я никогда тебя не брошу, — в который раз повторил Ройс.
Глава 31-32
— Марисса? — заглянула в спальню дочери Меган.
Ответом послужила гулкая тишина. Постель не тронута, шторы не раздвинуты, халат по-прежнему лежит в изножье кровати — все это говорило о том, что хозяйка не появлялась в комнате со вчерашнего вечера.
Миссис Ройс задумалась. А ведь так и было. Дочь не вышла к ужину, но такое случалось довольно часто. Последнее время, Марисса выглядела рассеянной и постоянно витала в облаках. После отъезда Реймонда девушка почт перестала отличаться от себя прежней: стала молчаливой, замкнутой и очень раздражительной. Кроме того, Марисса снова начала вести дневник. Спустившись в холл, Меган вышла на крыльцо особняка. Окликнув охранника у ворот, спросила, где начальник охраны. Генри появился спустя пару минут. Мужчина вышел из будки, расположенной возле калитки. Меган знала, что там находился узел видеонаблюдения.
— Да, миссис Ройс? — подошел к ней охранник.
— Вы видели вчера Мариссу? — поинтересовалась Меган. — Не могу ее найти.
— Она уехала рано утром, — шокировал ее Генри, причем, выглядел при этом не менее удивленным, чем сама миссис Ройс. — Вы не знали?
— Нет, — отрицательно покачала головой женщина. — Сказала — куда? И на чем уехала? Машина в гараже.
— Миссис Кларк вызвала такси, — сообщил Генри. — С собой у нее была дорожная сумка. Как я понял, она покинула Вермонт, поскольку до этого просила меня позвонить в аэропорт и узнать о ближайшем рейсе на Бостон.
— Бостон? — вскинула брови мать Майкла.
— Именно.
— Но как… — затем миссис Ройс замолчала и махнула рукой. — Ладно. Спасибо, Генри.
Вернувшись в дом, Меган нашла свой телефон лежащим на столе в гостиной. Номер сына всегда был у нее на быстром наборе, поэтому, чтобы дозвониться до Майкла много времени не понадобилось. Ройс поднял трубку на втором гудке.
— Майкл, где тебя носит? — спросила Меган.
— Что случилось? — вопросом ответил киллер.
— Чтобы ты появился дома, нужно чтобы что-то случилось, да? — не сдержала негодования Меган.
— Поясни, пожалуйста.
— Ты знаешь, что Марисса улетела в Бостон?
— Что-о? — вскричал сын. Меган услышала, как у него там что-то грохнуло, и злорадно улыбнулась.
Нет, миссис Ройс не желала Майклу неприятностей или лишних тревог. По-матерински она души в нем не чаяла, но по-женски не могла простить сыну того, что он оставил ее на втором плане. Оставив ее наедине с дочерью, Ройс мотивировал это тем, что так им будет легче найти общий язык, поскольку Мариссе придется общаться с матерью. В чем-то Майкл оказался прав. Девушка словно начала доверять Меган, и та уже стала думать, что все начинает налаживаться. Потом словно что-то случилось и все вернулось в прежнее русло. Марисса опять ушла в себя и не желала говорить не то, что на серьезные темы, но даже на самые обыденные. Эта перемена в поведении не могла не беспокоить Меган, но обсудить ей это было абсолютно не с кем. Она даже подумывала уже о том, чтобы снова вызвать Клайва Миллза.
— Как ты это допустила?! — интонации сына приобрели металлические нотки.
— Не смей орать на меня! — в тон ему ответила Меган. — Я не одна из твоих головорезов, поэтому смени тон, Майкл!
— Черт! — выругался Ройс. — Неужели трудно было просто смотреть за ней?
— Повторяю, смени тон, — процедила миссис Ройс сквозь стиснутые зубы.
— Мама…
— Ты вспомнил, что я тебе мать? — перебила его женщина, с трудом сдерживая дрожь в голосе.
— Ну, прости, — уже спокойнее ответил сын.
— То есть, ты сейчас мне одолжение сделал? — теперь уже Меган повысила голос. — Знаешь что, Майкл… — не в силах продолжать беседу в подобном тоне, миссис Ройс швырнула телефон на диван.
Проведя ладонью по лицу, Меган сжала переносицу. Веки уже жгли слезы, готовые вот-вот покатиться по бледным щекам. Заломив вспотевшие руки, женщина судорожно перевела дыхание. Не смотря на то, что миссис Ройс редко выходила из себя, сегодня ей было нелегко удержать себя в руках. Умом она понимала, что у сына могут быть какие-то свои дела, но материнское сердце не принимало никаких доводов, диктуя свое. Вынув заколку из темных волос, она встряхнула головой, позволяя им рассыпаться по спине и плечам. Так ей всегда было значительно легче успокоиться или сосредоточиться. Запустив длинные унизанные кольцами пальцы в локоны, женщина помассировала голову. Мысли слегка прояснились. Гнев улегся и теперь лишь царапал изнывающую душу, нашептывая, что следует перезвонить и отчитать сына за такое поведение. Тем не менее, Меган не торопилась хвататься за смартфон. Она привыкла сначала думать, а потом делать. Если Майкл так себя вел, значит, у него были на то свои причины. Если он не говорил о них, значит, ей не нужно знать. Как известно, если что-то призвано быть скрытым, пусть таким и остается. Иногда цена за правду слишком высока.
Прошло около полутора часов, прежде чем во дворе хлопнула дверца машины. Меган бросилась к окну. Как она и предполагала, это приехал сын. Ненадолго задержавшись возле будки охранников, он что-то высказал Генри, а затем направился в особняк. Наблюдая, как охранник провожает сына виноватым взглядом, миссис Ройс лишний раз убедилась в том, что в этом доме у Майкла есть секреты не только от Мариссы.
— Звонила Реймонду? — с порога спросил сын, даже не утруждая себя тем, чтобы поздороваться. И Меган его понимала: сейчас не до расшаркиваний.
— Звонила, — ответила женщина. — Она не выходила с ним на связь.
— Проклятье! — выругался Майкл.
— С каких пор у тебя тайны от меня? — спросила миссис Ройс.
— О чем ты? — с какой-то вселенской усталостью в голосе поинтересовался сын.
— А ты не знаешь? — приподняла брови мать. — Что происходит, Майкл? Ты целыми днями где-то пропадаешь, ведешь себя странно…
— Что странного в моем поведении?
— Действительно! — всплеснула руками Меган. — Ты не брит, ходишь в не свежей рубашке, на меня кричишь… — начала загибать пальцы с длинными ногтями.