Чтение онлайн

Принимая это во внимание, следовало, видимо, во время утреннего боя довести до конца артиллерийскую дуэль с английскими крейсерами, чтобы уничтожить их или нанести им тяжелые повреждения. После этого конвой, прикрываемый только эскортными эсминцами, стал бы легкой добычей "Шарнхорста". Вот чего опасался адмирал Фрезер!

Конвой вместе с крейсерами оказался а этот момент перед тяжелым германским кораблем. Сам же Фрезер на линкоре "Дюк ов Йорк" находился на расстоянии более 200 миль от места боя.

Во время короткого утреннего боя "Шарнхорст", видимо, не добился ни одного попадания, в него же попали два снаряда. Один из них упал на батарейную палубу, но не взорвался, а другой угодил в фор-марс и разрушил радиолокационную антенну. "Шарнхорст" лишился возможности вести радиолокационное наблюдение в секторе от 60 до 80 градусов. Но повреждений, которые вынудили бы его выйти из боя, он не получил.

Следует, однако, иметь в виду, что контр-адмирал Бей, возможно, расценил тактическую обстановку во время утреннего столкновения с английскими крейсерами как неблагоприятную. Его корабль выделялся на более светлом южном горизонте, а английские крейсера находились в более темном северном секторе, так что, по всей вероятности, немцы видели англичан хуже, чем те немцев.

Бей мог опасаться, что его корабль подвергнется внезапной атаке эсминцев и что эта опасность фактически сведет на нет его превосходство.

Но если он и придерживался такого мнения, то все равно трудно понять, почему он во время или после столкновения с английскими крейсерами не вызвал к "Шарнхорсту" германские эсминцы и не приказал им следовать за собой, чтобы иметь возможность при встрече с противником использовать их в дальнейшем.

4-я флотилия эсминцев видела, правда, разрывы осветительных снарядов в ходе утреннего боя, но, не получив никакого нового приказания командующего группой, продолжала следовать курсом на юго-запад. В 10.27 4-я флотилия получила приказание:

"Курс 70 градусов, скорость хода 25 узлов, в 11.58 действовать против квадрата 6365."

Таким образом, никакого тактического взаимодействия между "Шарнхорстом" и 4-й флотилией эсминцев уже не было.

При отходе "Шарнхорста" на юг и последующем повороте на север адмирал Бернетт принял безусловно правильное решение - не следовать за линейным кораблем, а подойти со своими тремя крейсерами к конвою, чтобы защитить его в случае новой атаки "Шарнхорста".

Следуя на север, "Шарнхорст" в 11.00 получил донесение германского самолета о том, что тот обнаружил далеко к северо-западу от Нордкапа пять кораблей.

Получив эту радиограмму в Киле, командование флота предположило, что речь идет о пяти германских эсминцах, которые в соответствии с рекомендацией, данной "Шарнхорсту", - проводить операцию без эсминцев - были отправлены обратно. Поэтому ни командование флота, ни штаб руководства войной на море не сочли нужным из-за этого донесения самолета вмешиваться в операцию, которую в данный момент проводил командующий боевой группой, тем более что точных данных о ее ходе не имелось.

Только после гибели "Шарнхорста" удалось выяснить, что в действительности донес германский самолет:

"Пять кораблей, среди них предположительно один тяжелый - к северо-западу от Нордкапа".

Командующий военно-воздушными силами, передавая это донесение командованию флота и "Шарнхорсту", приказал вычеркнуть слова "среди них предположительно один тяжелый", так как стремился передавать только точные данные, а не предположения.

То, что это важное добавление было вычеркнуто, привело к особенно трагическим последствиям. Мы не знаем, о чем подумал контр-адмирал Бей, получив в 11.00 донесение об этих пяти кораблях. Возможно, он допускал, что речь могла идти и о тяжелых английских кораблях. Об этом говорят показание спасенного матроса, который заявил, что позднее, около 15.00, экипажу "Шарнхорста" было объявлено, что английское соединение, находящееся к западу от линейного корабля, следует курсом на восток. Эта информация могла, в сущности, основываться только на донесении воздушной разведки, принятом в 11.00.

Если бы в нем содержалось добавление "среди них предположительно один тяжелый", адмирал Бей, по всей вероятности, с большей уверенностью сделал бы вывод о том, что речь идет о тяжелом английском корабле, и, возможно, немедленно стал бы действовать согласно приказу:

"Прекращение операции - по собственному усмотрению. При появлении тяжелых кораблей - обязательное прекращение операции".

Да и командование флота при таком тексте донесения воздушной разведки также наверняка не подумало бы, что речь идет о пяти наших эсминцах, и, по всей вероятности, приказало бы немедленно прервать операцию, если бы этого не сделал сам командующий группой.

В этот момент - в 11.00 - "Шарнхорст" мог незаметно оторваться от противника и достигнуть безопасных норвежских фьордов до встречи с приближавшимся с запада английским корабельным соединением англичан.

Таким образом, мы не знаем точно, как расценил адмирал Бей донесение, поступившее к нему в 11.00. Во всяком случае, он не изменил своего решения атаковать конвой с севера. Около 12.00 "Шарнхорст" оказался к северу от конвоя. Вскоре после этого он вновь встретился с крейсерами 1-го соединения, которое к тому времени было усилено четырьмя английскими эсминцамм, и снова заняло позицию между конвоем и "Шарнхорстом". В этом втором бою "Шарнхорст", по-видимому, не получил никаких повреждений. Зато были два попадания в "Норфолк". Они вывели из строя кормовую башню и все радиолокационные устройства, за исключением одного, и причинили потери в личном составе. Спасенный с "Шарнхорста" старший унтер-офицер рассказал о своих наблюдениях во время этого боя следующее:

"Вскоре после 12.30 на корабле визуально были замечены три тени впереди по курсу. Боевую тревогу объявили еще раньше, на основании показаний радиолокатора. Но прежде чем наша артиллерия успела открыть огонь, первые осветительные снаряды разорвались над "Шарнхорстом". Снаряды разрывались довольно близко от корабля. Первые залпы артиллерии главного калибра накрыли противника. Я видел, как после трех или четырех залпов на одном из крейсеров вспыхнул сильный огонь примерно около задней трубы, а на другом крейсере начались пожары на корме и на носу и появились клубы дыма.

После следующих залпов - попадание в носовую часть третьего крейсера. На мгновение появилась громадная вспышка, которая, однако, вскоре погасла. Большие клубы дыма свидетельствовали о том, что на корабле начался пожар. Огонь противника стал неравномерным, и, пока мы ложились на другой курс, английские крейсера отвернули и исчезли в дожде и снежных зарядах. В этом бою противник появлялся спереди и с обоих бортов. У нас огонь вели башни "А" и "Б", а временами - и обе передние башни 150-миллиметровых орудий. О попаданиях в "Шарнхорст" я на этом этапе боя ничего не знал. В ходе первого боя противник почти не был виден, теперь же силуэты его кораблей отчетливо вырисовывались в сумрачном свете.

К тому же и дистанция была теперь значительно меньше, чем утром."

Английским эскадренным миноносцам не удалось предпринять торпедную атаку. По истечении примерно 20 минут по неизвестным причинам прекратился и этот бой.

На сей раз "Шарнхорст" занимал тактически выгодную позицию по отношению к английским крейсерам. Противник вырисовывался на более светлом юго-западном горизонте, а "Шарнхорст" оставался в более темном северном секторе. Эскадренные миноносцы англичан не были видны. Из английского донесения мы знаем, что из-за большой волны они не смогли своевременно подойти.