Чтение онлайн

Доктор Кайльбэр несколько растерянно смотрел то на удостоверение, то на дружелюбное, почти насмешливое лицо криминалиста. Стефан Кройцц придвинул второй стул и сел напротив визитера.

— А могу я узнать, на каком основании вы задаете мне этот вопрос, господин? — выдавил наконец из себя Кайльбэр.

— Разумеется. По закону я даже обязан это сделать. Против господина Герике начато дело. Ну так как, вы ответите на мой вопрос?

— Гм! Позвольте тогда узнать, в чем его обвиняют?

— Нет. И пожалуйста, поймите меня…

— Я юрист, адвокат. И спрашиваю вас не из-за незнания правовых положений, и тем более не из любопытства. Меня связывают с господином Герике деловые отношения. И если он натворил что-либо серьезное, то это может отразиться на моей репутации. Вот почему я так настойчив в своих расспросах. В остальном плевать я хотел на этого господина!

— Какого свойства деловые отношения вас связывают?

— На этот вопрос я отказываюсь отвечать.

— В таком случае я тоже, естественно, не могу вам ответить, имеют ли ваши дела с Герике какое-то отношение к нашему розыску.

— Розыску?

Стефан Кройцц поперхнулся. «Кретин, допустить такую промашку! — корил он себя. — Но слово не воробей, вылетело — не поймаешь».

— Да, к розыску, — подтвердил он. — Из этого вам должно быть ясно, что в данном случае речь идет не об обычном нарушении правил дорожного движения. Поэтому, господин доктор Кайльбэр, я повторяю свой вопрос: какого свойства деловые отношения связывают вас с Герике? Ваши показания важны для расследования, и как юрист вы это знаете.

— Вздор! Повторяю, на этот вопрос я отказываюсь отвечать. Что вас еще интересует?

Ассистент Кройцц раскрыл записную книжку. Достал авторучку и приготовился писать.

Доктор Кайльбэр скептически наблюдал за его действиями.

— Послушайте! Вы что, собираетесь фиксировать мои ответы в своем поминальнике? Я требую, чтобы протокол был составлен по закону и велся секретарем. Тот спектакль, который вы здесь разыграли, на меня не действует!

— Как угодно! — Кройцц спрятал записную книжку и ручку. Затем поднялся, улыбнулся и вежливо продолжил: — В таком случае вам придется проехать со мной в полицейское управление. По долгу службы я обязан предупредить вас, что мое приглашение равносильно официальному вызову в полицию повесткой и вы не вправе отказаться от него.

Кайльбэр лишь коротко кивнул головой. Потом что-то невнятно буркнул себе под нос, принял таблетку и последовал за криминалистом. По дороге они не обмолвились ни словом.

Главный комиссар Майзель был уже предупрежден по телефону о встрече с Кайльбэром. Он отложил в сторону все дела. «Любой вызов в полицию — это вмешательство в личную свободу человека, и оно должно быть сведено к минимуму», — повторил он про себя известное положение. Поэтому Кайльбэра сразу же провели в кабинет главного комиссара, где его уже ожидали Майзель и секретарша отдела. Не дожидаясь приглашения, Кайльбэр предъявил главному комиссару свои документы, которые тот бегло просмотрел и передал секретарше, чтобы она занесла необходимые данные в протокол.

— Господин адвокат, — начал Иоганнес Майзель. — Вы знаете, зачем мы вас, так сказать, притащили сюда. Просим извинить нас за такую внезапность и надеемся, что вы, несмотря на…

Йозеф Кайльбэр раздраженно махнул рукой:

— Оставим политесы и перейдем прямо к делу, господин главный комиссар. Нам обоим не приходится жаловаться на скуку. Я расскажу вам все, кроме тех вещей, умолчать о которых мне дает право параграф сорок девять уголовно-процессуального кодекса. Пожалуйста, спрашивайте!

Майзель подавил улыбку. «Прекрасный свидетель, одно удовольствие работать с таким», — отметил он про себя. Главный комиссар слегка поклонился и с долей иронии произнес:

— Большое спасибо, господин доктор. — И перешел к делу: — Скажите, вы договорились о встрече с господином Герике или зашли к нему случайно?

— Договорился.

— И часто вы к нему заходили?

— Знаете что, я лучше расскажу вам все по порядку. Это ускорит и упростит процедуру допроса. Итак, я познакомился с Клаусом Герике восемь или девять месяцев назад в Гамбурге, где я живу и где находится моя контора. Выяснилось, что у нас есть кое-какие общие интересы, которые в конце концов позволили установить между нами деловые отношения. Собственно говоря, речь шла всего лишь об одной-единственной сделке. После этого я в течение нескольких месяцев ничего о нем не слышал. А две или три недели назад он вновь обратился ко мне. Прислал письмо. Меня заинтересовало его предложение, мы вступили в переписку, и он пригласил меня к себе. Мы договорились встретиться сегодня в аэропорту. Поскольку я прилетел на час раньше условленного срока, то мне пришлось подождать его там. Я прервал важное совещание в Париже, примчался сюда, однако Клаус Герике так и не появился. Я чертовски обозлился. Хотел позвонить ему. Но потом передумал и отправился прямо на его квартиру. Остальное вам известно.

— Тогда мне придется сформулировать свой прежний вопрос несколько иначе. Вы раньше бывали у Герике?

— Нет. Я лично встречался с ним два или три раза. И только в Гамбурге.

— Скажите, это он? — Майзель достал из папки фотографию и протянул ее адвокату.

— Да.

— И еще одно, господин адвокат: я не совсем понимаю, почему вы сразу отправились к нему на квартиру. Ведь дозвониться по телефону проще.

— У меня были на то основания.

— И вы, конечно, не расскажете мне об этом?

— Почему бы и нет? Я просто хотел увидеть своими глазами, как живет Герике. Дело в том, что приятным деловым партнером его не назовешь. У меня сложилось впечатление, что он в некотором роде аферист. И мои опасения подтвердились, когда я увидел ту жалкую лачугу, в которой он живет.

— Из чего вы заключили, что он аферист?

— В наших деловых отношениях имелись на это кое-какие намеки.

— Какие именно?

— Я уже сказал вашему подчиненному, что не намерен рассказывать о своих делах, господин главный комиссар. Он вам не доложил?

По старой привычке Майзель игнорировал этот вопрос.

— Мы не можем вас принуждать к этому, но если бы вы рассказали нам все без утайки, это наверняка пошло бы вам только на пользу. Прокуратура дала санкцию на обыск квартиры Герике. И возможно, мы найдем у него кое-какие бумаги, которые помогут нам сделать соответствующие выводы без ваших откровений.

— Вы сказали «возможно», господин главный комиссар. Целиком с вами согласен.

— Ну как хотите. Теперь о другом. Свою первую сделку вы заключили в Гамбурге. А сейчас выбрали для этого Берлин. Были на то особые причины?

— У него были особые причины, которые следовали из самого характера нашей сделки.

— Может, вы хоть в общих чертах опишете предмет сделки?

— Нет.

— Тогда ответьте мне — это касается медицины?

— Медицины? Нет.

— Фармацевтики?

— Нет.

— Оптики? Оптического производства? Я имею в виду очки, контактные линзы.

— Нет, и еще раз нет. Теперь, как мне кажется, самое время перейти на официальный тон, иначе вы до скончания века будете перечислять все отрасли науки и техники. Я вновь апеллирую к параграфу сорок девятому, господин главный комиссар!