Чтение онлайн

Надя протянула ему руку.

— Вы должны понять — у меня есть свое дело, обязанности. Элли и газета. Ален нахмурился.

— Можете не щадить моего самолюбия. Я уже большой мальчик. Меня выгоняли и раньше.

— Я вас не выгоняю.

У него дернулся уголок рта.

— Называйте это как хотите. Я спросил — вы отказали. Разговор окончен.

Надя сжала губы. Никогда еще ей не попадался столь трудный мужчина. Столь своенравный. И отчаянно жаждущий любви.

— Теперь, когда все сказано, может, вы забудете о своей непомерной гордости и поцелуете меня?

Алена ввела в заблуждение дрожь в голосе Нади. Чего он уж совсем не ожидал, так это того, что она может остерегаться близости.

Она почти упала в его объятия, и он застонал. Ощущения были столь приятны, что их не хотелось прерывать.

Руки женщины ласкали его лицо, шею, гладили волосы. И Ален убеждал себя, что может обойтись без этого? И обходился столько лет!

— Медленно, быстро? Как ты предпочитаешь? Надя беспомощно застонала, потом прошептала:

— Медленно. Я уже все забыла. Его губы приоткрылись, а в глазах засветилась обаятельная улыбка.

— Милая, тебе достался достойный партнер. Я и сам уже не помню что к чему.

Поцелуй был долгим и старательным. У Нади начало пощипывать губы, но Ален переключился на ее ухо, нежно покусывая его мочку.

Действия Алена вызывали новые ощущения, возбуждали ее так, что она не в силах была сдержать стон. Ее поражала нежность этого огромного человека. Его пальцы умело, искусно массировали напрягшиеся мышцы ее плеч…

Оторвавшись от губ Нади, Ален хрипло спросил:

— Дверь спальни запирается? Ее глаза открылись.

— Если это медленно, Смит, то что значит быстро?

— Никогда не бойся меня, любимая.

Она содрогнулась, сообразив, о чем он говорит.

— Я не боюсь, — прошептала она. — Только не тебя.

Ален впитывал окружавшие Надю запахи, напоминавшие утонченный аромат редких роз. Опустив свою сильную руку на ее талию, он продолжал целовать ее, пока они пересекли коридор…

Оказавшись с ней за запертой дверью спальни, он вдруг смешался. Ален понял, что с Надей все может быть только всерьез.

А он пока еще не был уверен, что она значит для него или могла бы значить. Алену не хотелось разочаровать ее своим уже не первой молодости телом или еще чем-нибудь.

Он нервно провел ладонями по ее рукам, и она помогла ему снять с себя свитер. Под ним было нечто кружевное, мерцающее, прозрачное настолько, что явственно проступали холмики ее грудей с сосками, похожими на редкие темные жемчужины.

Наконец он обнажил ее грудь. Сердце бешено стучало, все чувства обострились.

— Ты так прекрасна, что у меня, кажется, вот-вот остановится сердце, хрипло прошептал он. — Я растерялся… Боюсь сделать тебе больно.

— Не бойся, — прошептала Надя, глядя на него доверчивыми глазами. Прикусив нижнюю губу, она стала расстегивать его рубашку. Получалось у нее неловко, словно она забыла, как это делается.

Алену хотелось самому сорвать с себя и рубашку и всю остальную одежду. Но он почувствовал, что не следует торопить Надю, и стоял спокойно, сдерживая дрожь. Однако она никак не могла справиться с пуговицами, с беспомощной и стеснительной улыбкой показала жестом, чтобы он занялся одеждой сам.

Ален моментально сорвал рубашку, чувствуя себя неуклюжим, как юноша на первом свидании.

Он знал свои недостатки: громадный, как медведь, и так же тяжел, да, честно говоря, и не спортивен.

Ален задержал дыхание, пока Надя внимательно смотрела на него. Между бровями появилась глубокая морщина, невозможно было понять выражение потемневших глаз.

— Я знала, что ты сильный, — прошептала она. — Сильный и красивый.

Надя протянула руки, чтобы коснуться его, ее пальцы стали поглаживать волосы. Но вот руки двинулись по его груди, и сладостная дрожь пробежала по телу Алена.

Обмениваясь поцелуями, они продолжали раздевать друг друга, роняя одежду где придется.

Когда Ален вновь заключил ее в объятия, ничто уже не разделяло их. Его руки заскользили по ее теплой шелковой коже…

Одной рукой Ален откинул покрывало с ее постели, а другой потянул Надю за собой. Простыни были прохладные, хранили аромат ее тела.

Она переплела пальцы на его затылке, влажные губы жадно прильнули к нему. Его пальцы нежно гладили ее.

Задохнувшись, она изогнулась всем телом, с силой притягивая его к себе.

— Ненаглядная, — прошептал он в ее ухо. — Я не слишком тороплюсь?

— Нет, ты медлишь, — прошептала Надя, упираясь в его ладонь, а ее лицо отражало целую гамму чувств. Алена ошеломило то, как она отреагировала на его прикосновение. Ее руки потянулись к нему, лицо отразило растущее напряжение, она тяжело дышала, постанывая.

Повторяя и повторяя его имя, она выгнулась, ее глаза застыли, а пальцы сжались. И он вошел в нее одним яростным движением.

Ощущения, в которых Ален отказывал себе так долго, оглушили его, как удар в солнечное сплетение.

Стараясь быть нежным, он двигался медленно и осторожно. Руки женщины гладили его спину и ягодицы, побуждая продолжать и продолжать.

Когда-то Алену трудно давалось умение владеть собой. Теперь он соразмерял все свои движения с силой ее реакции.

Ален поднимался все выше и выше и вот достиг вершины. Наконец Надя прижалась лицом к его плечу, подавив крик восторга. Такого экстаза он еще не испытывал никогда…

Надя почувствовала прохладу, открыла глаза и увидела комнату, залитую лунным светом. Ален смотрел на нее, опершись на локоть.

В ее жизни не было более счастливой минуты.

Мягкая улыбка осветила лицо, и тихая радость наполнила все ее существо.

— Спи, милая, еще слишком рано.

— Ты уходишь? — Надя потянулась к Алену.

— Мне пора. Моя машина стоит у твоего дома. Не хотелось бы давать пищу слухам.

— Который час?

— Почти три.

Тонкие пальцы Нади играли с завитками мягких волос на его груди. Ален нахмурился.

— Должен предупредить, миленькая, ты затягиваешь нас в опасный водоворот.