Чтение онлайн

Я хотела выпустить Софию на свободу ненадолго, даже если это означало позволить Тео увидеть небольшую часть меня настоящей.

Обжигающий взгляд становился невыносимым, поэтому я подняла на него глаза. Наши взгляды столкнулись. Мое дыхание перехватило в горле. Хейли не ошиблась. В глазах Тео действительно что-то мерцало, и интенсивность его взгляда пугала меня.

Я чувствовала, как он подбирается слишком близко, чувствовала, как медленно рушится моя броня.

Именно поэтому мне нужно было отвлечься.

TEO

Когда я забрал ее с еженедельной встречи в среду с женами некоторых помощников Моралеса, я думал, что она захочет вернуться домой или провести остаток дня за покупками, но она поступила совершенно не так, как я ожидал, застав меня врасплох.

О том, чтобы добровольно посвятить свой день обучению этих детей работе на компьютере, я думал в последнюю очередь.

Все они не только выглядели так, будто хорошо ее знали, но, похоже, даже скучали по ней и ее урокам.

У нее было такое выражение лица, которого я никогда раньше не видел. Она выглядела… довольной. Даже счастливой. Ее губы были растянуты в легкой улыбке, глаза прищурены в уголках.

В ее чертах была какая-то легкость, которая меня заворожила.

Я почувствовал, как мое сердце сжалось в груди от этого зрелища. Дело было не только в ее красоте. Она обладала ею в полной мере. Нет, было что-то в ней, в том, что она была в своей стихии, что заставило мое сердце забиться.

Когда я продолжал наблюдать за ее улыбкой, что-то внутри меня изменилось. В ней было больше, чем она хотела сказать. Ее черты лица были такими безмятежными. Исчезли раздражение и вечная хмурость, которыми она встречала меня.

Казалось, что перед моими глазами разворачивается жизнь другой Оливии.

Она сидела с ними, казалось, несколько часов, а я не мог оторваться. Я мог сказать, что она знала, что я все это время был здесь, но, честно говоря, мне было все равно. Я хотел греться в том сиянии, которое она излучала, находясь с этими детьми.

Жгучая потребность видеть ее такой, такой счастливой и беззаботной, в моем присутствии поселилась внутри меня. Эта абсурдная потребность расцвела в моей груди, когда я понял, что хочу, чтобы она улыбалась из-за меня.

В конце концов она подняла на меня взгляд, и наши глаза встретились в молчаливом обмене. Что-то изменилось между нами с той ночи два дня назад, когда я застал ее за разглядыванием моих вещей. С тех пор она держала дистанцию, все реже и реже со мной спорила, и я понял, что мне этого не хватает, не хватает нашего общения.

Несмотря на то, как она порой выводила меня из себя, мне всегда нравилось чувствовать огонь, который она излучала, когда бросала мне вызов вызов. Это давало мне больше возможностей мечтать о том, как я смогу ее приручить.

Через несколько часов она отпустила класс, и ученики, болтая, направились к выходу, но одна из учениц, девочка, которая, похоже, была примерно одного возраста с Майей, осталась позади и сделала нерешительный шаг к Оливии.

Со своего места я не мог расслышать их разговор, но Оливия присела на ее уровень, заправляя за ухо распущенный темный локон. Прошло секунда, прежде чем девочка обхватила ее за шею.

Лицо Оливии расширилось от шока, она сначала не знала, что делать, но в конце концов обхватила маленькую девочку руками, заключив ее в крепкие объятия. Она сказала ей последнее слово, после чего девочка помахала ей рукой и побежала к выходу, оставив Оливию на коленях.

На мгновение она замерла, потом подняла глаза и увидела, что я смотрю на нее. Отвернувшись, она встала и отошла в конец комнаты, где собрались остальные волонтеры, чтобы поболтать.

Попрощавшись с оставшимися сотрудниками, она прошла мимо меня и поспешила к машине.

У меня было так много вопросов, которые я хотел задать ей, но решил не делать этого и включил радио, чтобы заполнить тишину во время нашей поездки к дому. Через тридцать минут я припарковался в гараже, и мы оба вошли в дом.

Мы прошли мимо гостиной, пока она направлялась в свой кабинет, а я свернул в сторону кухни, как вдруг нас остановил голос.

— Ты дома, — заметил Виктор. Для кого-то другого он мог бы показаться нормальным, но я услышал в нем какую-то нотку раздражения.

Раньше я никогда не обращал внимания на их общение, но с тех пор, как обнаружил отметины на ее лице той ночью, я стал более внимательно следить за тем, как он с ней разговаривал, как она реагировала на него, когда он находился рядом, и искать любые признаки того, что проблема все это время была в нем.

Я всегда был настороже, когда мы выходили за пределы этих стен, но никогда не думал о том, чтобы заглянуть внутрь них.

— Мистер Альварес, не мог бы ты оставить нас на пару минут? — спросил он, скорее приказал, с натянутой улыбкой. Его взгляд не отрывался от Оливии.

— Да, сэр.

Я никуда не собирался уходить, но ему не нужно было этого знать. Я шагнул по коридору в сторону кухни, но отступил назад, когда услышал, как он снова заговорил.

Я спрятался за стеной, наблюдая за их перепалкой. Хотя Моралес стоял ко мне спиной, я мог отчетливо видеть профиль Оливии сбоку.

Ее руки были скрещены на груди, и она стояла прямо, на одном уровне глаз с Виктором, так как она переобулась в туфли на каблуках перед тем, как мы вошли. Он был напряжен, его кулаки были сжаты по бокам, когда он бормотал проклятия на испанском себе под нос.

Оливия оставалась на месте, не сдвинувшись ни на дюйм, пока он продолжал говорить о том, как неуважительно она себя ведет по отношению к нему и как она подрывает его имидж, покидая светское мероприятие, чтобы провести время с этими детьми.

Он говорил с таким презрением, что у меня все силы ушли на то, чтобы не подойти и не поставить его на место за то, что он так с ней разговаривал. Но это было бы переходом границ, а это не входило в мои обязанности.

Я был здесь, чтобы защищать ее от внешних угроз, а не для того чтобы улаживать брачные конфликты. Но самое главное, я знал, как отреагируют мужчины вроде Виктора, если увидят, что кто-то встал на защиту их жены, и я не хотел создавать для нее проблем.

Несмотря на то, что Оливия была закрытым человеком, я находил способ поговорить с ней, когда мы оставались вдвоем, вдали от него, чтобы попытаться понять, нужен я ей или нет.