Чтение онлайн

Напряжение сковало мое тело, и беспокойство заклокотало в груди, пока я пыталась собраться с силами, чтобы ответить на его вопрос.

— Оливия, — наконец прошептала я, задыхаясь.

Он все еще прижимал меня к стене, но давление на мою шею ослабло. Он убрал руку с моего подбородка и провел ею по моему боку, пока она не остановилась на моем бедре, отчего у меня перехватило дыхание, а по телу побежали мурашки.

Его пальцы схватили меня за бедро и впились в кожу, но не настолько, чтобы причинить боль. Мои руки дернулись по бокам, отчаянно пытаясь притянуть его еще ближе, чем он уже был, отчаянно пытаясь стереть любое расстояние между нашими телами.

Его рука скользнула дальше вниз, затем его пальцы скользнули под подол футболки, которую я одолжила у него. Кончики его пальцев поползли вверх, на этот раз по внутренней стороне моего обнаженного бедра, прокладывая медленный, терпеливый путь.

Мое тело было настолько напряжено, что каждое его прикосновение, каждый маленький контакт ощущался все острее. Он наклонился, прикоснувшись губами к моему уху, его дыхание пробежало по голой коже, лаская ее.

— Я тебе не верю, — поддразнил он, его грубая ладонь сжала внутреннюю поверхность моего бедра, его пальцы еще сильнее впились в мою кожу.

Мое дыхание вырывалось маленькими глотками воздуха, его карающие прикосновения наполняли меня смесью удовольствия и боли. Я была такой мокрой, что до смущения мокрой. Я оттолкнула этот факт, пытаясь вернуть свое тело в прежнее состояние, пытаясь придумать, как оттолкнуть его, потому что он был опасно близко, слишком комфортно близко.

Моя голова с глухим стуком откинулась к стене, и я попыталась переключить свое внимание на что-нибудь еще, кроме ощущения его грубых рук на моей коже.

Черт, черт, черт. Соберись, София. Глупое предательское тело, прекрати это. Прямо сейчас.

Дрожь пробежала по позвоночнику, когда он провел костяшками пальцев по моей внутренней поверхности бедра, приближаясь к тому месту, где я отчаянно нуждалась в нем. Мое сердце заколотилось, когда я затаила дыхание, но вместо этого он неожиданно сделал паузу, чтобы поиграть с подолом моих хлопковых шорт для сна.

Мои пальцы впились в стену позади меня, с силой вцепившись в нее, надеясь, что это подавит желание потянуться к нему. Мне нужно было вернуть контроль над этой битвой, нужно было изменить ход событий, пока он не раскрыл слишком многое.

Мое внимание снова переключилось на Тео, и я встретила его взгляд со всей убежденностью, на какую только была способна, позволив своему желанию взять верх, прежде чем поменяться ролями и изобразить возмущенную жену.

Его рука продолжала собственически сжимать мое внутреннее бедро, когда я разжала кулаки и обхватила его пальцы своими, медленно скользя ими по внутренней стороне бедра, пока они не оказались прямо там. Там, где он мог узнать, какое воздействие он оказывает на меня.

Его тело напряглось, а дыхание сбилось, когда я остановилась в опасной близости, и костяшки его пальцев коснулись моей обнаженной киски. Мои глаза следили за его реакцией, когда я ослабила хватку, надеясь, что он продолжит сам.

Он сглотнул, его горло пульсировало от рывков. Его грудь была совершенно неподвижна, когда он смотрел вниз на мою руку, и на мгновение я засомневалась, дышит ли он вообще.

Его взгляд метнулся вверх, остановился на моих губах, прежде чем его глаза столкнулись с моими, и огонь в них, который я так хорошо знала, воспламенил мою душу. Мы просто смотрели друг на друга какое-то время, и я не могла дышать, даже если бы хотела, мои веки дрожали.

Наконец я набрала полную грудь воздуха, приподняла бедра и придвинула свой обнаженный центр ближе к его руке. Его рука быстро переместилась с моего горла, обхватив мою челюсть так крепко, что зубы впились мне в щеку, и он шагнул еще ближе.

Его челюсть была напряжена, его пронзительный взгляд фиксировал меня на месте, а предупреждение обрамляло его выражение лица, как бы говоря: «Не искушай меня, черт возьми».

— Ты играешь в опасную игру, mentirosilla (пер. Лгунья), — предупредил он.

Но искушать его было единственным способом сохранить свою тайну.

Когда я поняла, что он не двигается, моя рука поднялась к его плечу, мои пальцы пробрались к его шее и запутались в его волосах. Мои ногти царапали кожу головы, прежде чем мои пальцы зарылись в его волосы, прижимая его ближе.

Мое сердце бешено колотилось, кровь нагревалась и разливалась по всему телу. Я прижалась бедрами еще сильнее, отчего мои груди касались его груди в поисках его прикосновений.

Я чувствовала, как его тело колеблется от нерешительности, как оно борется между воюделением и желанием получить ответы.

Он застонал, наконец-то поддавшись моим прикосновениям, и я подумала про себя, что добилась своего, пока он не наклонился и не прошептал мне в губы.

— Я тебе не верю, — прошептал он, дразнящая ухмылка осталась не сходила с его лица, его рука отступила, пока пальцы не опустились ещё чуть ниже.

Тревога закралась мне под кожу.

— Ты мне не доверяешь, — тихо призналась я.

Отстранившись, он склонил голову набок, издав негромкий смешок.

— Нет, не доверяю. Ты не дала мне повода для этого.

Я открыла рот, чтобы ответить, но мои слова замерли на полпути, когда его большой палец нежно погладил мое внутреннюю поверхность моего бедра в ленивой ласке, его прикосновение на моей коже было горячим. Моя хватка оставляла синяк на его шее, пока я пыталась удержать себя в вертикальном положении.

Мои ноги рассеянно раздвинулись, приглашая его, желая дать ему лучший доступ. Он просунул колено между моих раздвинутых ног, прижав меня вплотную спиной к стене. Моя киска пульсировала, влага просачивалась через небольшой барьер тонких шорт, которые были на мне.

Блядь.

Хотя меня немного смущала мысль о том, что он может чувствовать тепло, я поджала пальцы ног, и наши носы соприкоснулись. Мой живот сжался от того, как близко мы были, но я отодвинула это в сторону.

— Мне все равно, — прошептала я. — Твоя работа не в том, чтобы верить мне. А в том, чтобы делать то, что тебе говорят.

Его рот приоткрылся, его ониксовые глаза бушевали, как шторм, а его пальцы судорожно сжимали мое лицо. Я подумала, что он наконец-то отпустит меня, но вместо того, чтобы отпустить, он продолжал проводить маленькие круги по моей коже.