Немезида
Шрифт:
Я вышла из нашей спальни и направилась по коридору, у меня уже потекли слюнки от запаха жарящегося теста. Я вошла в открытую кухню и увидела, что мой муж стоит над плитой, а рядом с ним на столе стоят два маленьких стакана чая.
Его вид без рубашки, в одних черных трусах-боксерах, разжег в моей душе слабый огонь. Они обтягивали его массивные бедра и заднюю часть тела, пояс подчеркивал очертания его бедер.
Это все мое.
Я подошла к нему, обхватила его за плечи и поцеловала между лопаток.
— Привет, — сказала я ему в спину, прижимаясь к нему лицом.
Я ненадолго закрыла глаза, вдыхая его пьянящий аромат, желая, чтобы он прильнул ко мне, как вторая кожа. Мне нравилось просыпаться от его запаха на моей коже. Мне казалось, что он всегда был со мной, даже когда мы были в разлуке.
— Доброе утро, красавица.
Он оглянулся через плечо, и уголок его рта тронула улыбка. Он наклонил голову, и я приподнялась на носочки, чтобы он поцеловал меня в губы.
— Что готовишь? — спросила я, и, как по команде, мой желудок заурчал.
Он поднял руку, чтобы я могла прижаться к нему.
— Твое любимое блюдо, — сказал он, улыбнувшись мне в волосы, прежде чем поцеловать меня в макушку.
Я посмотрела вниз и увидела, что он переворачивает мсемена (прим. Марокканский блинчик) на сковороде, стопка которых уже лежала на прилавке.
— Нужна помощь? — спросила я, зная, что он откажется от моего предложения.
Он усмехнулся.
— Детка, мы оба знаем ответ на этот вопрос. — Он слегка шлепнул меня по заднице. — Унеси свою хорошенькую попку и присядь, пока я закончу это.
Я игриво шлепнула его по руке и схватила одну из чашек, проходя мимо островка, который был покрыт мукой, а сверху лежали несколько маленьких накатанных шариков из теста.
Я опустилась на один из высоких стульев.
— Здесь есть шиба? (прим. Растение, родственное полыни)
В комнате раздался смех.
— Не после того, как ты тридцать минут читала мне лекцию о том, что это испортило тебе вкус в прошлый раз.
Я должна быть раздражена, но от его смеха по моему телу пробежала волна тепла.
— Это не смешно. Ты не сказал мне тогда, и я так хотела выпить чаю, что не заметила, что ты ее добавил.
— Больше никогда не совершу такой ошибки. Обещаю. — Он усмехнулся, возвращаясь к своей работе.
Я сделала глоток и наблюдала за тем, как он двигается по кухне с властностью и грацией, чего я определенно никогда не смогу сделать. Мои навыки были более ценны в других областях.
Он подошел к кладовой, взял мед и масло и положил небольшое количество в миску, а затем поставил в микроволновку разогреваться.
Затем он направился к прилавку. Его предплечья сгибались, когда он раскатывал тесто, делая новые квадратные кусочки.
— Ты хорошо выглядишь на кухне, муж. — Я так и не смогла привыкнуть с тем, что могу называть его так.
Его взгляд скользнул вверх, когда он складывал тесто.
— А ты лучше выглядишь, склонившись над прилавком, жена.
Его глаза потемнели, и воспоминания о том, как я вчера вечером вернулась домой после дня, проведенного в учебном центре, нахлынули на меня. Я едва успела зайти на кухню, где он готовил ужин, как он остановил свое занятие и нагнул меня, заставив кончить большее количество раз, чем я могла вспомнить.
Я нервно хихикнула, покраснев от его слов. Даже после трех лет совместной жизни он все еще оказывал на меня такое же влияние.
Я развернула стул, на котором сидела, лицом от него, осматривая это место. Наше место.
Пока я находилась под его защитой, он всегда поощрял меня думать о моем будущем и о том, чего я хочу от него, где я хочу быть.
Однажды мы провели всю ночь, просто разговаривая, и я рассеянно описала свой идеальный дом.
Только для того, чтобы спустя годы обнаружить, что он построил его для меня, на что я обратила внимание только в тот день, когда переехала сюда.
Мы припарковались перед двухэтажным домом в средиземноморском стиле. Он вышел из машины, а я любовалась домом, ожидая, пока он откроет дверь, прежде чем выйти самой.
Ему не нравилось, когда я сама открывала двери, поэтому это всегда делал он, когда мы были вместе.
— Почему ты такой тихий? — спросила я, когда он потянул меня за руку, и дверь машины с щелчком захлопнулась за мной. В прошлый раз я была здесь недолго, но я была слишком занята наблюдая за ним, чтобы осмотреть его дом.
— Скажи мне, что ты видишь, — сказал он, жестом указывая на дом.
Я изучила дом более внимательно. Большие окна, кремовая штукатурка стен, крыша из красной глиняной черепицы, деревянная дверь, с акцентом голубовато-серого.
Я описала ему дом и посмотрела на него в замешательстве.
— Я не понимаю.
Он подошел ближе, обхватил меня за талию, и я положила голову ему на грудь.
Он прочистил горло.
— Приглядись внимательнее.
Меня наконец осенило, когда он заговорил снова.
— Оно должно было стать нашим. Ну, это все еще может быть, если ты согласишься переехать ко мне.
Звук включающейся микроволновки вывел меня из моих мыслей. Мой взгляд вернулся к Тео, когда он достал миску с растопленными ингредиентами и открыл один из ящиков. Он взял ложку, чтобы размешать их.
— Ты же знаешь, что я люблю тебя?
— Я знаю, mi alma. — Он посмотрел на меня, одарив улыбкой, которая была посвящена только мне.
Искренняя открытость и радость в выражении лица Тео все еще волновала ту часть меня, о существовании которой я не знала до встречи с ним. После потери родителей я никогда не думала, что у меня будет возможность снова полюбить. Снова быть счастливой.
Мое счастье усилилось, когда я вспомнила о подарке, который я спрятала в нашем шкафу и который я должна была отдать ему позже.