Чтение онлайн

Слоны задумчиво помахали хоботами и уставились на меня мудрыми глазами-бусинами.

– Но почему? – В голосах извергинь слышалась обида и разочарование. – Чем тебе не понравилось?

– Кажется, я начинаю понимать, в чем их проблема, – произнесла Банни, изумленно выгнув бровь.

– Нет-нет, – поспешил я заверить моих новоиспеченных учениц. – Маскировка у вас что надо. Только она нам не подходит. Нужно пробраться во дворец незамеченными.

Лучше лишний раз не привлекать к себе внимание.

Барышни-слонихи переглянулись, словно такая мысль ни разу не приходила им в голову.

– Тогда давайте просто войдем туда такими, как есть, – предложила Фризия. Огромной слоновьей ножищей она сделала изящный пасс, и предо мной вновь предстали три юные зеленые извергини. – Вот так. За мной, девочки.

С этими словами она направилась к двери.

– Э, нет. Так дело не пойдет! – решительно произнес я и попытался загородить им дорогу.

– Но почему? – удивились извергини. – Нам нечего стыдиться своей внешности.

Полони с вызовом посмотрела на меня.

– Или все дело в нашей одежде? Неужели для этого измерения мы одеты чересчур вызывающе? Вообще-то это везде называется «деловой костюм». Классика – она и на Пенте классика. Или я не права?

– Ваша одежда ни при чем, – возразил я. – Все дело в вас самих. До сих пор на Пенте побывал лишь один-единственный изверг, однако этого оказалось достаточно для того, чтобы большинство пентюхов едва не наложили в штаны. Если же народ увидит, что вас здесь трое, начнется самая настоящая паника. Так что у меня к вам большая просьба: замаскируйтесь под обыкновенных обывателей, каких вы наверняка видели по пути сюда.

Троица обменялась взглядами.

– Ну, если ты настаиваешь, – нехотя произнесла Джинетта.

– Настаиваю, – подтвердил я.

Барышни закрыли глаза. А когда открыли, всех троих было не узнать. Моему взгляду предстал увалень-пентюх с коромыслом на плечах – короче, наш местный идиот. Рядом с ним я по длинному носу и землистому цвету лица узнал сборщика налогов. Третьей была корова.

– Ну что ж, сойдет для сельской местности, – произнес я и, примостившись на краю стола, жестом пригласил их сесть. – Давайте попробуем еще раз.

При помощи портативного коммуникатора я создал несколько изображений местных жителей, чья внешность не столь бросалась в глаза и которые были приятней в общении и разумнее тех, кого девицы выбрали сначала. Троица тотчас заспорила, кому под кого следует замаскироваться. Мне показалось, что выбор дается им с большим трудом. Какое-то время я пытался сдерживать раздражение.

– Послушай, тебе лучше прикинуться молочницей, – бубнила Фризия. – Она выше ростом, чем я…

– Эй, красотки, хватит препираться!

– Ну уж нет, я буду только вором-домушником, – возразила Полони, – а вот ты станешь молочницей.

– Но ведь это же тоска зеленая! Ты только посмотри на ее деревянные башмаки!

– Ладно, барышни, поскорее закругляйтесь с маскировкой, и – в путь!

Но барышни даже бровью не повели.

– У этого парня в лосинах есть толика шарма, – задумчиво произнесла Джинетта.

Я встал между ними и поочередно ткнул в каждую пальцем.

– Отлично, Джинетта. Ты будешь парнем в лосинах. Полони – вор-домушник. Фризия, тебе придется побыть дамочкой в голубой вуали. Живо. Кто будет последней – тому полагается штраф.

И я хлопнул в ладоши.

Нацепив маску худого изможденного чародея – которая, надо сказать, шла мне куда больше, чем собственная веснушчатая физиономия, я решительно направился к двери. Извергини гуськом последовали за мной. Признаюсь честно, я ожидал, что барышни начнут жаловаться – но нет, никто не произнес ни слова. Все трое беспрекословно подчинились. Я даже не знал, радоваться ли такому доверию с их стороны или же стоит заподозрить неладное. Банни, на всякий случай ухватив Глипа за ошейник, помахала мне, стоя в дверях.

Как только мы вышли на узкую тропу – единственную дорогу в нашей местности, проходившую сквозь густой лес, – я занял место в хвосте колонны и принялся наблюдать за моими ученицами с тыла, поскольку опасался, что у них возникнут проблемы с адаптацией к новому измерению. Однако я никак не мог предвидеть, что им будет чертовски трудно привыкнуть к своему новому обличью.

– Джинетта, прекрати вилять бедрами, – рявкнул я.

– Это как же? – поинтересовалась высокая извергиня.

Я сделал неопределенный жест.

– Не верти задом. Пойми, парень, которого ты изображаешь, надолго станет объектом шуток, если мы встретим по дороге его знакомых.

Услышав, как я отчитал Джинетту, Полони захихикала. Пришлось переключиться на нее.

– А вот этого, милочка, я бы не советовал тебе делать. Можешь хихикать, сколько влезет, когда мы придем к Маше. Ведь ты у нас кто? Ветхий старикашка. Ворчи себе под нос, изображай недовольство.

Полони сердито глянула на меня.

– Я что, в старческом маразме?

Ну что на это скажешь?

– Именно так. Ты – мужчина преклонных лет, со своими деловыми интересами, а твой дорогой зять то и дело пытается урвать у тебя кусок. Жена твоя – жутко склочная бабища; что еще хуже, ее родня живет в твоем доме. Бормочи, жалуйся себе под нос. Чем больше, тем лучше.

Полони пришла в ужас.

– Это кошмар какой-то! Уж лучше я буду девушкой, как Фризия.

– Нет, так дело не пойдет, – возразил я и демонстративно скрестил руки на груди. – Пусть это послужит для тебя уроком: в следующий раз будешь искать более подходящий облик при маскировке. Подозреваю, что до сих пор ты пользовалась подобными чарами разве что на Хэллоуин. Верно я говорю?

– В общем… да.

Извергиня пристыжено склонила голову.

Третья извергиня, Фризия, продолжала гордо вышагивать впереди. Неудивительно: ведь в таком костюме ей в принципе не было необходимости притворяться. Впрочем, я не строил насчет нее никаких иллюзий (да простится мне эта игра слов). Наверняка в ближайшие шесть недель мне будет к чему придраться. Но если она к этому времени чему-то научится… что ж, тоже неплохо. Я был вынужден признать, что Фризия уловила суть характера юной девушки в голубом платье. Любой гипотетический наблюдатель наверняка бы удивился, с какой стати богатая и избалованная леди Мелгари Трампмайер решила прогуляться пешком – вместо того, чтобы ехать верхом на белой лошади или путешествовать в роскошной карете своего отца. С другой стороны, местному люду тоже ведь надо о чем-то посудачить.