Чтение онлайн

Бесстрастный взгляд Димы.

Не сразу поняла, что моя правая рука была приподнята вверх на уровень примерно глаз его ладонью. Затем голова Димы склонилась, и я потеряла сосредоточенный на мне взгляд.

Губы обожгли руку поцелуем. Галантный жест от Димы? Это необычно и смущало…при всех любопытных. Мое лицо скорее всего сравнялось по цвету с моим платьем, а потом почувствовала, как нахальный язык успел лизнуть кожу и попробовать на вкус. Поганец! А если кто заметит извращения?

Ехидные ямочки появились на лице Димы, когда тот разогнулся в полный рост, по-прежнему не спеша отнимать лапу от моей.

Кажется, мы стали достоянием общественности, даже отец перестал представлять нас и смотрел, то на стремительно краснеющую еще сильнее меня, то на Диму.

— Нет, ну нормально! — воскликнула Сашка, руками возмущенно взмахнув. — Ну почему только этой дамочке вечно внимание достается. Дмитрий, знаете так не хорошо делать! Я тут тоже стою молодая и красивая и мне тоже иногда хочется мужского внимания! — грозно сверкнула она глазами на Диму. Ой, актриса.

— Извини, Саша, мою грубость, — услышала от него.

Дима подошел к Саше, с трудом скрывая улыбку и поцеловал ей руку. На этом не закончил, направился к Алисе и точно также поцеловал той пальцы. Та даже покраснела. Алиса покраснела! Я тебе сейчас покраснею! Хотелось ей по голове треснуть, чтобы проснулась.

А потом Дима дошел и до близняшек. Те точно пали жертвой обаяния Дмитрия Сергеевича. Когда их назвал по имени красивый дяденька и поцеловал руку, как им было устоять?

Пашин гарем расстаял от чар Хаски. Я тут одна еще видно соображала.

— Это Алиса — мое солнышко, моя отрада, в отличие от первых двух, — недовольно посмотрел папа на нас с Сашей. — Красавица, умница, учится на отлично, послушная, ответственная, исполнительная!

Ну началось… единогласно переглянулись мы с Сашей и недовольно скрестили руки перед грудью. Устроили временное сестринское перемирие. С надутыми моськами кивали головой под каждую его хвалу Алисе:

— Папу с мамой слушается, с мальчиками не якшается и домой вовремя приходит.

Переглянулись мы озадаченно с сестрой по соседству.

— Я не поняла! — уперла руки в бока Саша. — А мы, значит, у тебя какие-то отщепенки. Я тоже до шестнадцати лет сидела безвылазно дома.

— И я, — подняла руку вверх. — Я не то, что вовремя, вообще из дома не вылазила.

— Зато теперь ни одну… ни вторую дома не увидишь, — спокойно отчитал нас папа. Словно ведро воды на голову вылил, и мы стояли обтекали минут пять, какие безответственные с Сашей.

— Ох, начинается, — демонстративно вздохнула и отвернулась от родителя.

Затем минут пятнадцать Хаски старший расхваливал своих чад. Начал с близняшек, и по старшинству, дошел до Димы, только прежде облил с ног до головы Виталика, едва не дураком обозвал. Тот под конец обозлился и пальцем указал на Диму:

— Зато вот образец идеального сына да, папа? Ты на него молишься одинокими ночами! — обиженно заявил Виталик. — Зато я добрый и меня все любят, а он черствый сухарь! — тыкнул он пальцем в брата, едва не в плечо.

— Как я с тобой согласна, — вырвалось у меня, прежде чем подумала. Прокашлялась, потому что поняла — голубые глаза насмешки не забывали, они просто помалкивали, пока здесь посторонние.

— Вот, — ткнул Виталик и в меня пальцем. — Аня, со мной согласна. Моя несостоявшаяся погибшая невеста! — смех разбавил легкое напряжение.

— Ничего смешного. К вашему сведению я дочь похоронила, — сделала замечание мама. — А ты, — обратилась она ко мне. — Могла и предупредить, что живешь и здраствуешь.

После некоторой запинки я ответила:

— Мама, чтобы меня отправить на тот свет, знаешь что нужно сделать? — спросила я. Мама удивленно ответила взглядом, но со лба ее исчезли разгневанные морщинки.

— И я не знаю, что надо сделать. Я — паразит ко всему приспособлюсь, даже к вашим сорокаградусным морозам привыкла. — Опять пошутила я.

— Смотри у меня! — увидела вдруг кулак перед глазами. Это Саша мне доходчиво кулаком своим хиленьким махала. Как ее ручка от ветра не ломалась? — Еще хоть раз помрешь раньше меня — убью! — сделала сестра, округлые, страшные глаза. — Я себе первая место бронирую на кладбище!

Брат, как воробушек нахохлился, встрепенулся и выдал:

— Не, дорогая, на ваши сопли я смотреть не собираюсь. Первый бронирую место!

— Я старшая! — перебила Саша. — Я первая и выбираю.

— Раньше времени не умирать, — внезапно подала голос Алиса. — Я же не зря в мединститут поступила, буду спасать свою больную семейку!

— Не поможет, Алис, — заметила я с плохо скрываемым смехом. — Наша шизофрения не лечится.

С противоположной стороны от нас услышала задорный голос Виталика:

— Дмитрий? — спросил весельчак с комичной моськой и обернулся к старшему брату, бровями вопросительно пошевелил вниз-вверх. Потом повернулся в другую сторону к младшему. — Стасик? Кто первым бронирует место на кладбище в нашем случае?

Затем Виталик гордо кивнул Стасу, придя, наверное, к определенным выводам и озвучил:

— Мы посовещались и решили, что ты как самый старший… — обратился к Диме. — В общем по-братски отдаем тебе первенство на кладбище! — закончил Виталик.

— Согласен! — кивнул Стасик.

— Я так и знал! — преувеличенно тяжко вздохнул Дима.

Давно не ощущала подобной легкости, так заливисто от души не смеялась рядом со своей семьей. Даже скулы заболели от этой атмосферы расслабленности.

Мне было хорошо и тепло. И руки вновь стали теплыми. Только сейчас дошло, пальцы согрелись после поцелуя Димы, он их вернул в первоначальное состояние. Он всегда такой, вспылит, а потом исправляет.

Тогда же все заметили приближение дяди Иосифа откуда-то со стороны одной из множества дорожек.

— Господа! — улыбался, при этом хлопнул ладонями друг об друга наш нынешний Председатель объединенной Немии. — Прошу к месту открытия! — двумя ладошками показал в нужном направлении. — Надо выпить по бокальчику шампанского и рассказать гостям об острове!

На этом показная часть нашего выступления закончилась.

Спасибо за внимание к книге, за сообщения, лайки, репосты.

И за награды спасибо Анна Попова.