Немного о богах и смертных
Шрифт:
— Я бы смирился с жизнью с ней под одним небом, но она была просто невыносимой язвой!
Дзирт показал мне эпизод из своих детских воспоминаний. Тогда он еще пытался что-то сотворить, хотя и видел, как младшая сестра опережает его во всем.
— Попробуй не собирать атомы вместе, а отсекать лишнее, вот так…
Бесформенная каменная глыба в его руках с десятой попытки стала похожей на маленький кривоватый куб.
— Вот видишь! Потренируйся еще, и все получится!
Она лучезарно улыбнулась брату, а потом снова вернулась к своей работе. Это была чудесной красоты птица. Дзирт снова посмотрел на куб в своей ладони. Под его взглядом камень развеялся прахом, а ладонь сжалась в кулак…
— Или тот случай, когда она подарила мне этот аватар, — он кивнул вниз, на свое тело.
— Прекрасно знала, что я не смогу в нем ничего изменить, и специально сделала его смазливо-женоподобным! — прорычал Дзирт, стискивая в бессильной ярости кулаки. В его памяти всплыли ее слова, и он дал мне их услышать: «Теперь ты и во плоти станешь таким же симпатичным, как и в своем истинном облике…»
— Я смог только поменять цвет кожи и глаз, в остальном же оказался бессилен. А она только смотрела на мои мучения и смеялась надо мной!
Мы помолчали.
— Ну, может, она хотела своим поступком сказать тебе о чем-то другом?
На мой осторожный вопрос он только скептически изогнул бровь.
— И что же это?
— Ну, например, о том, что ты ей нравишься…
Дзирт долго молчал, невидяще глядя в пустоту.
— Это уже не имеет никакого значения…
Бог разрушения вскочил на ноги и прокричал, вскинув искаженное яростью лицо к желтому небу:
— Потому что, едва след моего отца остыл за границей мира, я убил ее! Развеял прахом аватар, а божественную суть разорвал на куски и выбросил в пустоту межмирья!
Прокричавшись, он снова сел на горячий красный песок.
— Ну что, душа, все еще любишь меня?
— Да.
— И за что, позволь узнать?
— А разве обязательно должна быть причина?
Мы еще помолчали. Первой тишину нарушила я.
— А что было потом?
Он пожал плечами.
— Потом я дал жителям этого мира выбор. Склониться передо мной или умереть. Победа над ними была быстрой, и я стал владыкой и безраздельным властителем этого мира.
Красные песчинки снова зашуршали, подхваченные ветром. Пустыня, как и мы, задумчиво молчала.
Так, в беседах, прошла не одна сотня лет, как вдруг, однажды…
— Скорей! На севере сильные возмущения в пространстве! — прокричала я в его голове, и мы понеслись к месту средоточия загадочной активности.
Волны вокруг точки в пространстве становились все сильнее, и очень скоро вспышка света в центре выросла до размеров небольшого кольца, внутри которого мерцало круглое окошко в совсем другой мир. Вдвоем с Дзиртом мы с любопытством заглянули в него.
— Ну все, Мертайн, готовься сбрить свою мочалку! У меня получилось, спор ты проиграл!..
— Для полноценного перехода еще слишком мало энергии, но ты прав, показания прибо…
Окошко схлопнулось, вновь оставив нас одних.
— Они еще вернутся, — убежденно сказала я.
— А вдруг, увидев, что здесь лишь пустыня, они не захотят здесь жить?
Дзирт хмурился, сжимая губы в тонкую черту.
— Не загадывай. Быть может, пустыня — это именно то, что им нужно.
— Не утешай меня!
— И в мыслях такого не было…
Пятиединый мир. Наши дни.
Август.
Со вздохом я оторвался от бесчисленных графиков, сводок и отчетов патрициев, и устало растер ладонями лицо. Планировал закончить с этим еще вчера, но расчеты не сошлись, и пришлось перепроверять…
Я перевел взгляд на общее семейное фото, стоящее на моем рабочем столе. Моя сумасшедшая семейка… Привычно улыбнулся, глядя в теплые, как южная ночь, глаза бабули. Самый адекватный член нашей семьи. Чисто технически, по крови, она не была моей родственницей, но именно в ней я всегда чувствовал родственный дух. Разве это не забавно?
Долго объяснять, но если вкратце: бабуля была замужем за повелителем азари Араниэлем, и у них была дочь Ариэн, которая, в свою очередь, вышла замуж за моего дядю Пулло, который был цесаром и властителем рарков. Но, не смотря на отсутствие кровного родства, бабушка Менеланна всегда относилась ко мне, как к родному внуку. Своих детей у дяди и ее родной дочери пока не было, что и не удивительно, Пулло в свое время серьезно обидел богиню-покровительницу азари, отвечающую за плодородие. Но наследник у нашей державы уже был, поэтому это огорчало только бабулю и немного Ариэн (подозреваю, что последняя просто опасалась рождения второго Пулло). И этим наследником, как вы уже, наверное, догадались, был я — Август Цезарион, будущий цесар и властитель расы рарков.
Мой отец и брат Пулло остался в первом мире служить Великой Матери, а взамен на это на свет появился я. Видел Люция мельком пару раз, когда ездил вместе с дядей по делам в первый. Покидать службу ему было категорически запрещено, поэтому на общем семейном фото его не было. Впрочем, внешне я его полная копия, за исключением старого шрама на лице. Люций отказался его сводить, не знаю уж по какой причине… Несмотря на разницу в возрасте, мы с ним выглядели ровесниками, слуги Великой Матери не старели. Ирония заключалась еще и в том, что в будущем я буду медленно, но верно стареть, а он останется внешне таким же молодым, как и сейчас, и уже я буду выглядеть, как его отец, а потом и дед.
С улыбкой я сотворил иллюзию, чуть подправив фото. Теперь на нем вся семья была в сборе. Волшебство продержалось несколько ударов сердца и беззвучно рассеялось. Хмыкнув, я вернулся к работе. Скучная рутина, но надо с ней разобраться поскорей, чтобы присоединиться уже к копиям, которые…
В мой рабочий кабинет ворвался взъерошенный дядя. Что это с ним? За ним будто дархи гонятся…
— Ты должен помочь мне! — с порога начал он.
— Должен? — я скептически изогнул бровь.
— Мне напомнить, чья это была идея с космодромом? — прошипел дядя.
Вообще-то, чисто технически, идея эта принадлежала бабуле. Но с тех пор, когда она впервые, восемьдесят лет назад, рассказала мне о ней, я не на шутку загорелся, и с тех пор каждую свободную минуту посвящал воплощению этой мечты в жизнь.
Чтож, в такое состояние дядя мог прийти только в одном случае. Ариэн снова что-то пришло в голову, и я даже подозреваю, что именно.
— Где она? — спросил я, блокируя систему. Дела придется отложить.
— В резиденции. Ищет меня. Если во время поисков Ари спустится в подвалы и увидит там то, что не должна… — он не договорил, но продолжение и так было понятно. Если она что-то такое увидит, то виноватого в этом Пулло уже назначил. И это буду я.