Немного слов. Книга Первая
Шрифт:
Свет на темени
Стихопсихея
«Жизни мёртвая хватка…»
Психотворение
Воспитание
На устойчивой волне
Стержень сонета
Музыка сфер
Лира верлибра
Парагимны
Моноавтономия
Иконная конница
Памяти жертв
Поделиться с друзьями:
Может быть, с Господом встречусь – глазами,В синее небо всё время гляжу.Богобоязни – учили, а самиУж между нас проложили межу.Без – ничему не могу научиться,Без – ничего не хочу понимать!Бог – не ягнёнок, не рыба, не птица —Гиря, что тянет на небо меня.
Молодые губы ищут молочай,мухоморы в пищу, волчьи ягоды.На сухом пайке отсырела, чай?Отощала папороть без купельной пахоты?Дух давно в пехоте на Святой земле,а земля Святая – прямо под ногамив огороде, в роще, в городе, в селе —бродит по колено в птичьем гаме.
Шли на взвешиванье, вещие,под предлогом медосмотравещи были все подвешены,доразорвана аорта,что сама теперь не этаи уже совсем не та!От крыловского квартетане осталось и следа…Вместе незачем садиться,да и некому играть.Лишь проходит заграница —по границам – через пядь.
Когда, возвращаясь с обочин,Душа озаряла жильё,Как шла тебе чистая почта —Любви лицевое шитьё.Я был и сестрою, и братом,И мачо, и друг, и жиган.Ложились и думали рядом,И образ бельё обжигал.Зачем я поймал полнолуньеНа старом своём Маяке?Юродивый и полоумный,Сварился в твоём молокеИ вышел и сильным, и новымИ, дал мне Господь, молодым!И стал разведённым и вдовым,Женатым и холостым.Ты – нет, чтоб сидеть одеснуюТихоней тишайших тихонь —Открыла заслонку печнуюИ бросила песни в огонь.Пойду подержусь за каштаны,Которые вечно горят,В предчувствии чувственной тайныОгня обретённых утрат.И это – не ветка сирени,А пекла могильный букет!В четвёртое есть измереньеЛазейка, а выхода – нет.
Под сенью светотени яХраню нетварные ранения.Потери и приобретенияНе образуют уравнения.
Ваяние близости достигаетсябезжалостным удалением:лоскутных страхов, смутнойтоски, животной тревоги,припадков уныния, очаговгордыни, ложных образовжизни, горчичников стыда,показаний счётчика жадности,бинтов от хитрости, плюмажейпрестижа, ценников зависти —стопка дерзко согретыхна сердце контакта монетвсё время упрямо растёт,а почему-то не падает…
Колокол около храмаКол забивает до пят.Тьма математики, мама,Лопаясь, числа кипят.Чертят квадратики черти,Прыгай за ту же черту!В сено остриженной шерсти,В аут с аортой во рту.Огненный патрубок вынут,Хлещет, задев провода,И облачается в тинуОблачной крови вода.Витязь стоит на распутье,Чуя тройной алфавит.В путь собираются прутья,Лаврами купол увит.
Девочкас обсидиановым персикомсидит на двухшагающих верблюдах.Лежат валетомбуридановы ослыеё новых страстей.Все против облысения пустыни,но только чешут репувсё страшней.Снына цветную плёнку сняты,не сняты толькозаколдованные швы.
Кто только не трогалгорох при дороге,на родину предковне посягал?Но так навсегдаи остался в горохе —ордынец и турок,германец и галл.Спасибо, враги,вы удобрили землю,учили нас, грешных,в бою умирать!А жить?Я с молитвой любви восприемлюотеческих святцевбессмертную рать.
Птичий щебет. В изданиикакого-то года. Он тоже на полке.Где есть всё. Всё, кроме птиц.Надо только запастись массой воздуха.Кругосветка в подземке.Порой забываю, где и куда еду.И только тогда вспоминается – как во сне —именно то, что никогда не помнил.Взбивать сметану.Крутить педали.Печатать исповедьногтем большого пальца.Я сушу свою голову,следовательно, я существую,первоприсутствующий —в собрании вкуса и цвета.
С вечера я на утроОставил один сюжет —Истово, целомудроСтрасти сводить на нет —Искренне, без кощунства,Увещевая лишьДушу, рассудок, чувства.Что ты опять шалишь?Грохот стоит чугунный,Стынет глухой набат,Будто проходят гунны,Кони во тьме хрипят…Это не йога-хатха,Страхами застрахов. —Жизни мёртвая хватка —С порохом порохов.
Настоящее всё более настоящее,А стоящее – более стоящее.Моложе нас Вышние вящие,Когда выбирают стойбище.Остались лишь мы – нестойкие —Пред острой развилкой выбораИ крепкой любви настойкою,Что нашу свободу выпила.Загнусь я с такой работою,А ну, подавай лекарство,С Тобой о свободе ботаю:Дар Господа – государство.