Чтение онлайн

— Да, — прошептала она, улыбаясь загадочной легкой улыбкой. — Думаю, пора достать рыбу.

Она встала и пошла в дом, вернувшись через пару мгновений с большой тарелкой с тунцовыми стейками и нарезанными овощами.

Когда она разложила рыбу на раскаленной металлической сетке, та зашипела, и богатый аромат дыма и кунжута напомнил о многих прошлых ужинах — ужинах, которые были менее интимными, менее домашними, менее… всякими.

В этот вечер я не хотел о них думать.

Ужин приготовился быстро, и мы снова сидели друг напротив друга за моим избитым кофейным столиком. Я откусил большой кусочек и закрыл глаза от того, как рыба таяла во рту. Я мурлыкал, продолжая жевать, и совсем не удивился, когда увидел, что она смотрит на меня.

— Сколько у тебя татуировок? — спросила она, рассматривая мои руки, плечи и шею.

Я перестал жевать, обдумывая ответ, не в силах отвести взгляд от ее глаз, молчаливо оценивающих мое тело.

— Много, — ответил я с улыбкой. Она подняла на меня почти удивленный взгляд, как будто настолько увлеклась своими мыслями, что забыла собственный вопрос.

— Это не очень вежливо, — упрекнула она меня, напоминая о предыдущем разговоре. Она спросила, почему я не хотел, чтобы она узнала меня лучше. Я был ошарашен, потому что настолько погряз в своей рутине, что мне никогда не приходило в голову, что ей захочется узнать меня таким образом.

Я понимающе кивнул.

— Я начинал с большего количества. И добавлял к ним еще, пока они не растворились друг в друге. Так что, отвечая на твой вопрос, сейчас у меня их меньше, просто они покрывают большую площадь моей кожи.

Она положила в рот горошек, жуя и размышляя о моем ответе. Ее язык выскользнул, чтобы слизнуть каплю соуса с палочки для еды.

Мне пришлось отвести взгляд.

— Сколько пирсингов?

— Шесть, — ответил я, сделав большой глоток вина. – Кстати, вкусно.

— Шесть, — мягко повторила она, больше для себя, чем в качестве ответа.

Ее голос был тихим, взгляд перемещался вдоль и поперек, будто она пыталась насчитать те серьги, которые видела – и те, которых не видела. Я опустил голову, чтобы взять еще один кусочек в попытке спрятать улыбку.

Тихонько подвинувшись, она вытянула ногу вдоль края стола, и ее обнаженная ступня оказалась на моем бедре. Руку обожгло желание дотянуться и прикоснуться к гладкой коже.

— Ты не тот, кем кажешься.

Я встретился с ней глазами.

— Что ты имеешь в виду?

— Снаружи. Ты не тот, каким кажешься снаружи.

Тогда я широко улыбнулся.

— Ты тоже, — многозначительно сказал я, вспомнив о ее маленьком секрете, который она мне показала.

Она выдержала мой пристальный взгляд, и на ее губах возникла понимающая улыбка.

— Я знаю.

23 августа

Все, что он чувствовал — это огрубелые руки и сырость. Воздух был полон странной постоянной тихой музыкой абсолютной тишины.

В деревне было так тихо. Где была суета, которой Дрю приехал сюда служить? Где был хаос?

— Я нужен был Томми, — пробормотал Дрю, объясняя воздуху, почему он находился в тысячах миль от Норы. — Не только люди важны, нужны именно мелочи.

— Выпей.

Воду осторожно влили ему в горло. Он попытался сесть, взять бутылку сам, но его руки сильно тряслись. Вода пролилась ему на шею, на грудь.

— Не двигайся так много. Ты такой деятельный человек. Зачем тебе постоянно нужно что-то делать?

За этим последовал теплый бульон из миски, заботливо прижатой к его губам.

Он закашлял, слабо отстраняя его.

— Не хочу.

— Ш-ш-ш… — успокаивал его голос Лин. — Тебе нужно что-нибудь кроме воды.

Большую часть времени он проспал. Дрю не знал, сколько циклов тьмы и света сменились в его комнате. Солнце появлялось и исчезало, оставляя после себя облегчающую темноту и прохладу. Ночь была тяжелее — именно тогда приходила Нора, и ему почти удавалось убедить себя, что она была здесь, лежала рядом с ним, но когда он протягивал к ней руки, то не ощущал ничего, кроме воздуха. Но для его кожи ночь была и уютнее.

— Из-за тебя мне хочется здесь остаться, — эти слова были произнесены на английском, и словно его собственным голосом.

— Тише. Береги свои силы, Xiao huo tou.

— Я не знаю, как сказать тебе это так, как хотел бы, - объяснил он с умоляющими закрытыми глазами. — Я уезжаю в Китай.

— Поспи.

…Соседка…

… банановые ноги…

… мне нравятся твои девчачьи цветастые миски…

… не тот, кем кажешься…

25 августа

Проснувшись, Дрю услышал голоса с улицы впервые за все время, вспотевший и рассеянный. Комната двигалась и кружилась, пока он не закрыл глаза.

— Входи, немного сумасшедшая соседка, — сказал он, тяжело смеясь над собственной шуткой.

Голоса Томми и Лин, затем тихий вздох, всхлип и какое-то шарканье у двери и на улице. Все стало для его слуха слишком тихим. Дрю снова уснул.

Кто-то вошел в комнату, а Дрю даже не постарался открыть глаза. Воздух был тяжелым и успокаивающим. Он услышал шарканье и лязганье горшка на маленькой печи. Чья-то рука подняла ему голову, и он попил. Бульон в забытье по вкусу напоминал еду Норы. В своих фантазиях он угадывал трудноуловимые следы ее готовки.