Немножко чокнутая
Шрифт:
— Майя, Тони написал мне. Он сказал мне, что тот парень был геем.
— Прекрасно, — я поднимаю на него взгляд. Он пристально смотрит на меня. — Ты что, серьезно думаешь, что я такая сука, которая танцевала бы с другим парнем перед своим мужем? Мы едва касались друг друга. Мы просто дурачились.
— Я не обратил внимания на его одежду. Перед глазами все заволокло красной пеленой, и я ушел.
Я пожимаю плечами.
— Меня это не волнует. Я ложусь спать. В своей комнате.
— Послушай… Прости меня. А если бы все было наоборот, то что бы ты сделала? Что ты сделала, когда увидела Клер?
— Ты имеешь в виду ту костлявую блондинку? — фыркаю я. — Она была очень близко к тебе. Ты видел ее дешевую юбку, и она касалась тебя. И ты улыбался ей. Это сильно отличается от танца с геем.
— Я понятия не имел, что он гей. Я просто реагировал.
— Это ничего не меняет. Я иду спать, — я пытаюсь высвободиться, но он обнимает меня еще сильнее. — Отпусти меня.
— Нет. У нас все так хорошо стало получаться. Не заставляй меня нести наручники, — шутит он и целует в голову. — Ложись спать со мной.
Я меняю гнев на милость не только потому, что он по-настоящему раскаялся, но так же и потому, что он, скорее всего, снова наденет на меня наручники, а я не хочу, чтобы на моем запястье осталась отметина.
— Хорошо. Но ты должен мне секс.
— С этим я могу справиться, — ухмыляется он и выглядит очень красивым. — Что-нибудь еще?
Киваю.
— Я хочу огромную гардеробную.
— Тогда, возможно, нам нужно переехать. Как я тебе и предлагал перед нашей свадьбой. Если ты хочешь…
— Если ты еще раз скажешь о пригороде, я точно укушу тебя. Нет. Если мы и переедем, то это должен быть пентхаус. Как этот, но побольше, — перебиваю я его. Он смеется и целует меня в щеки. — И мне нужен хороший шкаф. А еще панель.
— С этим я могу согласиться.
Я улыбаюсь ему.
— Хорошо. Тогда давай перейдем к первому пункту в нашем списке. У меня больше нет запрятанных презервативов.
— И у меня их нет. К тому же, ты на таблетках. Поэтому, может, мы действительно просто…
Я со вздохом качаю головой.
— Не-а, нет, нет. Давай тогда просто поспим.
Он вредно усмехается и поднимает меня на руки, тем самым заставляя меня визжать.
— А знаешь, есть и другие виды секса, которые мы с тобой еще не пробовали.
— Хм. Звучит неплохо.
ГЛАВА ПЯТАЯ
После сражения с монстром со щупальцами, пробежки и душа, я открываю заполненный холодильник и решаю сделать моему спящему мужу завтрак. Он на самом деле заслуживает его после вчерашней ночи. Кто же знал, что мужчина может так эффектно использовать свой язык? Господи, у меня только от одной мысли об этом покалывает все тело.
Кладу колбасу и бекон на гриль, немного улыбаясь. Хоть я и ненавижу мысль о браке и о том, чтобы связать себя с одним мужчиной, мне определенно повезло. Девочки вроде меня не получают таких парней, как Джеймс. Но, как бы там ни было, я его получила и теперь чувствую себя виноватой. Он заслуживает кого-то намного лучше меня.
Я разбиваю несколько яиц в небольшое количество кипящего масла и перемешиваю их с грибами, пока бекон шипит на гриле вместе с колбасой. Как только бобы и помидоры готовы, я выкладываю их на тарелку, которую ставлю на поднос рядом с намазанными маслом тостами, двумя чашками кофе и двумя стаканами апельсинового сока. Добавляю газету, которую забрала во время пробежки, оборачиваю столовые приборы в салфетки и свечусь от гордости собой.
Затем я проскальзываю в спальню и ставлю поднос на ночной столик. Он спит на животе, а рука свисает с кровати. Я улыбаюсь и целую его в ангельское личико. С громким стоном он потягивается, перекатывается на спину, перед этим обхватив меня руками, утягивая меня с собой. Я хихикаю, пытаясь выбраться из его захвата.
— Доброе утро, — шепчу я и нажимаю на кнопку рядом со спинкой кровати, чтобы открыть жалюзи. Утренние лучи легонько освещают Джеймса, и он медленно просыпается, принюхиваясь, видит поднос и усмехается.
— А это что такое?
Я устраиваюсь около него, помещаю поднос на его колени, как только он усаживается поудобнее.
— Завтрак.
— Выглядит превосходно.
Улыбаюсь в ответ и беру тост.
— Так, какие у тебя планы на этот прекрасный день?
— Ну, — отвечает он, откусывая большой кусок колбасы с бобами, — я думал, мы можем заняться чем-нибудь. Не знаю, сходить в кино, например, или еще куда. Решать тебе. У меня встреча в девять, а потом весь день свободен.
— Кино звучит неплохо, но мы лучше сходим туда вечером, днем там ничего хорошего не показывают. Почему бы нам не сходить по магазинам?
Он гримасничает, и я снова хихикаю.
— Ты серьезно?
— Хорошо, ладно, никаких магазинов. Пейнтбол?
— Ты хочешь пойти на пейнтбол?
— Ты прав, идея ужасная.
— Да нет, это...
Захлопываю его рот рукой. В зеленых глазах Джеймса пляшут веселые чертята.
— Что насчет пляжа? Пошли на пляж.
— Что насчет папарацци?
Пожимаю плечами и кормлю его беконом. Он улыбается и целует меня в нос.
— Пришло время людям увидеть, что мы настоящая супружеская пара.
— Правда? — замечаю волнение в его глазах и голосе. — Ты сделаешь это? Ради меня?
— Я могу быть той еще сукой, но ты мне действительно нравишься, Джеймс. И, вообще-то, я хочу сделать тебя счастливым, — откашливаюсь и добавляю: — Иногда.
— Например, когда становишься офигительной женой, которая умеет готовить.
Я хихикаю и снова набиваю его рот едой.
— Видишь, я могу быть романтичной.
— Точно.
Когда он собирается уезжать на работу, приезжает Мари. Они быстренько здороваются и прощаются друг с другом.
— Ни за что не догадаешься, кто будет в городе с понедельника! — визжит она, подпрыгивая. По каким-то непонятным причинам я начинаю прыгать с ней. Прежде, чем я пытаюсь ответить, отвечает она.
— ДЖЕЙКОБ СТОУН!
— Да ну нахрен! — я широко открываю рот от удивления и прекращаю прыгать.
Даже не думай об этом, либидо.
Думать о чем? Трахнуть его... Дайте мне его! Мой!
— Ага, и догадайся, кого он захочет повидать… — она поигрывает бровями и тыкает меня в грудь. — Тебя, везучую корову.