Чтение онлайн

Марья стирала бельё в большом деревянном корыте. Увидев всадников, уронила в мыльную воду девчачье платьице, выпрямилась. Тревожно вгляделась в наши лица.

Ильюха подбежал к матери, что-то прошептал ей на ухо. Она молча махнула нам рукой, развернулась и пошла в дом.

— Подождите во дворе, — сказал я дружинникам.

Соловей первым спрыгнул с коня Джанибека.

— Всю жопу отсидел без седла! — улыбнулся он. Сорвал длинную травинку, прикусил её зубами, еле слышно насвистывая какую-то сложную мелодию.

Я вошёл в избу и тут же наткнулся на взгляд Марьи.

— Почему к нам? — спросила она, не здороваясь. — Мы и так тут еле прижились. А теперь вы, с обыском своим. Уедете, а мне что люди скажут?

— Мам! — Ильюха дёрнул её за рукав. — Они нам жизнь спасли.

— А толку-то? — негромко спросила Марья. — Много мы теперь наживём?

— Уедете с нами в Старгород, — твёрдо сказал я.

— Что мне там делать? — просила Марья.

— А здесь ты что делаешь? Ильюху в дружинники возьму. Дом вам будет. Старгород большой — сами решите, где поселиться. А сейчас мне без вас не обойтись.

Вот так вот, бля! Если ты князь — значит, решаешь за людей, как им жить. А им это не всегда нравится, между прочим.

— Ильюха! — продолжил я. — Расскажи мне всё, что знаешь о местных. Кто был недоволен Хворобой, кто — наоборот.

Через час я знал о жителях Лопухинки гораздо больше, чем хотел бы знать.

***

— У меня и еды нет, — растерянно сказала Марья. — Не ждала гостей.

— И не надо! — ухмыльнулся я. — Еда сейчас сама придёт.

На улице залаяла собака. Я выглянул в окно.

— А вот и Архип с корзинкой-самобранкой!

Староста, и вправду, тащил здоровенную, укрытую платком корзину, из которой торчало толстое горлышко двухлитровой бутылки.

Прежде, чем войти в дом, Архип вежливо постучал.

Надо же, бля!

— Я вот тут перекусить захватил, на скорую руку!

Староста торопливо достал из корзины хлеб, варёное мясо, яйца и лук. Даже деревянную миску солёных грибов притащил. Поставил на стол бутыль с мутноватой жидкостью.

— Вино, домашнее.

Глаза старосты так и бегали по нашим лицам.

— Ты, Архип, не суетись, — сказал я ему. — Я догадываюсь, что в деревне есть недовольные.

Лицо Архипа закаменело.

— Недовольные всегда есть, — продолжал я. — Но для князей что главное? Чтобы порядок был!

Тут я опять вспомнил про казну и добавил:

— И чтобы налоги платили вовремя. А как ты это делаешь — твоя забота. Я в это лезть не хочу.

Архип незаметно выдохнул. Но я-то это заметил!

— Ну, давайте, пожрём, что ли!

Я весело потер ладони и плюхнулся за стол.

Мы выпили по стакану крепкого самогона.

— А скажи-ка мне, Архип, — спросил я. — на кой хрен вам вторая мельница понадобилась? Одной мало, что ли?

Архип дёрнул бородой. Да что ж ты нервный-то такой?!

— Не нужна нам вторая мельница! — сказал он. — Напутал болотник.

— Да ладно? — удивился я.

— Богами клянусь! — Архип скосил глаза на потолок. — На нашей мельнице плотина прохудилась. А под водой ведь её не починишь! Вот мы и решили повыше временную плотину сделать, чтобы воду отвести. А как мельницу починим — так плотину и разберём! И болото в порядке будет. Мы же понимаем — нечисть теперь тоже люди.

— Во как!

Я повернулся к болотнику.

— Что же ты меня путаешь? Получается — мы зря сюда столько ехали?

Болотник втянул голову в широкие плечи. То ли подыграл, то ли, правда, струхнул.

— Не зря, не зря! — подхватил Архип. — Завтра баньку истопим, праздновать будем! Сам князь в деревню приехал! Сегодня-то мы растерялись маленько. А уж завтра!

Я погрозил Архипу пальцем.

— Сначала обыск! А потом — бухать! Вот что, Архип! Ты покарауль ночью боярский терем, на всякий случай.

— Покараулю, князь! Не сомневайся!

— Вот! А я Всеволоду так и скажу — надёжный мужик Архип!

Архипа мы выпроводили уже ближе к полуночи. Я встал из-за стола и покачнулся.

Непорядок, бля!

Достал из кармана зеркальце и вызвал Чупава. Кузнец отозвался сразу, будто ждал сигнала.

— Здорово, Немой! — ухмыльнулся он из круглого стёклышка. — Случилось что?

— Как там у вас? Всё в порядке?

— В полном. Я железо кую, Потапыч грибы сушит. Хлюпень рыбой нас завалил — всё за русалку благодарит.

— Слушай, Чупав! Сколько у тебя леших вокруг Лопухинки?

— Пара десятков наберётся. Вот болотник только один — плохо там с болотами.

— Болотника я знаю. Слушай, попроси леших поближе к деревне держаться. Тут какая-то муть творится, я пока разобраться не могу. Если что — я сигнал подам.

— Какой сигнал? — поинтересовался Чупав.

Я задумался.

— А я откуда знаю — какой? Какой-нибудь подам.

— Ну, ладно. Сейчас свяжусь с ними.

Я убрал зеркальце в карман. Джанибек пристукнул яйцом о край стола, аккуратно очистил скорлупу.

— Что будем делать, Немой?

— Вы отдыхайте. Только все не спите — дежурьте по очереди. А я прогуляюсь по деревне.

Джанибек улыбнулся и понимающе кивнул.

Я вышел на крыльцо и поёжился.

Брр! Прохладно!

В небе ярко светила полная луна. Над тёмными полями низко стелился молочно-белый туман. В огороде трещала запоздавшая цикада.

Давай, Немой! Перекидываемся!

В голове звонко щёлкнуло. Опьянения как не бывало.

Ночной мрак из чёрного превратился в бледно-серый. Теперь он совсем не мешал видеть. Запахи ударили в нос. Еле слышные звуки стали громкими, отчётливыми.

Я выгнул спину, с наслаждением запустил когти в крепкое дерево крыльца и потянулся.

Одним прыжком перемахнул забор и побежал по улице к пустому терему Хворобы.

Бесшумно ступая, я бежал вдоль обочины. Мокрая от ночного тумана трава сбрасывала на меня холодные брызги росы, заставляя ежиться. В канаве довольно урчали лягушки, обожравшиеся комарами.

Если в тереме никого — наведаюсь к мельнице. Неплохо бы внимательно поглядеть, что там творится. И желательно — без старосты.