Чтение онлайн

– О Крествуде не так много письменной информации и еще меньше людей, готовых о нем говорить, – пожала плечами Вуд. – Как я понимаю, младшие дети к тому времени уже были расселены по приемным семьям или по другим детским учреждениям в округе. Еще шесть или семь вернулись к своим родственникам, так что во время пожара в доме оставалось человек десять воспитанников.

– Ужас. Поиски могут превратиться в настоящий кошмар.

– Для простых смертных – может быть.

Ким улыбнулась. Стейси обожала трудные задачи, так что для нее это будет настоящим испытанием.

– Хорошо. Брайант, заводи.

Сержант схватил свой пиджак и вышел из комнаты, Ким зашла в кутузку, чтобы переодеть свои мотоциклетные сапоги. Занимаясь этим, она слушала обрывки разговора, происходившего в общем кабинете.

– А цветы ты пробовал? – спрашивала Стейси.

– Конечно, – отвечал Доусон.

– Конфеты?

– Естественно.

– Драгоценности?

На это ответа не последовало.

– Ты, что, вправду не попробовал драгоценности? Запомни Кев, ничто лучше роскошного ожерелья не сможет подкрепить фразу «прости меня за то, что я аморальный сукин сын».

– Отвали, Стейси. Ты-то откуда об этом знаешь?

– Я-то знаю, красавчик, потому что я настоящая же-е-е-е-нщина.

Ким улыбнулась, завязывая правый шнурок.

– Ага, как же! – хмыкнул Кевин. – Но, к сожалению, любовная жизнь, которая проходит в мире гоблинов, не считается. Мне нужен совет женщины, которая встречается с мужчинами. Я имею в виду реальных мужчин.

Беседа прекратилась, когда в офисе снова появилась начальница.

– Стейс, теперь на тебе и сотрудники, и воспитанники, – заявила она.

Казалось, что Доусон окончательно запутался.

– Одевайся, и поехали со мной, – велела ему Стоун.

Кевин снял пиджак со спинки стула.

– Я бы на твоем месте захватила пальто. Тебе придется поработать с криминалистами на месте преступления.

– Правда, командир? – Лицо молодого человека просветлело.

– Я должна мгновенно узнавать обо всем, что там происходит, – кивнула Ким. – И я хочу, чтобы ты всех там довел до белого каления. Задавай вопросы, ходи за ними по пятам, встревай в разговоры, и как только услышишь какие-то новости – немедленно сообщай мне.

– Так точно, командир, – с готовностью произнес Доусон и спустился вместе с начальницей к ожидающей машине.

– Пристегнитесь, дети мои, – посоветовал Брайант, выезжая с парковки.

В заднем зеркале Ким увидела возбужденное, энергичное лицо Кевина и, отвернувшись, стала смотреть в окно.

Может быть, она ничего не понимает в вопросах мотивации персонала, но, по закону больших чисел, время от времени ее решения будут оказываться правильными.

Площадка, которую Стоун покинула вчера, сегодня превратилась в небольшой городок, огороженный стеной. По краю участка шла легкая металлическая ограда. Два выхода, расположенные вверху и внизу участка, охраняли четыре констебля. Остальные стояли вокруг изгороди, на расстоянии прямой видимости друг от друга. Охрана периметра вполне удовлетворила Ким.

Рядом с верхним краем площадки устроили загон для журналистов, но сейчас все они бродили вдоль ограды. На самой площадке были установлены две белые палатки. Одна стояла прямо нал раскопом, а во второй техники хранили свои инструменты.

Инспектор направилась прямо в первую, но оказалось, что она не готова к тому, что ожидало ее внутри, и к тому впечатлению, которое на нее произведет скелет, лежащий в канаве. Она видела множество мест преступления и наблюдала тела в различных стадиях разложения, но здесь перед ней оказались просто кости. Когда на костях присутствуют остатки человеческой ткани, то кажется, что их еще можно вернуть семье для захоронения и оплакивания. А вот голые кости были лишены всякой индивидуальности – они напоминали собой фундамент здания без самой постройки, которая и делала его уникальным. Ким совершенно не понравилось то, что ей пришлось увидеть.

Кроме того, она была также сильно шокирована тем крохотным объемом, который занимал скелет.

– И что, никакой одежды? – спросила Стоун у археолога-криминалиста, который оказался рядом.

– Доброе утро, инспектор, – произнесла Черис Хьюз.

Черт возьми, вечно она забывает поздороваться!

– Отвечая на ваш вопрос, хочу сказать, что это не значит, что на жертве не было никакой одежды. Все дело в том, что у разных тканей разные периоды деградации и разложения. Все зависит от того, как долго они находятся в земле. Хлопок исчезнет лет через десять, а вот шерсть будет сохраняться многие десятилетия, – Черис повернулась к инспектору лицом. – Я не была уверена, что вы вернетесь.

Они отошли в сторону, чтобы не мешать технику фотографировать скелет со всех возможных ракурсов. Рядом с костями лежал маркер желтого цвета.

– Вчера у нас так и не было времени поболтать, – заметила Ким.

Хьюз убрала выбившуюся прядь волос за ухо.

– На меня вы не произвели впечатления болтушки, ну да ладно… Мне двадцать девять лет, я не замужем, детей нет. Любимый цвет – желтый. Обожаю чипсы со вкусом цыпленка и в свободное от вязания время являюсь членом Территориальной армии [35] , – Черис помолчала. – Про вязание я, естественно, наврала.

– Все это здорово, но меня не это интересует.

– Тогда задавайте вопросы, инспектор.

– Насколько вы пригодны для этой работы? – спросила Ким, не моргнув глазом.

Ее собеседница попыталась скрыть улыбку, но ее выдали блеснувшие глаза.

– Я защитила диплом по археологии в Оксфорде восемь лет назад. После этого четыре года проработала в разных археологических экспедициях, в основном в Западной Африке. Вернулась домой, получила второе образование криминалиста и вот уже два года пытаюсь самоутвердиться в мире, в котором доминируют мужчины. Вам ведь это знакомо, детектив-инспектор, не так ли?

Стоун громко рассмеялась и протянула руку.

– Рада, что вы с нами.

– Благодарю. Теперь, когда мы очистили кости, я жду антрополога, чтобы обсудить с ним вопрос выемки. Мне надо быть уверенной что мы не только не захватим лишнего, но и не оставим ничего важного.

Ким посмотрела на криминалиста ничего не понимающими глазами.

– Ой, простите, но нам надо быть очень осторожными в этом смысле. Второй раз повторить этого мы уже не сможем.

Инспектор все еще ничего не понимала. На какой-то момент Черис задумалась.