Чтение онлайн

– Исправляй, - пожимаю плечами.
– Я никогда не запрещала вам общаться. Ты сам не хотел.

– А мы?..

– Нет никаких нас!

Ощущение, что у меня все силы выкачали. Эти разговоры, они с ума сводят. Они - сладкий обман, в который хочется поверить.

– У нас договор на полгода, - продолжаю спокойно.
– После развод. А сейчас я хочу одна побыть. Оставь меня, пожалуйста. Уверена, найдется немало девушек, готовых скрасит тебе ночь, если ты только захочешь.

Зачем я это говорю? Ведь мы договорились, что никого не будет на время брака… Во мне злость какая-то и отчаяние. Они коктейль сумасшедший создают.

– А если я только тебя хочу?
– спрашивает Влад.

– Как ты себе это представляешь?
– не выдерживаю.
– Что я сейчас растаю от этих слов, прыгну к тебе в постель, а потом что? Будем изображать счастливую пару, а через полгода разойдемся, как будто ничего и не было? Не все тут бесчувственные сволочи, Влад! Некоторым до сих пор больно!

Последние слова сами собой срываются с губ, я о них жалею тут же. Но лицо Влада искажается болью. А потом…

Он передо мной на колени опускается. Утыкается лбом куда-то в районе живота, толстое покрывало не дает, к счастью, это ощущать.

– Я знаю, что сломал тебе жизнь. Испортил жизнь нашей дочери… Тебя сломал… Но если есть хоть один шанс все исправить… Я все сделаю, Ась, - он на меня глаза поднимает, и мне так поверить ему хочется.

Но жизнь, расколотая надвое, не дает этого сделать. Головой качаю.

– Ничего не исправить, Влад. Невозможно. Да и… Зачем? Семья много времени требует, знаешь ли, а у тебя предвыборная карьера на носу…

– Хочешь, отменю ее? Сверну все прямо сейчас. Только с вами буду.

– Ты… - остолбенев, не сразу нахожусь, что сказать.
– Слышишь, какую ерунду ты говоришь? Что это изменит? Будет потом повод упрекнуть и снова уйти.

Вижу, что от моих слов больно, но я не могу скрывать свои мысли. Да, я не верю. Я боюсь вообще верить людям. Мужчинам. Особенно Владу. И это понятно, разве нет?

Влад какое-то время молчит, разглядывая меня, а потом кивает.

Встает. Он вроде и не касался меня толком, а без него снова холодно. Я слабачка. Знаю.

– Через три недели свадьба, - произносит Влад.
– Потом еще пять месяцев впереди. Я докажу тебе, Ась, что достоин второго шанса. И если по истечению договора ты не захочешь со мной остаться… Семьей быть на самом деле… Я тебя отпущу.

Я сказать хочу, что никогда нам семьей не быть, но Влад вдруг наклоняется и целует меня. От испуга больше за его шею хватаюсь. А он в мои волосы рукой зарывается, массирует кожу головы.

Пока его губы творят такое… Ласкают, нежно касаются, прихватывают. Это с ума сводит. Нельзя таким быть. Словно в самом деле любишь.

– Один шанс, - Влад в мои глаза смотрит.
– Пока не истечет договор. Прошу, Ась.

И я, сама того не понимая, киваю.

– Улыбочку!
– громко произносит фотограф, и я старательно растягиваю губы.
– Ну поживее, ребята, вы же не статуи!

На мужа глаза поднимаю. Не так я себе представляла фотосессия для билборда ко дню семьи.

– Избиратели хотят видеть чувства, - фотограф продолжает рукой махать, словно это должно помочь как-то. Фоткает, фоткает.
– Теперь, Владислав Владимирович, опуститесь на одно колено и приобнимите Анастасию за живот.

– А я буду на папе верхом!
– вопит Мира.

– Так папа и умер, - печально вздыхает Влад, когда фотограф показывает на ее реплику большой палец.

Мирка залезает к нему на плечи и смешно двигает кожу на лице.

– Чуть-чуть боком, Анастасия, чтобы живот было лучше видно!

– Он разве не знает, что за такую фразу женщины убивают?
– бормочу, разворачиваясь к камере в три четверти. Влад смеется. Поглаживает мой беременный живот и осторожно целует. Я сразу в волосы его пальцами зарываюсь. Влад на меня глаза поднимает, смотрит с улыбкой.

– Прости, что заставил тебя согласиться на это.

– Я все понимаю, - бурчу, скорее, из вредности.
– Но с тебя сет роллов.

– Как скажешь.

– И это только для меня.

Влад весело и открыто смеется, и Мирка пищит от восторга, качаясь на его плечах. Я и сама не удерживаюсь от искренней улыбки, глядя на них.

Я не верила, что получится. Страхи буквально погребали меня каждый день. Я никому не сказала, что дала Владу шанс. Сама не верила в это.

Пройдет полгода, и он наиграется в семью. Она ведь ему не нужна. Мы не нужны. Так думала.

И сама не заметила, как влипла. Пропала. Начала доверять ему, открываться заново. Мы как будто друг другу навстречу шли малыми шажками. Прощупывая путь, чтобы в этот раз не рвануло.

И получилось. Через полгода о разводе речи не шло. Сестра долго и упорно доказывала, что я ненормальная. Я и сама так считала. После пережитой боли снова в нее окунуться? Ведь никто гарантий не дает.

Но оказалось, с Владом все равно лучше, чем без него. Даже в полной сомнений и страхов жизни - лучше.

А он на самом деле старался. Он все сделал, чтобы снова меня завоевать. Даже больше, чем я подумать смогла.

Потому что я чувствовала все это время фиктивного брака и чувствую до сих пор: мы с Мирой для него действительно важнее теперь, чем бизнес, чем политическая карьера. Мы на первом месте.

– Ну вот, наконец-то!
– фотограф щелкает довольно пальцами, опуская фотоаппарат от лица.
– Все готово.

– Правда?
– удивляюсь я.

Я даже позировать не начала еще.

– Да. Вы показали все, что я хотел. Спасибо. Фото вышлю вашему секретарю, Владислав Владимирович.

Никак не привыкну, что к нему так официально обращаются. Все-таки важная личность в городе. Со мной тоже говорят порой, как с королевой английской.

Но мне это только смешно кажется. Я, конечно, сопровождаю мужа на всякие мероприятия, и внешний вид держу, но потом мы с ним обсуждаем и смеемся.

– Ты сноб, - вот и сейчас заявляю ему с улыбкой, когда в машине он мне протягивает бутылку с дорогущей минералкой.