Чтение онлайн

— Какого черты ты творишь вообще? — стараюсь извиваться, чтобы ему было неудобно меня держать, но удается слабо. Этот мужлан лишь пригвоздил меня к стене, удерживая одной рукой за плечо. Он оказался слишком близко, настолько, что я ощутила тошнотворный запах спирта из его рта. Как он на ногах стоять умудряется после такого количества алкоголя в крови? Стоило бы брать пример, но сейчас слишком противно, чтобы думать о чем-либо еще, кроме как о скорейшем освобождении от неприятного типа.

— Задерживаю преступницу. — проговорил он, ухмыляясь. Сейчас бы закричать, чтобы позвать охрану. Его бы сразу вышвырнули из клуба, а я бы спокойно пошла дальше соблазнять пьяного друга, затем, чтобы после получить больше наживы. И я бы сделала это. Почти сделала, только вот он вовремя показал мне свою корочку детектива. Тут я уже перестала надеяться на спасение. Звать на помощь — скорее себя в могилу загнать. Значок — это дело другого уровня. И надо же было мне пойти именно в клуб, где грустил коп, ожидая очередного повода кого-либо арестовать. Влипла? Слабо сказано. Я попала не на шутку — а совсем всерьез. И теперь мне уже не было смешно. Игры закончились слишком быстро.

— Ты не имеешь права! Быстро отпусти! Я требую адвоката! — говорю я сквозь зубы, глядя ему прямо в его бесстыжие глаза. Хотя, бесстыжие они были у меня. Он, явно наслаждаясь своей победой, лишь ухмыльнулся вновь. И, отпустив мое плечо, быстро опустился на корточки, поднимая сумочку. Как же я сейчас надеялась на мужскую глупость и полное непонимание женских штучек. Лишь бы не смог открыть клатч, а я бы сейчас бегом побежала куда-то… Хотя, наручники вызовут подозрение, а мои деньги в сумочке. Черт. Сейчас было против меня абсолютно все. Ангелы явно отвернулись, а иначе как объяснить такую подставу? Потому что он через секунду уже открыл мою сумку, доставая оттуда часы.

С совершенно наглым выражением лица, мужчина поднял голову на меня, мотая часами в своей руке.

— Будешь отрицать дальше? — снова ухмылка, от которой мне захотелось прокрутить глаза пару раз вокруг своей оси, потому что простого закатывания будет недостаточно! Клянусь, этот детектив-алкоголик просто упивался моим проигрышем. Я скривила лицо, а потом быстро выругалась. Врать я могу бесконечно, но какой в этом смысл? Сказать, что подбросили? Это уже будет ниже моего достоинства. Так что… придется признать вину и… надеяться на лучшее. Только совсем не хотелось мне в тюрьму. Он тем временем поднялся с колен и начал дальше осматривать мою сумочку. Не хватало только этого.

Доставая бутылек с белым порошком, детектив быстро вскинул брови в удивлении. И я натянула улыбку. Просто черт-черт-черт. Проклятье какое-то, что снизошло на мою голову. Где только туча пропала, что теперь обязана летать над моей головой всегда. Без нее мне будет недостаточно страданий. Ненавижу этот день.

— Да, я принимаю. — пришлось быстро сказать ему, чтобы хоть в чем-то оправдать себя. И, в какой-то степени, я не соврала, что в этой баночке наркотики. Просто не в сто процентной дозировке. Да и принимала их не я… Но какая сейчас уже была разница? Лучше выставить себя наркоманкой, чем добавить обвинений на голову.

— Жаль, конечно, когда красивые девушки подсаживаются на наркотики. — говорит он, рассматривая баночку. Только бы не открыл… а еще, я что, услышала грусть в его голосе? Этим можно воспользоваться. Главное, правильно подать мысль и выставить все в свою сторону. Как обычно бывает — давишь на жалость, тебя жалеют, а после ты на свободе. Вся такая чистая и невинная, продолжаешь свою непыльную работу. — Ну ничего. В тюрьме слезешь. — проговаривает он и улыбается, убирая стеклянную бутылочку в карман. Да что с ним не так? Как вообще человек может вызывать такую ненависть буквально с пары слов? Это какой-то у него особый талант имеется, о котором я ничего не знаю? Иначе как объяснить подобное чувство. А, хотя, знаю. Не надо было ему меня арестовывать! Только, это даже не официальный арест. Просто какой-то фарс. Думай, думай, девочка, как нам нужно выкрутиться из этого дерьма.

— Никуда не уходи. Позвоню своим, чтобы доложить о тебе. — он явно показательно подмигивает, а после отходит в сторону, наговаривая себе под нос. — Не хватало еще воровок ловить. Лучше бы мне так попался этот ублюдок. — почему-то, прозвучало это очень грустно, даже жалко. Что-то тут было не так. Словно вселенная давала мне шанс на спасение, только я пока не понимала его. Но действовать нужно было сейчас, иначе он позвонит своим и меня точно посадят. Руки сжимаются в кулаки за спиной. Как же давит металл.

— Что за ублюдок? — спрашиваю я, пристально вглядываясь в его лицо. Хватаемся за любую соломинку.

— Хороший слух. — он улыбнулся, наверное, впервые искренне… грустно. Без издевок и ухмылки, но мне все еще было противно. — Ублюдок, что может сейчас убивать такую же девушку, как ты. Но только я не его поймал, а тебя. — он выплюнул мне свои слова. В голове сразу стали всплывать мысли и образы. Не может быть. Неужели он говорит про маньяка, о котором я как раз думала перед тем, как приехать сюда? Так он из убойного отдела. Значит, я ему вообще не нужна. Это мой шанс!

— Эй. — окликиваю его я, но реакции не получаю. Еще пара секунд, и я уже не смогу спастись. — Эй! У меня есть для тебя информация об этом маньяке. — так явно вру, что сама себе удивляюсь. Но это работает, потому что он выключает свой телефон, направляя на меня вопросительный взгляд. Да, молодец. Убери телефон подальше и отпусти меня. В такие моменты я жалею, что мы не живем в фантастическом мире, где я могла бы быть вампиром, чтобы одним взглядом гипнотизировать людей. Скучно. Потому и приходится выкручиваться всеми доступными мне способами, даже такими низкими, как явная ложь. Все выживают, как могут.

— Что ты знаешь? — спрашивает он, снова подходя близко. Только никакого интима не было в этом жесте, скорее — лишь желание надавить посильнее. Заставляя меня путаться в мыслях, давая думать лишь о том, чтобы он отошел подальше. Ведь мне тошно от одного его тяжелого взгляда, пропитого жизнью.

— Вначале освободи меня, и я расскажу, что знаю. — мило улыбаюсь, стараясь не выдавать свои истинные эмоции. Только удавалось это с каждой секундой все труднее и труднее.

Он какое-то время пристально смотрел в мои глаза, отчего хотелось провалиться сквозь землю, сбежать, скрыться. Или, на крайний случай, присесть на корточки, чтобы хоть на пару секунд уйти из его поля зрения. Глупо, конечно. Но я уже была готова и на подобный шаг.

— Ты блефуешь. — снова его ухмылка, а в глазах горечь. Если бы я была не такой хорошей аферисткой, мне бы даже стало совестно, что я дала ему надежду, а потом так легко забрала. Но я не такая, поэтому ели ощутимый укол обвинений быстро закрываю в коробочку, в которую между тем и эмоции с чувствами, что вызвали подобную реакцию. — Теперь ты точно сядешь. — говорит он слишком серьезно, словно обиделся на мою попытку выжить. Снова достаёт телефон.

— Черт! Да, я блефую. — быстро выкрикиваю, отвлекая его внимание на секунду. — Послушай. Мне нельзя в тюрьму. Ну пожалуйста. Зачем тебе эта нервотрепка. Давай выпьем и ты расскажешь мне о расследовании. Я умею слушать. — в моих глазах надежда, а на лице жалость… к себе. Главное, сделать лицо великой мученицы, а там может и выгорит. Других шансов у меня уже и не оставалось. Лишь надеяться на чудо.

— Откровенничать с тобой? Да я быстрее застрелюсь. — высказался он, кривя лицо, но звонить пока не стал. Я вижу, как он мнется. Палец дрожит, потому что тот не спешит нажимать на вызов. Неужели я достучалась до него? Он сомневается в том, чтобы сдать меня, а значит… у меня есть теперь реальный шанс выпросить себе свободу. Только я боюсь, что шаг вправо — шаг влево и тюрьма. У него нестабильное состояние из-за проблем в жизни, которые меня не касаются, но на этом можно было бы сыграть. Всматриваюсь в его руки — кольца нет. Так… какие еще бывают проблемы. Развод? Не думаю, что был недавно. Может, проблемы с детьми? Не похож он на семьянина. А вот проблемы по работе подходят почти идеально. Он коп из убойного отдела, а сейчас в городе активно орудует маньяк. Даже не смотря на огромные размеры Нью-Йорка, дело «крошителя» гремит отовсюду. А он, видимо, винит себя в том, что не может поймать его так скоро, как тому хотелось бы. Поэтому новые жертвы он приравнивает к своей вине — не поймал, значит почти что сам убил. Мда. Так жить нельзя, особенно учитывая его работу. Но где-то в глубине души, я могла бы его понять. Ведь если вспомнить то время, когда я отчаянно мечтала попасть в полицию, то могу поспорить, что ощущала бы то же самое, что и он. Да, я не стала бы детективом, но криминалистом бы могла винить себя за то, что не нашла достаточно улик, за то, что не смогла связать их и помочь расследованию. Сейчас я даже чувствую, как начинаю проникаться к нему… пониманием. Только вот ненависть никуда не ушла. Он все еще гавнюк, что решил потешить свое самолюбие, быстро поймав воровку. Маньяка бы так поймал.