Чтение онлайн

А дети, на которых эти правила прежде всего направлены, как ходили в джинсах, свисающих с попы и с торчащими оттуда трусами, так в них и ходят. Как ходили в футболках, так в них и ходят. Их отчитывают по утрам при входе в школу, пишут замечание в дневник, а они всё равно ходят в джинсах. Тогда директор говорит на педсовете: у нас деловой стиль — учителя должны подавать пример детям. Да не дай бог такой пример детям! Девочки-подростки, старательно пытающиеся добиться «делового стиля» в одежде, терпят фиаско — и выглядят не как юные, полные молодости и сил создания, а как недоделанные тётьки неопределённого возраста, с трудом переваливаясь и неуклюже громыхая в туфлях на высоких каблуках и в каких-нибудь дурацких, узких, неудобных юбках. Пусть лучше ходят в футболках и джинсах. Или просто введите форму — пусть все ходят в одинаковой форме, как это было раньше и есть теперь в некоторых школах. И никаких «стилей», если вам самим неизвестно, что это такое. Люди, не разбирающиеся ни в стиле, ни в моде, учат других, как им одеваться. Бред. Очередная профанация. И это ещё мы всё время ругаем Советский Союз, когда не разрешалось носить серьги девочкам. Сейчас то же самое. Выписка из правил школы: «Если вы пришли с вызывающим макияжем или экстравагантной причёской в школу, завуч имеет право заставить вас смыть этот макияж и переделать эту прическу». Я сразу вспомнила случай, когда в советское время наш классный руководитель выстраивал в шеренгу девочек, носящих серёжки, и собственноручно снимал их с ушей.

Я не за то, чтоб подростки приходили в школу, одевшись и накрасившись как на дискотеку, я за то, чтобы ученики одевались опрятно, со вкусом, выглядели аккуратно и чувствовали себя в школе, как в учебном учреждении, т. е. более дисциплинированно. И в этом им может помочь красивая школьная форма или специальный курс по стилю и культуре внешнего вида. Но курс этот должны вести профессиональные специалисты, а не сумасшедшие тётьки-дядьки, прочитавшие пол-учебника по этикету и получившие корочку об этих полукурсах, чтобы потом засорять детям мозги всякой низкоквалифицированной бредятиной. Сразу скажу, хороших специалистов система образования детям точно не обеспечит (такие специалисты не пойдут работать в школу), и вообще, таких хороших специалистов ну очень немного, поэтому их по количеству никак не хватит (даже если всех-всех собрать и силой направить на работу в школы). Отсюда выход один — форма, как сейчас принято во многих школах европейских стран. А учителей всё-таки — я вас умоляю — придётся оставить в покое: если у человека к 30–40–50 годам не сформировался вкус в одежде, то это ж какими убогими неандертальцами тогда можно представлять себе наших учителей, чтобы составлять для них списки допустимого и недопустимого? Чтобы оградить коллег и учеников от какого-то настолько вызывающего внешнего вида (кстати, и не весь внешний вид: скажем, допустимые виды ногтей, причёсок, бижутерии списками не перечисляются), что даже нужно перечисление списком этих «непотребств»! И многое, очень многое из внешнего вида действительно остаётся вне поля зрения бдительного ока поборников формальной эстетики. И, как все вокруг понимают, именно потому, что всё это очередная профанация благих идей и затей. Чтобы создавать видимость работы и убивать любые настоящие движения в направлениях подлинного новаторства, подлинно нормальных, работающих инициатив и умных, качественных преобразований.

Конечно, необходимо останавливать молодых учительниц, приходящих в школу в ажурных колготках или супермини-юбках, или с лифчиками наружу (или без лифчиков), но делать это надо грамотно, а не с валенком на голове — от чего всем вокруг только тошно в очередной раз. А дети в очередной раз только и извлекают из этого, что на самом деле всем на всё наплевать, была бы галочка в отчёте, и всё прекрасно, и так и нужно! А потом охи-ахи, «коррупция», понимаешь, какая-то навалилась, ух, она такая-сякая!

Однажды на моё замечание о неграмотности и бескультурности речи, а также нарушении правил одежды в школе моя ученица мне сказала, что в её планах унаследовать мамину фирму, поэтому она не обязана уметь культурно и грамотно разговаривать: у неё (как и, видимо, у её мамы) и так всё в ажуре. Началась эта история с того, что утром дежурный учитель остановила эту девочку в вестибюле, потому что девочка пришла в школу в джинсах, что было нарушением школьных правил о форме одежды, ей разъяснили её некорректное поведение и написали замечание в дневник. Япроходила мимо в тот момент. Спустя минуту, проходя по коридору к кабинету, в котором у нас был урок, я слышу разговор этой ученицы с другой девочкой:

— Что там случилось?

— Да ерунда, написали в дневник, что я пришла в школу в джинсах, но мне пофиг, моя мама не обращает внимания на такие замечания в дневнике.

Вы бы видели, с каким рвением и упорством, просто с пеной у рта, дежурный учитель (замдиректора, между прочим) объясняла этой распальцованной козявке неправильность её поведения. А та отошла на два метра и просто плюнула и на этого учителя, и на правила школы (которая даёт ей бесплатное образование, без которого вообще немыслима более-менее приемлемая жизнь любого современного человека), и на другого учителя (меня), которая слышала её неуважительные выражения и сделала ей замечание.

Кто виноват, эта набалованная, самоуверенная малявка? Нет. Её мама? Тоже лить отчасти. Виновата школа, которая оставляет учителя одного сражаться со вседозволенностью и разнузданностью имущих людей. Учитель стоит на такой низкой ступеньке социальной лестницы, что об него можно любому вытереть ноги, и, самое главное, — никто не обратит на это внимания. Школа не придумала и не организовала никаких мер по предотвращению или разрешению таких ситуаций, как нарушения школьных правил, но при этом школа поставила на входных дверях в восемь часов утра абсолютно безоружного учителя, превратив его в швейцара, или вахтёра, с соответственным отношением к нему учащихся. Несчастного, подневольного, затюканного учителя, который пришедшего без сменки не может ни домой отправить, ни взять штраф, ни назначить трудотерапию по вымыванию грязного пола после уроков, ни чем-либо ещё который не имеет права воздействовать на учеников, кроме тупого, никчёмного, однообразного ора. Который ничего, кроме этого своего надрывного, некрасивого и неэффективного поведения, не может противопоставить школьнику почти ни в каком случае его хамского или грубого, развязного, неэтичного поведения!

И вот эти учителя кто как справляются с поставленной задачей: кто стоит, задумавшись, пропуская мимо себя и тех, кто без сменной обуви, и тех, кто в джинсах, и тех, кто в мини-юбке и т. п. А рядом те, которые дерут глотку и с пеной у рта по тысячному разу объясняют подросткам, что в джинсах и без сменки нельзя (как будто те не знают, что нельзя), давай дневник и т. д. и т. п. И всё, что может, помимо пустого лязганья зубами, сделать учитель, — это написать замечание в дневник. Но тинейджер хорошо знает, что завтра в восемь утра будет стоять другой дежурный учитель, который просмотрит и сменку, и мини-юбку, и всё будет нормально. А потом, ну и что — замечание в дневник — родители на такую ерунду сегодня даже не обращают своего драгоценного внимания, их же к директору из-за этого в школу не вызывают! А если и вызовут, то одного-двух родителей ну самых злостных нарушителей, и то также только для галочки. И все равно так и будут продолжать приходить в джинсах и т. п. Спрашивается: для чего тогда эти правила, которые всё равно не соблюдаются, и за нарушение которых нет никаких санкций. Всё это очередная насмешка над учителями, позор перед детьми. Они ведь не дураки, чтобы не видеть очевидного — профанации, ерунды на палочке, всей этой филькиной заботы для видимости, в отличие от тех же учителей и завучей, для которых эти правила и отсутствие механизмов их воплощения в жизнь — норма жизни (настолько они все привыкли к этому бардаку и лицемерию). А дети и особенно современные подростки — они это всё секут, сканируют, и не испытывают никакого уважения ни к учителям, ни к школьным правилам. И правильно делают, должна заметить. Бытие определяет сознание.

Дети не раз заводили со мной разговоры на тему противоречивых порядков школы. После таких разговоров, услышанных из уст детей, я шла и слушала никакущие, пустые разговоры учителей в учительской — и у меня рождалась только одна мысль: да ведь эти дети во многом умней, внимательней этих учителей! Кому б кого ещё учить-то?! Но при этом я не раз убеждалась и в том, что многое в этих детях уже убито бытом и людьми, их окружающими. Не раз после урока, посвященного вопросам здоровья, питания или защиты окружающей среды я удостоверялась в том, что эти дети, подростки, уже настолько приучены говорить одно, а делать совсем противоположное: например, на уроке о питании они могут красиво и грамотно объяснять, что фастфуд — это вредно и почему вообще нельзя есть что попало и уж тем более там, где пища из ГМО-компонентов, до сих пор не обладающих статусом безопасных. Почему нельзя питаться в Макдональдсах и подобных заведениях, нельзя есть чипсы, пить сладкую газировку и мн. др., что вреднее любых сигарет. А потом я узнаю, что после этих самых уроков и бесед они спокойно себе и в Макдональдсах едят, и чипсы запивают газировкой… Говорю им: как же так — говорите одно, а делаете обратное, т. е. вы знаете, что отравляете организм, и, осознавая это, спокойно это делаете?! Они мне отвечают: нет, не так, мы это делаем, потому что все вокруг это делают. Вот так, товарищи взрослые, и кто после этого пустозвоны и кривляки, клоуны, отставшие от своего цирка-шапито?

Приходя работать с новым классом в новом учебном году, я всегда, просвещая детей по поводу небезопасности средств мобильной связи и правил пользования мобильными телефонами, предлагаю им взять в привычку перед уроком выключать свои мобильные телефоны, тем более хотя бы потому, что ими просто запрещено пользоваться во время урока. Они дружно кивают головами, а когда дело доходит до исполнения договоренностей, у них находится куча предлогов, чтобы не отключать телефон перед уроком. Не раз приходилось индивидуально разговаривать с подростком о том, что носить телефон на теле, в кармане одежды нельзя из-за вредного воздействия этого устройства на организм человека. Какую реакцию я всегда встречала? Недоверчивый взгляд. Я смотрю в глаза ученику и вижу, что он мне не верит. Я задаю ему вопрос о том, разве ему наплевать на свое здоровье, благополучие и работоспособность внутренних органов? На это он мне говорит, что ведь все так делают: носят телефоны в кармане, на шее, спят с ними в обнимку, говорят по ним часами каждый день — и ничего, не умирают же в страшных конвульсиях. Яобъясняю ему, что чётко проследить то, как сказывается действие мобильных телефонов не так-то просто, и то, что вокруг люди страдают множеством различных заболеваний, может быть, вызванных и этим воздействием, просто никто у нас не следит за этими процессами. И производители этих средств очень не заинтересованы, чтобы кто-то этим интересовался. При этом учёными уже многократно были проведены исследования, выявившие негативное влияние микроволнового излучения и, в частности, мобильной связи, и пренебрегать этими фактами — быть себе врагом. Опять смотрю на реакцию моего юного собеседника: формально кивает, делая вид, что понял, что впредь будет внимателен. Думаю: «Хорошо, посмотрим на деле, как ты понял». Приходит на следующий же урок, спустя день-два, и опять телефон в кармане одежды, перед уроком не выключает. Я спрашиваю: «О чём мы с тобой говорили на днях?» Улыбается, ничего не отвечает или формально затягивает: «Нууу дааа…» И дальше всё происходит без изменений. А знаете, почему? Потому что, как я убедилась на опыте, я единственный человек в жизни этих детей, который поднимает подобные вопросы, напрямую касающиеся их жизни и здоровья, а также жизни и здоровья их потомков. Я одна, а на другой стороне — полчища других учителей, которые не то что никогда не позаботятся о здоровье своих учеников, а они сами же ведут крайне нездоровый, неразумный образ жизни: 99 % учителей — женщины, и больше половины из них курят, причём курят много, причём курят прямо в школе, приспосабливая под курилку какую-нибудь подсобку, бегают туда парами и тройками на переменках. А дети прекрасно знают, куда учителя бегают и зачем. Все учителя (кроме меня) не выключают во время учебного дня в школе свои мобильные телефоны, носят их всегда с собой, и в туалет, на себе, в карманах одежды, треплются по мобильнику часами. То же поведение демонстрируют родители этих детей и родители всех их знакомых, в общем, все окружающие. Я не встречала ни одного исключения, поэтому даже при огромном желании не могу на него указать. И дети, видя всё это поведение каждый божий день и вдруг услышав от какой-то учительницы о каком-то там вреде, — не верят мне. Они не могут поверить мне одной, когда остальные делают обратное!

А с экранов телевизоров и трибун, на встречах педагогов и врачей с президентом нам продолжают говорить о пропаганде здорового образа жизни для молодёжи: нет курению, алкоголю, фастфуду, наркотикам! Да кто будет пропагандировать здоровый образ жизни?! Эти же училки, которые курят, как паровозы, к некоторым из которых и подойди неприятно из-за сильного запаха табачного дыма? Это они призваны прививать детям здоровый образ жизни?! Это они, питающиеся полуфабрикатами и глотающие горстями таблетки от всяких, даже самых малых недугов: от стресса, бессонницы, насморка, всего-всего на свете, — будут прививать детям правила здорового питания и образа жизни?! И не такая же, что ли, профанация все эти заботы «о здоровье подрастающего поколения», о «здоровье нации», о каком-то, отличном от всего остального общества «образе жизни»?

А ведь это я здесь описываю только те случаи, которые лично видела своими глазами. Я намеренно пишу только из собственного опыта, хотя знаю, что существует практика, когда учителя с педдипломами, разрядами и званиями вообще не тому обучают детей: учат школьников по иностранных программам, как надевать презервативы, правильно заниматься онанизмом, и даже групповым сексом и мн. др. Всё это делается в школах, учителями, иногда открыто, иногда в секрете от родителей. Это я ещё не рассказываю о случаях, когда дети на уроках умирали от передозы наркотика, употреблённого на переменке в туалете. Хотя, узнав о таких случаях, нельзя не задуматься об эффективности антинаркотической пропаганды в школах. Пустой и никчёмной пропаганды. Да, теперь во всех школах висят плакаты «Наркотики — это бяка!». Я даю именно такую версию названия, потому что она хорошо соответствует всей несерьёзности, поверхностности и смехотворности содержания таких плакатов.