Чтение онлайн

Арслан снова рычит, затем с легкостью переворачивает меня и ставит на четвереньки.

— Мне нравится твоя смелость, — хрипит мне в ухо. — Если станет больно, скажи.

Горячее дыхание обдает затылок. Меня охватывают одновременно предвкушение и паника. Арс не торопится, гладит меня по спине, пробегает пальцами по позвоночнику. Жадно втягивает в себя воздух, словно обнюхивает меня. Трется членом о мое лоно, и это невыразимо приятно. Еще невероятнее, чем касания языка.

Толкается внутрь и заполняет до упора. Легкая боль от заполненности не лишает наслаждения. Я жажду отдать себя всю, мое тело пронзают сладкие спазмы. Я снова на грани разрядки. Арс начинает двигаться во мне сзади, влажные звуки шлепков заполняют пространство спальни. Кажется, я кричу, умоляю, сознание путается. Лишь одна мысль существует сейчас — я принадлежу ему целиком и полностью, абсолютно. Навсегда. Готова на что угодно. Арс стискивает мои бедра, врываясь и наполняя, погружаясь с неистовой силой. Наше соитие похоже на сражение. Из груди рвется признание. Именно сейчас, я не могу сдержать его и бормочу бессвязно:

— Я люблю тебя.

Оргазм лишает остатков сил, расплющивает сознание. Влага на бедрах, мы оба мокрые, потные, но нет никакой возможности дойти до ванной. Так и отключаемся, сплетенные в объятии.

Просыпаюсь на рассвете, некоторое время слушаю ровное дыхание Арслана. Он такой расслабленный, спокойный сейчас. Смотрю на его красивое лицо и не могу отвести глаз. Кажется, я могла бы провести так много часов. Но мне неловко так пристально разглядывать его. Тем более, его ресницы начинают трепетать, и я поспешно отворачиваюсь.

Он не давал мне уснуть всю ночь, только под утро оба отключились, обессиленные. Наверное, я сейчас выгляжу просто ужасно. Волосы в беспорядке, лицо опухшее. Я чувствую себя разбитой, но в то же время, очень счастливой.

С сожалением думаю о том, что мне нужно собираться домой, если не хочу нарваться на серьезный разговор от бабушки. Или подставить Арслана, открыть нашу связь. Кто-то из домашних может догадаться.

Стоит сесть на постели, меня останавливает смуглая ладонь, по-хозяйски ложащаяся на бедро.

— Куда собралась?

Оказывается, он не спит. Что если заметил, как разглядывала его? Щеки начинают гореть.

— Мне пора домой, иначе все заметят мое отсутствие, будут вопросы, — бормочу смущенно. — Приму душ и вызову такси.

— Плевать на их вопросы, — заявляет лениво Арс. — Я вернусь из Лондона максимум через неделю. Потом мы будем вместе, и плевать на всех, кому это не нравится.

— Не хочу, чтобы ты ссорился с отцом из-за меня, — говорю дрожащим от эмоций голосом. Я и мечтать не могла о том, что произнес сейчас Арслан! Он хочет быть со мной… Голова начинает кружиться от переполняющих чувств.

— Не думай об этом, я сам все решу.

— Я не могу не думать, — вздыхаю. Как можно ощущать грусть и радость одновременно? Это так странно, когда тебя раздирают противоположные эмоции. Признание, что после Лондона мы будем вместе делает меня невероятно счастливой. Наверное, даже более счастливой, если бы Арслан признался мне в любви. Потому что поступки куда важнее слов. Все что делал Арс в последнее время, что открылось мне совершенно случайно, мимоходом, показывало, что этому человеку можно довериться.

Встаю с постели, все тело ноет и побаливает, но это приятная боль. Направляюсь в душ, где снова меня преследуют воспоминания о том, что было ночью. Внутри снова начинает гореть, даже пальцем ног поджимаются. Я бы очень хотела лежать сейчас в пенной ванной, расслабляясь, с закрытыми глазами, проигрывая в голове картинки из прошедшей ночи. Но позволяю себе лишь душевую кабину. Прислоняюсь к стене. Трогаю губы, опухшие от поцелуев. Между ног саднит, и сладко потягивает. Я все равно продолжаю хотеть Арслана. Даже после секс-марафона, сама не понимаю, как это возможно…

Мысли материализуются, когда дверца душевой кабины отъезжает в сторону. Арс, абсолютно обнаженный, присоединяется ко мне.

Щетина колет нежную кожу шеи, когда он наклоняется ко мне. Смуглая ладонь ложится на мой живот. Едва пришедшее в норму дыхание снова сбивается. Внутри все вспыхивает, по телу пробегает дрожь предвкушения, когда пальцы Арса скользят ниже, к припухшим болезненным складкам плоти. Несмотря на бессонную ночь и ноющие мышцы я снова загораюсь от его касаний.

Я сопротивлялась как могла, но Арслана не переубедить, он сам везет меня домой. Фарида нет, и я вздыхаю с облегчением. Лицо Эстемирова — непроницаемая маска, невозможно понять, что он думает, но похоже ему действительно плевать на мнение отца.

Зато бабушка все увидела и поняла. Это доходит до меня сразу, стоит только увидеть ее лицо. Арслан не стал заходить в дом — опаздывал на самолет. Понимать, что скоро нас будет разделять огромное расстояние — очень больно. Пусть даже это ненадолго. Едва выхожу из внедорожника как сразу начинаю ощущать пронзительное одиночество.

Взгляд Тамары Сергеевны, которая встречает меня в холле, буравит насквозь.

— Почему ты не ночевала дома? — спрашивает подрагивающим от гнева голосом.

— Я взрослая, ба. Не обязана отчитываться.

— Почему он? Ульяна, ты с ума сошла? Вы же, получается, брат и сестра? Его отцу это точно не понравится. Поверить не могу! Ты всегда была такой разумной девочкой!

Несусь вверх по лестнице. Голова шумит, она такая тяжелая, от бессонной ночи глаза слипаются. Не хочу ссориться с бабушкой. Она в чем-то права и ее эмоции можно понять.

Заглядываю в комнату Дамира, там сидит незнакомая женщина.

— Здравствуйте, — улыбается мне. — Вы Ульяна? Я — Наташа. Тамара Сергеевна одобрила мою кандидатуру на испытательный срок.

— Хорошо, — киваю. Глажу Дамира по голове, касаюсь указательным пальцем пухлой щечки. Наклонившись, вдыхаю его запах, ни с чем не сравнимый, нежный.

Перебросившись парой фраз с няней скрываюсь в своей комнате. У меня больше ни на что нет сил, падаю на кровать и мгновенно отключаюсь.

Разумеется, бабушка не готова была сдаться так просто. Я это понимала. Первый раз удалось избежать разговора, благодаря моему побегу в свою комнату. Едва я проснулась, Тамара Сергеевна будто почувствовала это. Стоило повернуть замок — была тут как тут. Рядом с ней стояла Карина с подносом. При слугах бабушка не стала бы ничего обсуждать, но служанка поставила поднос на столик и ушла.

— Я могла и вниз спуститься, — вздыхаю. — Спасибо за заботу.

— Знаю я твои «могла», — отмахивается бабушка. — Отвратительно питаешься, худющая — жуть. Все время поесть забываешь. Поверь, если бы ты спустилась на кухню, точно кусок бы в горло не полез.