Чтение онлайн

За ужином она только и делала, что ворковала с испанцами. Весь вечер ходила с одним бокалом вина, останавливаясь перекинуться парой слов то с одним, то с другим. Вроде пила, а вроде и нет. Я заметил, что официанты были хорошо проинструктированы. Они подходили к ней и делали вид, что наливают вино. Но хотя бы капля упала в бокал!

На самом деле, она всё правильно делала. Интересовалась каждым, не давая заскучать. Держала дистанцию, а когда чувствовала, что в собеседнике просыпается что-то большее, чем деловой партнёр, плавно переходила к другому.

И также плавно уходила от меня, стоило мне приблизиться к ней. Сперва меня это злило. Но тот факт, что она при этом ни разу не повернула голову в мою сторону, мог говорить только об одном – она чувствует меня.

Как настоящие хозяева вечера, мы переходили от гостя к гостю, каждому уделяя внимание. Я наблюдал за ней и удивлялся. Где она этому научилась?

Обычно мои помощницы, осушив пару-другую бокалов, начинали хихикать, а некоторые и неприлично громко смеяться, хватали гостей за руки и даже прижимались к ним. Ни одна из них не упустила возможности позаигрывать. Ильинична флиртовала, но не заигрывала. Она хорошо чувствовала грань, через которую нельзя переступать. Наверное, это приходит с возрастом и опытом.

Возраст! До сих пор, глядя на мою помощницу, думаю, что меня жестоко обманули. Ну, не может она быть старше меня! Тем более на пять лет. Ни внешне, ни тем более эмоционально. Проведя с ней четыре дня в Барселоне, я узнал, что в одном человеке вполне гармонично может уживаться мудрость взрослой женщины и непосредственность ребёнка. И меня тянуло ко всем её граням.

В голове прочно засели слова старушки. И я очень хотел прислушаться к ним. Но как это сделать? Появление Альбины каким-то немыслимым образом толкнуло Ильиничну в мои объятия, но я не смог её удержать. На что надеяться мне теперь? Снова на Альбину?

Внезапно Ильинична, до этого шедшая рядом со мной, отдалилась от меня. Я обернулся на неё. Что? Что случилось? Куда она? Я сделал что-то не так? Но тут в меня едва не впечатался какой-то тип в звёздно-полосатых шортах.

– Sorry… sssorry 10 . – американец! Мог бы догадаться. Кто ещё может натянуть собственный флаг на жопу? Попробовал бы кто-нибудь у нас проделать то же с триколором, его самого быстро бы натянули. Янки поднял руки и начал пятиться назад. И прямо на Ильиничну. Я хотел было его остановить, но она уже сама, заметив надвигающуюся на неё угрозу, успела сманеврировать. Хорошо, третья мировая нам сейчас ни к чему.

Американец, наконец-то, отстал от меня со своими извинениями. От него так разило, что дыхни он на Ильиничну, она бы тут же захмелела. А может, стоит попросить? Может, тогда она станет хоть чуточку сговорчивей? Нет, я, конечно, не любитель спаивать женщин, но уже был готов пойти и на этот крайний шаг.

Помощь Запада не понадобилась. Ильинична сама взяла меня под руку, при этом слегка прижавшись ко мне. На всякий случай накрыл своей ладонью её руку, а вдруг передумает и захочет уйти. Наклонил голову, она легонько кивнула куда-то в сторону. Я проследил за направлением.

У входа в ресторан стояла Альбина и наблюдала за нами. Очень хорошо, значит, вечер ещё не закончился, мои ставки не сброшены, я снова в игре. Я сжал пальцы Ильиничны и, не разжимая руки, повёл к ресторану.

– Уже уходишь?

– Да. Надоели жёсткие барные стулья. Иду в лаунж. – протянуто произнесла Альбина. Бесила эта её манера говорить. С чего вдруг она решила, что это сексуально? – Присоединитесь? – в сторону Ильиничны она даже не посмотрела. – У тебя был нелёгкий день. Тебе нужно расслабиться. Посидим, вспомним прошлое. – тебе надо, ты и вспоминай. Я об этом прошлом забыл и вспоминать не собираюсь.

Альбина, выставив свою силиконовую грудь вперёд, надвигалась на меня. Я подбирал слова, чтобы показаться не слишком грубым. Нет, я бы с радостью и без прикрас высказал ей всё, что о ней думаю. Но Ильинична…

– Альбина права, – моя помощница неожиданно высвободила свою руку.

Права в чём? Она что, решила уйти и оставить меня с этой? Но я зря беспокоился, Ильинична встала напротив меня, отрезав Альбине все подходы. Ловко, однако. Что она задумала?

– Расслабимся на мягких диванах, выпьем пару коктейлей, – заботливо поправляя галстук, продолжала она, даже не представляя, как мне нравится её предложение. В душе я улыбался. Нет, почти ликовал. Едва она сложила руки на моей груди, я притянул мою заботливую помощницу к себе и склонился над её лицом.

– Чтобы расслабиться, мне нужна только ты. – как же приятно говорить правду. – Но если хочешь, пойдём в лаунж. Хотя я с гораздо большим удовольствием поднялся бы наверх, – и крепче прижал желанное тело к себе, буквально сминая его в своих объятиях. В глазах Ильиничны промелькнуло что-то одновременно похожее на страх и предвкушение.

Она стояла, упираясь в меня руками и временами теряя дыхание, словно бежала куда-то. Она была так близко, что уже сейчас могла почувствовать моё дыхание. Ещё чуть-чуть и я приму благословение её губ. Я чувствовал, как она трепещет в моих руках, словно птица, пойманная в клетку. Спасти меня хотела, а кто тебя теперь спасёт?

– А вот и голубки! – раздался рядом звонкий голос. Оксана! Да чтоб её! Как не вовремя. Почувствовал, как Ильинична расслабилась в моих руках. Ничего, это только небольшой перерыв. Я уже чувствую, что ты моя. – Всё никак друг от друга оторваться не можете?

Я разжал объятия, но самую малость, достаточную для того, чтобы Ильинична смогла нормально смотреть на Оксану.

– Привет, Оксана, рада тебя видеть. – искренность, с которой она поприветствовала Оксану, поражала.

– Привет, а куда это вы… Детка! – Оксана, наконец, заметила Альбину, – Ты либо гардеробом ошиблась, либо адресом, – смерила взглядом. – В таком платье только столбы в Равале 11 подпирать.

Альбина хотела что-то ответить, но не нашлась. Вряд ли она знала, что такое Раваль и с чем его едят, но смысл Оксаниных слов был понятен.

– Мы в лаунж собрались. – решил ответить на почти заданный вопрос. – Присоединишься?

Это была провокация, я ждал реакцию Ильиничны. И получил её. Она заёрзала в моих объятиях, пытаясь высвободиться. Я мягко проскользнул ей подмышку и, прижимая руку к её груди, теперь крепко держал Ильиничну сразу в двух направлениях. В ладонь бешено отдавалось беснующееся сердце. Держа Ильиничну в своих руках, я понял, что сопротивляется только её сознание, тело же таяло от каждого моего прикосновения, жаждало очередного натиска.

– Вижу, вам и без меня хорошо. – рассмеялась Оксана. – А я лучше поищу себе компанию, которая будет сосредоточена исключительно на мне. – и, махнув нам на прощание, удалилась.

– Ну, так что? – теперь я мог выпустить Ильиничну из объятий. С наслаждением смотрел, как она пытается успокоить дыхание, стараясь, при этом, сохранять невозмутимый вид. – Пойдём пить коктейли?

Ну как, Ильинична, готова продолжить спектакль перед Альбиной? Я взял её за руку, и получил улыбку в ответ. Даже виду не подала, что мои действия выходят за рамки обычной игры. Хочет доказать, что её нельзя выбить из колеи? Пусть доказывает. Она не понимает, что её хотят не выбить, а направить на нужный путь.