Ненавижу. Скучаю. Люблю
Шрифт:
— И я о чем, высокий, широкоплечий, а глаза какие, — мечтательно протянула сестра.
— Он тебе понравился?
— Мне? Ну его для тебя приберегли так-то.
— Пошли, звезда, — я подхватила за руку Ирку и потащила к дверям. Запах освежителя начинал уже давить.
Мы вышли в широкий коридор, постукивая каблучками по кремовой плитке. В длинных платьях однозначно есть минусы: например, приходиться постоянно придерживать ткань, чтобы не наступить, и не поцеловаться лбом с полом. Моя бы воля, я бы выбрала как у сестры — короткое. Однако мама купила, то, что приглянулось именно ей.
— Столько гостей, — сказала Ира, когда мы вновь оказались в шумном зале. Столы стояли по бокам стен, покрытые белоснежной скатертью. Они валились от закусок, но люди не особо ели — ждали горячее. Играла приглушенная музыка, а возле колонок за столиком сидел молодой худенький парень, который видимо и заправлял развлекательной частью.
— Я думала, будет ведущий, — вздохнула сестра. Наш столик был крайний. Мама улыбалась папе, они о чем-то мило болтали, и со стороны казались красивой парой. Я улыбнулась им, мне нравилось смотреть на родителей.
— Юль, — послышался неожиданно мужской голос. Я оглянулась и заметила Гришу. Он был выше меня на две головы, и шире в плечах. Спортивный, подтянутый. Жаль без пиджака. Образ парня в смокинге терялся, без столь банального элемента.
— Умираешь от тоски? — спросила я, отпуская руку сестры.
— Пригласил бы на танец что ли, мою сестричку, — влезла Ирка. Я пнула ее локтем в бок, кривя губами. Вот же сводница.
— Я вообще вроде как… — Гриша помялся. Видимо он и сам хотел пригласить, но его попросту опередили.
— Ну, давай, — согласилась я. Парень протянул руку, сгибая ее в области локтя. Чуть наклонился, демонстрируя потрясающие манеры. Я улыбнулась и приняла приглашение. Мы медленно направились в центр, где еще не было ни одного танцующего. Я оглянулась, замечая мамин взгляд. К ней подошла тетя Наташа с мужем. Они смотрели так, словно уже сосватали нас, назначили дату свадьбы, и заказали двухэтажный торт с ангелочком. Стало противно. Вдруг перехотелось танцевать.
— А знаешь, я ужасный танцор, — остановившись, произнесла я. Мы дошли до круга, привлекая к себе внимание гостей.
— Я тоже, — улыбнулся Гриша. Однако его ладонь тут же потянулась к моей талии. Я не успела и слова сказать, как оказалась довольно близко к парню. Вполне возможно мы бы начали танцевать, но неожиданно послышался хлопок и свет в большом светлом помещении погас. Здесь не было окон, поэтому зал моментально погрузился во мрак.
Я испугалась, а Гриша, наоборот, воспользовался ситуацией — прижал меня к своей груди. От него веяло холодными резкими духами, которые едва не проникали на язык. И только я подумала, что надо бы отстраниться, как свет вернулся в зал, а вместе с ним заиграла «I Lost Myself In Loving You» Jamie Miller.
— Дамы и господа, — послышался мужской незнакомый голос где-то близко. Я перевела взгляд в сторону диджейского стола и заметила парня в кремовом костюме с серебряной маской на лице. Выглядел он настолько необычно, настолько загадочно, что я невольно улыбнулась.
— Кто это?
— В чем дело?
— Что происходит? Какое-то шоу?
Пронеслись голоса по залу.
— Прошу всех соблюдать тишину и ясность ума! — произнес парень довольно серьезным голосом. Вдруг показалось, что он смотрит на меня, знает меня. Я поспешила освободиться из хватки Гриши, делая шаг назад.
— Это ограбление! — выдал незнакомец.
— Что?
— В смысле?
— В чем дело?
Голоса не смолкали, а мне наоборот стало жутко любопытно, кто этот нарушитель скучной вечеринки, на которой моя мать собиралась устроить смотрины.
— Это не простое ограбление! Сегодня мы украдем самую прекрасную даму и официально коронуем ее. Вернее, украдет ее мой коллега, — незнакомец взмахнул рукой, жестом намекая, чтобы все перевели взгляд в сторону входа. Я тоже последовала команде, замечая в дверях высокого парня в таком же кремовом костюме, и серебристой маске. Его волосы, взгляд, направленный в мою сторону — все было таким знакомым.
— Вау, — кто-то закричал радостно. — Выбор самой красивой девушки.
— А какие условия?
— А призыв какие?
Я же молча смотрела на человека в маске и пыталась понять, где видела его глаза. Странно, но в мыслях яркой вспышкой возник Антон. Наверное, это ненормально, в каждом прохожем видеть его. Но… без доли преувеличения разрез глаз, их цвет и даже волосы — все было копией Левакова. Если только… Мое сердце пропустило удар, осознавая возможно, тот факт, что это и был Антон. Ведь он так смотрел, словно пожирал взглядом. Спину осыпало мурашками, однако я старалась не подавать виду. Продолжала стоять с идеально ровной осанкой, улыбаться всем, включая человека в маске.
— Дамы и господа, — заговорил вновь незнакомец, который находился возле стола с музыкальной аппаратурой. — Та прекрасная дама, которую украдет мой юный друг, по правилам вечера не может ему отказать. Потому что, когда пираты добирались до сундуков с золотом, никто не мог встать на их пути! Что ж! — он щелкнул пальцами, и свет неожиданно погас. Щелкнул пальцами два — свет загорелся. Люди в зале наблюдали с интересом, переглядывались, ситуация будоражила фантазии. Ведь герои сей постановки походили на принцев из сказки. Не хватало только Золушки, тыквы и мышек.
Очередной щелчок — свет вновь погас. Щелчок четыре — и я замерла. Потому что незнакомец, напоминающий Антона, уже стоял прямо напротив меня. Он протянул ладонь, словно спрашивая, готова ли я последовать за ним.
— Эй, — подал голос Гриша. По залу пронеслась волна шепота, на фоне красивый лиричной музыки, а я продолжала умирать от одной мысли, что человек напротив может быть Леваковым. Сердце ускорило ритм, кровь разлилась по венам, и щеки начали медленно покрываться румянами. Хотела ли я положить руку в мужскую ладонь? Однозначно да. Разве Золушка смогла бы отказаться от принца?
И пока я думала, в нерешительности разыскивая похожие черты за этой необычной маской, прозвучал очередной щелчок. Свет погас. Чьи-то горячие пальцы обхватили меня за кисть руки, крепко сжали ее и потянули за собой следом.
Глава 20
Антон давно так не переживал, как сейчас, когда вел за руку Юлю в сторону светлого холла. И если еще у входа в банкетный зал он проклинал дурацкую идею, сомневался, то при виде такой бесподобно красивой Снегиревой, все сомнения отпали. Сверху правда добавился огонек ревности, потому что этот Гриша, будь он не ладен, слишком нагло пристроился к невинной девчонке. Леваков едва сдержался, чтобы не подойти и прямо там не скинуть ручонки этого лиса.