Чтение онлайн

–Теперь я тебе король?
– заметил Кристоф обращение к себе.

–Нет, Ваше Величество. Даже такие варвары как мы держим в себе вежливость.

–А кто же Ваш король тогда?

–Никто, Ваше Величество, никто, -тихо ответил русич.
– Я бунтовщик, а у бунтовщиков нет ни королей, ни посадников. Только вожди и мы сами.

С этими словами здоровый мужчина как калека ушел в харчевню, немного хромая на правую ногу. Кристоф засунул руки в карманы и стал месить грязь во дворе, убивая время. Ему чудилось, что далекие русичи убили его любимую девочку и изнасиловали ранее. Однако появление Эрики мигом выхватило все эти видения, и король помахал своей любимице. Да впрыприжку пришла к отцу и заговорила голосом милого птенчика:

–Корнелиус слишком упрям и наивен! Кто он вообще такой?

–Нарцисс, дочка, нарцисс, -спокойным голосом ответил король.

–Он похож на дядю Мишеля, -улыбчиво ответила Эрика.

–Возможно!
– рассмеялся Кристоф.
– Они очень похожи! Только вот я не вижу, в чем их отличия.

–Мишель топает сильно во время ходьбы!
– подчеркнула Эрика.
– Топает, будто на параде или в походе. Вечно думает о том, как напугать двор. Вот и придумал шагать громко. С тех пор я всегда знаю, когда идет дядя, а когда – кто-то другой.

–Очень интересно, -заметил Кристоф.
– Жалко, что он сюда не приехал. Посмотрел бы, как он общался с одними немцами.

–Так он, несмотря на связи с франкийцами, продолжает оставаться немцем, -возразила Эрика.

–Ухты, ты защищаешь своего мучителя?
– пошутил король.

–Это долг каждого немца -защищать честь другого немца, даже если он оскверняет что-либо!
– аргументировала Эрика.

–Но что-то же в нем есть плохое?
– стал шантажировать отец, пытаясь показать, что со взрослыми даже посланницам спорить не стоит.
– Давай, защитница угнетателей, молви свой ответ.

Эрика смутилась незаметной грубостью отца и ответила:

–Ты лучше радуйся, что вообще приехал в гнездо Дирхов, ибо по замыслу дяди вы вообще должны были сидеть и пердеть в Истоке. Я породила в тебе идею подговорить герра Риттманна к восстанию кальвинистов в Дроухбурге. Благодаря мне вы тут здесь. Я опять спасла всех, как всегда!

Под конец она высказалась громко, чем привлекла простолюдинов. Эрика говорила чётким тоном. Она ответила на грубость отца грубостью своей же. У принцессы потекли капли счастья и горечи, и она бегом обняла отца, мысленно извиняясь. После секунды объятий, Кристоф ответил голосом уверенным:

–Я обязательно принесу тебе его голову. Он за все ответит!

–Уже не надо. Просто победите, -ответила Эрика.

Объятия кончились. Отец уже должен был сесть на коня, но он опять остановил Эрику, сев на колени, будто прощается навсегда:

–Стой! Перед тем, как я уеду, запомни. Русичи – не франкийцы, не бельгийцы и тем более не немцы. Это суровый народ, который порабощал и порабощает ныне соседние народы, которые сейчас страдают от русского ига.

–Я знаю, что русичи – воинственный народ, -доказывала свою разумность Эрика.
– Я учила не только язык этих варваров, но и их быт, культуру, поведение. Я почти стала русичкой, осталось только внешне измениться!

–Я это понимаю, -ответил Кристоф, подбадривая девочку.
– Вместо унылого и элегантного франкийского ты учила гордый и грозный русский. Я побаиваюсь, что Михаил что-то не то замышляет.

–Я его убью!
– уверенно ответила Эрика.
– Я уже махала мечом. Рубила на куски платья, подушки, чучел.

–Но он человек, а не чучело, -пояснил Кристоф.
– Чучело может только ударить, а человек способен на многое. Например, насиловать и бить морально.

–То есть, меня могут изнасиловать?

–Естественно!
– ответил Кристоф резким как у нетрезвого голосом.
– Что же ещё делать с маленькой, но дерзко красивой девочкой?

–И что мне тогда делать?
– загрустила Эрика.

–Просто принеси мне его червя, если он начнет, -ответил Кристоф, положив руки на плечи девочки.

–Хорошо!

Она обняла своего отца и в это же время сзади раздался горн и командный голос герра Шварцмана: "По коням!". Кристоф гордо запрыгнул на своего резвого коня, поправил седло и посмотрел на дочь. Эрика удивлялась и гордилась своим отцом, который скачет за победой, оставляя ее спасать чужую страну на Востоке.

–Семья, мир и скромность!
– попрощался Кристоф, приложив два пальца ко лбу.

–Семья мир и скромность!
– ответила Эрика, помахав рукой.

–Семья, мир и скромность!
– ответила свита короля, готовая в путь к Истоку.

Эрика помахала всему ангальтскому сборищу, которое ехало наконец домой. Принцесса осталась одна в миттском замке миттской страны. Прощание с отцом она еле переживала. Ее сердце стало сильно давить на грудь, девочке стало больно. Она чувствовала, будто ее душа начинает падать и тянуть ее тело к земле. Губы сжимались сами собой, слезы текли своим руслом по щекам. Вмиг принцессе стало плохо. Это было почти что то чувство, испытанное тогда, в Дроухбурге. Девочка направилась в свои покои, чтобы успокоиться к обеду, ибо никто не воспринимал не будет грустной.

По дороге к принцессе начала приставать служанка с блюдцем, где лежали какие-то орехи. Дама просто ходила рядом, держа блюдце рядом с Эрикой, а та даже не обращала внимание. Потом у принцессы не выдержало терпение притворяться миттянкой и забрала блюдце с арахисами и вымолвила: «У нас, немцев из Ангальта, не принято делать чужую мелочную работу. Вот именно по этому причине я иду по зову народа и отбираю это блюдце». Служанка поклонилась и мигом исчезла. Эрика подумала, что миттянка не хочет гнева божия, а точнее ее всемилостивой дочери, чья посланница сейчас напомнила про традиции и обычаи ангальтчан.

Эрика продолжила свой маленький путь к покоям, где собиралась попрактиковать русский, но этому помешал, а точнее даже помог Михаил. Тот страшными руками остановил принцессу, а девочка уже готовила левую руку, чтобы вонзить кинжал, но слова мужика помешали этому:

–Девочка, -начал русич на ломанном немецком, -тихо, тихо. Все хорошо. Больше трогать не буду, если послушаешь меня.

–Давай, говори!
– возмутилась принцесса, чуть ли не крикнув.
– Запомни, меня уже пытались трахнуть. Правда червь был франкийский, -сказала далее на русском.

–Какой ещё трах?
– возмутился Миша.
– У меня жёнушка ругаться будет. Плетью бить да на углях жарить. Ещё этого сын названный никак не простит.

–Так, -остановила Эрика.
– Так ты, получается, и борделей не посещал?

–Деточка, я даже не знаю, что это за диво дивное такое, бордель?
– не без притворства спрашивал русич.

–Хорошо. Теперь я тебе верю!
– пришла к ответу Эрика.
– Только давай сделаем одолжение?

–Русич никогда не отказывается от выгодных для него сделок, -ответил Миша поговоркой на просьбу.