Чтение онлайн

– Адалия, – твердо окликает меня Лира. – Иди к себе. Рудвер сейчас в том состоянии, когда дел наворотить может.

– Но… – пытаюсь поспорить я.

Как-то не привыкла я бояться всяких мужланов.

– Нечего тебе тут делать, – обрывает тетушка Ли. – Иди.

Я присаживаюсь, зову Чеса, и мы вместе выходим из кухни. Присмотрюсь я к этому субъекту, а заодно подумаю, что с ним, таким наглым, делать.

Захожу в свою комнату, прикрываю дверь, оставляя щелку, и прислушиваюсь.

Входная дверь, резко распахнувшись, ударяется об стену, а потом слышится звук разбивающегося глиняного горшка. Вот собака! Уронил цветок на окне? Растение жалко, а потом еще убирать это все кто будет?

– Чего тебе? – “добрым словом” встречает племянника Лира. – Не было тебя давно, так не появлялся бы!

– Вот какая твоя любовь, да? – растягивая слова, громко говорит мужчина.

– Да было бы за что.

– Я твоя семья! Меня надо любить просто так! И кормить, – слышу, как со скрипом по деревянному полу отодвигается стул.

Лира стучит крышкой и котелком, похоже, действительно собирается его кормить. Я порываюсь выйти, чтобы выгнать ко всем чертям этого наглеца, но Чес останавливает.

– Погоди ты, не горячись, – говорит он. – Давай присмотримся. И может, узнаем что-нибудь. Сдается мне, не так уж и прост он.

Я сначала сомневаюсь, но потом все же соглашаюсь с Чесом. Скорее всего, Рудвер из города, ведь по идее вряд ли кто из землевладельцев-соседей пить с ним стал бы, а с простым людом не стал бы он сам. Значит, он может какие-никакие новости принести.

К тому же есть у него свои планы на эту землю, ведь наверняка Лира не рассказывала ему о расписке. Тогда тем более расписку надо понадежнее спрятать, пока мне в собственность все не передали.

– Да не жалей ты! – бьет кулаком по столу Рудвер, так что я слышу, как звенит хрустальная ваза. – Вон в трактире и то лучше кормят.

Варвар. Дармоед. Мне уже по его внешнему виду, по потасканной одежде и засаленным волосам о нем стало все понятно, но с каждым словом он все ухудшает мое мнение о нем.

– Кстати, слышала? Хотя где ты слышала… Там в городе облава была, искали ненормальную дочку трактирщика, – говорит он. – Но говорят, сбежала она, даже дракон не помог.

По спине пробегает холодок… А видел ли он хоть раз Адалию, если бывал в трактире? Хотя она почти никогда не появлялась перед гостями, так что очень маловероятно. Да и его я не помню.

На какое-то время наступает тишина , если не считать стука ложки о тарелку.

– Слушай, – отвлекает меня в это время Чес. – Я тут вылазку делал…

– Опять? Что-то еще поломал? – шепчу я, уже не зная, что ожидать от этого мыша.

– У… Обижаешь, – надувается Мышонок.

– Ну ладно, давай рассказывай, вижу, что не терпится.

– Эта тетка одержима этими цветами, – говорит Чес. – И чего она так переживала, что дракон ее цветочки поломает? Там еще таких семечек… Два короба!

– Как два короба? Зачем? – хмурюсь я, а в голове мелькает какая-то мысль, которую я не успеваю поймать за хвост, потому что племянничек смачно рыгает и заявляет:

– Знаешь, тетка. Я тут подумал…

Вот когда так начинают, обычно ничем хорошим эти “думы” не заканчиваются.

– …и решил, что тебе уже тяжело самой здесь тут все содержать.

Закатываю глаза: ну какой же он лицемерный гад.

– Ну а поскольку я скоро и так стану хозяином, – он откашливается и совершенно спокойно продолжает: – Не думаю, что тебе еще долго осталось… Так вот. Я решил переехать сюда. Так что после твоей смерти у меня получится быстро разобраться со всеми бумагами.

В этот момент мне очень и очень жаль, что кочерга осталась у печки, потому что желание врезать ему по темечку возрастает с каждым словом в геометрической прогрессии. Гадина такая, а?

В ответ на эту длинную мысль наступает тишина. Я даже начинаю переживать, как там Лира, все ли с ней в порядке. Но нет, в ней точно не стоит сомневаться.

– Увы, – ледяным тоном отвечает она. – Я больше здесь не хозяйка.

– Что, ты уже мне готова передать дела? Да я только за! – столько энтузиазма и алчности в голосе, что я мгновенно понимаю: он не отступится даже в случае поражения.

– Нет. У поместья теперь другой хозяин, – в звенящей тишине произносит тетушка Ли.

Тут Рудвер взрывается:

– Ты с ума свернула, старуха?! Я тебя сейчас!

Слышу грохот стула и понимаю, что все, теперь медлить нельзя.

– Не в моем поместье, – я вхожу в кухню.

Лира уже на ногах, но на трость не опирается, держит ее перед собой как защиту. Племянничек стоит с занесенной рукой. Ну немая сцена как она есть.

– Ты еще кто такая? – рычит Рудвер, переводя на меня взгляд красных глаз.

– Новая хозяйка поместья, – говорю я спокойно. – У вас есть ко мне какие-то вопросы?

– Ты… Ты…

– Вообще-то, “вы”, – поднимаю бровь. – И советую хорошо подумать, прежде чем мне что-то сказать. Потому что вы сейчас у меня в гостях. Да, именно в гостях. Но привечать у себя нахлебников я не намерена. Если вы хотите здесь жить, как заявляли об этом, то вам придется работать. Но вам очень повезло, работы тут много, я найду вам подходящую.

Теперь краснеют не только глаза Рудвера, но и все лицо, и даже шея. Он, наконец-то, опускает руку и переключает все внимание на меня.

– Откуда ты взялась, пигалица тощая? Да я тебя сейчас…

Ну да, я поняла, решать проблемы мы умеем только рукоприкладством и никак больше.

– Выметайся с моей земли, иначе прокляну! – я опускаю подбородок и прищуриваюсь.

Это сбивает его пламенный настрой, он даже притормаживает, чуть ли пятиться не начинает.

– Не надо меня пугать, – говорит он, но что-то не слышу я в его голосе уверенности. – И не таких вруний видел.

– А ты уверен, что я вру? – изгибаю губы в ухмылке. – Смотри.

Я снимаю Чеса с плеча и заглядываю ему в глаза, мысленно прося подыграть.

– Абра-кадабра! Ахалай-махалай! Сим-салабим! – кладу мыша на руку и протягиваю под нос племянничку.

Чес начинает изображать, что корчится в муках, пищит, дрыгает лапками, а потом заваливается на бок без чувств. Ох, артист!

В глазах Рудвера мелькает первобытный ужас. Он пятится, роняет стул, а потом чуть ли не бегом выскакивает на улицу. Там тут же кидается к коню, которого кучер, высокий косматый дядька с окладистой бородой, как раз собирается увести. Я следую за ним, проверяя, чтобы улепетывая племянничек ничего не прихватил.