Чтение онлайн

— Да, — добродушно ответил он, но тут же сурово посмотрел мне в глаза. — И не смей врать! Если ты используешь известный в мире язык, я тут же пойму тебя, так же как и пойму, имеют ли твои слова смысл или нет. Так что никакой отсебятины.

Вот же сволочь! Я опять дёрнула рукой, но его хватке и питбуль позавидует. Придётся ломать комедию. Как же всё-таки жаль, что родители не отдали меня на актёрские курсы. Актёрство у меня в крови.

— Я не хо-очу-у-у-у-у! — протяжно выдала я, заливаясь слезами. Вызвать их было не так уж и сложно. Рука болела вполне по-настоящему. — Меня тогда никто любить не буде-е-е-е-ет! За мной ухаживает лорд Ландри, и, если я останусь открытой, он потеряет ко мне интерес. Принцесса отошлёт меня за то, что я стану неинтересной. Остальные фрейлины начнут смеяться. Семья отречётся от меня и бросит. Я стану бесприданницей. Ненужный и одино-о-о-о-о-окой!

Я начала нести околесицу, не забывая при этом завывать и размазывать сопли по лицу. И ныть. О да! Я начала пародировать того ребёнка, которого как-то видела с мамой в магазине. Капризный карапуз просил что-то из вредной, но вкусной еды. Этот мелкий шкет породил такой вой, что всем пришлось даже уши затыкать.

И вот сейчас я вовсю его повторяла.

К сожалению, я добилась только половины эффекта. Подонок только скривился от отвращения. Ну это естественно! Взрослая кобыла орёт, как трёхлетний пацан. Но вот руки он не разжал, а только тряхнул меня сильнее.

— Прекрати орать! Либо говори, либо поедешь со мной! — злобно прошипел он.

Я сделала вид, что обречённо вытираю слёзы и сопли.

— Хорошо… Я скажу, — выдавила я, демонстрируя мировую скорбь.

— Ну, — нетерпеливо подталкивал он меня.

Я глубоко вздохнула.

Второй акт моей пьесы.

— Лондон ис зе кэпитал оф грейт британ, — произнесла я единственное, что помнила из школьных уроков по английскому, а потом рыдающим тоном добавила: — айл би бэк.

И опять заныла, но на этот раз, чтобы сдержать смех.

Маг замер в эйфории. Глаза его опять засияли голубым свечением. Он понял, что нашёл новый для этого мира язык и, видать, вовсю наслаждался моментом. Я не знаю, как это делается, но у них есть какой-то способ всего по нескольким словам докопаться до всего языка полностью. Эх, нашим лингвистам бы эти способы.

Он посмотрел на меня всё ещё светящимися глазами. Уже, что ли, начинает расшифровывать, гад?

— Ещё! — скомандовал он, очередной раз тряхнув меня за руку.

Вот ведь ненасытный урод. Но я, как и говорила раньше, плохо запоминаю языки. По крайней мере, до курсов миссис Гармингтон. Да и никогда не стремилась изучать их, поэтому знала только несколько фраз.

— Шерше ля фам, бонжур, — проговорила я смутно знакомые фразы на французском. Вот и попытайся, урод, скомбинировать эти языки. И, чтобы жизнь мёдом не казалась, ещё добавила: — Даст ист фантастиш… Майн либерн… Раммштайн.

Маг замер в экстазе. Небось теперь будет тратить всё своё время, чтобы скомбинировать три языка. И неизвестно ещё, додумается ли до того, что они разные. Пользуясь тем, что он уже не в себе, я вырвала свою руку и как можно быстрее пошла к выходу, унося свои ноги.

Внутренне я ликовала своей изворотливости. По крайней мере, это даст мне некоторое время для действия. Плюс ко всему, я потом попытаюсь за ними понаблюдать, может быть, даже узнаю, как они «открывают» языки.

Я быстро вернулась к себе и зареклась куда-либо ходить одна. По крайней мере, по общественным коридорам. А то вечно как выйду, так на этих уродов натыкаюсь.

Ещё нужно что-то срочно придумать, чтобы подобное не повторилось. Вариант, что предложил Ландри, не рассматривался, как в принципе и любой другой, где в условиях был пункт на счёт сексуальных услуг. Ну… Разве что от Аллена… Но от него я приму этот пункт только с предложением руки и сердца.

Ну, а пока нужно выпросить хоть какую-нибудь защиту для весьма ценного для общего дела связиста.

В тот день, когда я столкнулась с магами, я в красках и на эмоциях пожаловалась принцессе. Я и так была на взводе, поэтому просто продолжила свой концерт. Принцесса — добрая душа — пожалела меня и посочувствовала. Естественно, я сыграла второе действие этой пьесы вовсе не в поисках жалости, а для того, чтобы появился достойный повод профилонить весь следующий день. На это было две очень веские, по крайней мере для меня, причины.

Первая. Я могла опять пошпионить, пользуясь потайными ходами. В том числе и за магами. Я всё ещё боялась того, что они могут сделать. Не только принцу Аллену, но и мне любимой.

Ну и второе, немаловажное. Через несколько дней у нас будет очередной бал, и все девушки начинали к нему готовиться заранее. Выбирали, подгоняли, шили платья, ленты, украшения. Нет, я, конечно, тоже девочка и люблю подобные копания в безделушках и нарядах… Но! Всё это хорошо, но только без злобных взглядов маленькой девичьей армии.

Смешно вспоминать. Раньше я бы этим только наслаждалась, но теперь это просто раздражает. Нужно поговорить на этот счёт с Ландри. Потому что это скоро может стать проблемой.

Мне очень хотелось увидеться с Алленом, и, как только я освободилась, я обошла половину замка в его поисках. Даже пришлось отказаться от подглядывания за некоторыми весьма интересными беседами. Но принца нигде не было. Впрочем, Вайтена тоже нигде не было и даже Ландри, а если они все вместе отсутствуют, значит, скорее всего, обсуждают что-то важное или что-то важное делают.

Это немного бесило. Почему я опять где-то по боку, а не в гуще событий?

Не найдя ни принца, ни его друзей, я отправилась к королю, но желания в очередной раз скучать и наблюдать за тем, как он что-то читает, пишет или пялится в пустоту, не было, поэтому и от него я быстро свалила. А вот маги на этот раз порадовали. Хотя, честно говоря, после недавних событий я боялась к ним даже за стенкой приближаться. Моя неприязнь к ним росла и росла, но приходилось переступать через себя.

Один из них, тот, что самый юный, словно в зад клюнутый носился по комнате. Бородач сидел недалеко, прикрыв глаза как будто в трансе, и время от времени покачивался вперёд-назад. А вот бритый напряжённо хмурился, скрестив руки и глядя себе под ноги. А самый отвратный, который Джафар, сидел неподалёку и с самодовольным видом рассматривал разные амулеты, что лежали на столе перед ним.

— Хватит мельтешить, Войт, — покосился Джафар на младшего. Тот развернулся и что-то показал. Что конкретно, я, к сожалению, не увидела с того места, где находилась.

— Пора бы тебе уже и самому, — закатил глаза главный поганец и открыл ящик, доставая сферу Вермонта.

Это было немного неожиданно. Оказывается, маги тоже ей пользуются. Видимо, чтобы не тратить силы на завесу, которую раньше приходилось бы поддерживать своими силами. Сам же Джафар, похоже, разговаривает без каких-либо затруднений, что пугало меня довольно сильно. Значит ли это, что он достиг такого могущества и концентрации, что уже может самостоятельно держать для себя защиту? Или всё проще, он такой же открытый, как и многие другие? В конце концов, легендарный Вермонт тоже был открытым. Что не помешало ему поставить мир с ног на голову. Вопросов тьма, и я надеялась получить хоть некоторые ответы.