Чтение онлайн

В белых пятнышках стволы,

На листве висят грибы.

Постарался наш художник,

На осину забил гвоздик.

Объявление висит:

Не понравился мой вид,

Значит, чуждо вам искусство,

Уходи полоть капусту! "

Не хотелось никому

Быть невеждой по уму.

Восхищались, да всерьёз:

"Это лучше, чем Ван Гог! "

С настроением весёлым

Теперь дети ходят в школу,

Ведь прикинуться здесь флорой

Легче, чем законы Ома

И немецкие слова

(от них кружится голова! ).

А художник возгордился

И собрался за границу:

"Я встряхну это болото,

Раскручу на деньги жмотов.

Старичкам и невдомёк,

Как искусство мчит вперёд! "

Бабкины проказы

”Какое хорошее зелье!

Его подмешаю в варенье.

Кто сладости любит безмерно,

Ослом закричит непременно,

Ушами научится хлопать,

Копытцами звонкими топать,

Морковку со вкусом жевать,

Чтоб зубы себе возвращать”.

Коварное дельце и злое,

А ведьмы любят такое,

Затеяла бабка одна.

И месть её будет страшна.

Она продавала конфеты,

Зефир, пирожки и рулеты

И очень гордилась котом,

Разбойником с чёрным хвостом.

Его она кликала Графом.

И грабил он с царским размахом.

Весь город в страхе держал,

Соперников всех разогнал

И правил рукою железной.

Ой, лапой, простите невежду.

Но жители вдруг взбунтовались

И дань платить отказались.

”Отвратные люди пошли, -

Вдыхала старушка пары,-

Вот-вот закипит моё зелье,

Устрою безумцам веселье.

Примерно я их накажу

И жуткую кару нашлю.

Мой Граф обижен и зол

И вынес им всем приговор”.

Злодейский замысел тот

Сорвал, как ни странно, енот

Пройдоха в подвале томился

И кормом хотел поживиться.

Настойка готова была

И мирно ждала у окна.

Недолго она простояла,

К утру её уж не стало.

Загадка сия велика.

Куда вдруг исчезла она?

О чуде толкуют в народе,

Ведь так не бывает в природе,

Чтоб мордою чистый енот

Ослиный рёв издаёт,

За ноги прохожих кусает

И грядки людей разоряет.

Настали тяжёлые дни.

Поймать никак не могли

Зловредное диво такое.

А стало их уже трое!

Родню он, что ли, позвал?

Какой беспринципный нахал!

На самом же деле иное:

Хлебнули зелья все трое.

Старушка глазами слабела

И утром сварить успела

Отвар для ясности зренья,

В руках ведь большое уменье.

Бутылки забыв подписать,

Ушла покупателей ждать.

Флаконы рядом стояли

И полной готовности ждали.

И выбор неверный в итоге

Заставил просить подмоги.

И клятвенно всем обещать

Злодейские планы унять,

Кота своего приструнить

И мирною жизнью зажить.

С тех пор присмирели они.

Шептались нетопыри,

Что видели бабку ночами.

Рыдала на лысой поляне,

Ругаясь, хлестала вино.

Но это случилось давно.

Это всё рыба!

Познакомился как-то с Ягою Кощей

И принёс ей в подарок отменных лещей.

Но Горыныч внезапно как буря примчался,

Рыбу тут же сожрал и, поганец, смеялся!

Бабка с горя его свиньёй обозвала,

Плавники вместо крыльев наколдовала.

Не летун, не пловец, он повсюду изгой.

Что поделать: родился с дурной головой.

И жадна, и глупа голова та была

И частенько сходила с ума.

Две оставшихся всё ж поумней,

Но не слушает их дуралей.

Самой умной считала себя,

Ведь вращать ушами могла.

На все просьбы и уговоры

Отвечала презрением морды.

Разругались они в пух и прах,

Ведь без крыльев их ждёт полный крах.

Друг на друга смотреть не хотят,

Только искры злые летят.

Был летающим чудищем он,

А теперь? Ползучий питон?!

Засмеют такого урода

Все Змеихи его же народа.

Не видать семейной норы

До скончания кары Яги.

Край зелёный пустынею стал,

И его никто б не узнал.

Выжгли слёзы землю дотла -

И река огнём потекла.

Волны плещут, жаром пылая

И как будто горько рыдая.

А Горыныча след затерялся.

Он случайно вам не встречался?

Испуг

«Ты почему при встрече со мной

Вдруг повернулся… ну, скажем, спиной?!

Поклон не отдал и хамски молчал,

Здравствовать долго не пожелал?

Как ты посмел! Сгною в рудниках!

На хлеб и на воду сидеть в кандалах!»

Долго ещё он громы метал,

Как вдруг с кровати внезапно упал.

Сладкий мираж растаял как дым

И с высоты полетел господин.

Кот возмущённо шипит из угла:

Как он посмел потревожить царя?!

Сердце стучит и руки дрожат,

Цифры зловеще на штрафе блестят.

Каплями крови стекают они

И ручейком утекают к двери.

А кошелёк в агонии бьётся,

Свисток тебе в ухо, упырь лишь смеётся.

Будущей ночью, как только засну,