Чтение онлайн

– Уполз обратно к конфедератам. Пришел в себя и потихоньку уполз. Наткнулся на деревеньку, где одна добрая бабуля выходила. Местная знахарка. Заговоры, отвары всякие, примочки.

– А пули? Пули, кто вытащил?
–  сверля глазами Шпарина, спросил Супонев.

– Сами вылезли!
–  отрезал Шпарин.
–  Кто, кто? Бабулька и достала. Усилием воли. Она же вроде него, - он кивнул на Миазмова.
–  Колдунья такая… добрая.

– Пусть скажет, отчего он попёрся обратно к конфедератам, когда уже находился на своей территории, - настаивал Супонев, заглядывая в пустую колбу.
–  Не верю я ему. Не верю и всё.

– Перепутал, - Шпарин продолжил сочинять историю чудесного спасения.
–  Интересно, а куда бы ты попёрся, истекая кровью, с тремя дырками в обоих боках? В какую сторону?

– Подобные случаи зафиксированы, - тяжело дыша, подтвердил эскулап третьего ранга Евпахов, появляясь на пороге лаборатории.
–  В чрезвычайно… стрессовых ситуациях… отдельные личности, проделывают… невероятные для человека, пребывающего в обычной обстановке… вещи.

– Какое мнение имеет на этот счёт представитель потусторонних сил?
–  майор обратился к Миазмову.
–  Возможно ли, чтобы человек, получив ранения не совместимые с жизнью, прополз несколько километров и остался жив?

– Однозначно согласен. Я знаю историю погромче. В прошлой моей жизни, в городе, где я жил, в психушке случилась драка между страдальцами, с мордобитием и поножовщиной. Так вот, один придурок, получив несколько ударов заточкой, сиганул, чтобы не быть зарезанным до смерти, через трехметровый забор, перебежал в потоке машин шестирядную магистраль, забрался без всяких приспособлений на фонарный бетонный столб, где сидел, поливая кровью прохожих, пока не приехали скорая и пожарная машина с лестницей. А ещё…

Супонев перестал разглядывать колбу.

– Хорошо бы послать человечка на ту сторону, наведаться в ту деревеньку и расспросить бабульку о постояльце.

– Это целая операция, - майор поморщился.
–  Переход границы, прикрытие перехода, прикрытие возвращения. Слишком долго и хлопотно. Нет, не годится. Евпахов, окажи помощь Михаилу Ивановичу.

– Отвали, - с ненавистью сказал Шпарин эскулапу.
–  Я сам. Как-нибудь…

– Давайте, давайте, вам самому не справиться.

– Раньше справлялся и сейчас справлюсь.

– Повернитесь. Ну что вы, в самом деле… Это не я сделал, капитан.

– Пока не капитан, - сказал Древака.
–  Обезболь ему рану, Евпахов.

Евпахов сделал укол, быстро и аккуратно обработал рану, наложил новую повязку.

Древака поманил Шпарина поближе и повернул спиной к Супоневу.

– Самый последний неоспоримейший тест. Помнишь прощальную баньку перед твоим уходом к конфедератам, с девчонками и прочими нехитрыми развлечениями?

– Ну, помню… - осторожно соврал Шпарин.

– И я помню, - майор прищурился.
–  Так что у тебя на жопке? На левой половинке?

– Родинки… - растерянно ответил Шпарин.
–  Три родинки… С самого рождения.

– Точно, три родинки, образующие равнобедренный треугольник, - сказал майор и сдернул со Шпарина пижамные брюки.

Больше всех обрадовался Миазмов. Евпахов довольно дружелюбно улыбнулся. Супонев застыл с открытым ртом, но быстро пришел в себя и попытался всё испортить.

– Треугольник не равнобедренный, - усомнился капитан.
–  И родинки на правой стороне.

Все четверо наклонились, рассматривая Шпаринское мягкое место.

– Я наверно тогда перепутал, - пробормотал Древака.
–  В баньке… А в досье местоположение родинок почему-то не указано. Главное они есть.

– Сколько времени прошло после баньки, - равнодушно сказал Шпарин.
–  Поправился на конфедерацких харчах, жопка и увеличилась, естественно и расстояние между родинок изменилось, - добавил он, глядя на потолок, где вдоль плит перекрытия, от стены к стене, начали змеиться тонкие трещины.

– А вещи, пистолет, телефон? Пусть объяснит!
–  не унимался Супонев.

– Достал, муфлон криворогий. Это новейшие разработки конфедератов, - пренебрежительно ответил Шпарин, окончательно входя в роль.
–  Прихватил с собой.

– Проверка закончена!
–  торжественно объявил майор Древака.
–  Капитан Шпарин! Департамент Тайных Операций, в моем лице, поздравляет вас с возвращением на родину. Господа, поприветствуем капитана!

Раздались жидкие аплодисменты адресованные голому Шпарину. Супонев хлопал со всеми, но с такой кислой физиономией, что Шпарину страстно захотелось глотнуть сладкого чая.

Новоиспеченный капитан, пока майор не вспомнил про ещё какие-нибудь приметы у двойника на теле, поспешил одеться. В том, что двойник существовал, пусть и когда-то, Шпарин больше не сомневался. Он поглядывал на потолок. Трещины увеличились, начала осыпаться штукатурка, но этого никто, кроме него, пока не замечал.

– Да, кстати, Евпахов, а почему ты вернулся? Я ведь велел тебе идти спать, - запоздало удивился майор.

– Господин майор!
–  удрученно произнес эскулап третьего ранга.
–  Профессор Давкин пропал, вернее его тело. Я заглянул в морг, перед уходом, там его нет. На столе, где лежал профессор, мокрое место. Мистика. Во всем здании кроме нас ни души. Я проверил. Связи тоже нет.

– Почему не доложил сразу?!
–  Древака побелел.
–  Да я тебя в порошок сотру! Опять не предупредили…

Внезапно раздался сильнейший удар, сотрясший здание. Завибрировал и заходил ходуном пол. Погас свет. Взвыли сирены и тут же затихли.

– Спокойно!
–  крикнул Древака.
–  Сейчас включится аварийное освещение.

– Землетрясение?
–  Шпарин балансировал в темноте на расставленных ногах.

– Какое землетрясение?! «Умники» на «Холме» балуют, включили «машинку» на полную мощность, - зло ответил голос майора. Глаза у всех во мраке начали светиться разным цветом. У Древаки зеленым. У Супонева светились красным цветом, у Евпахова жёлтым, у Миазмова синим.

«Сборище вурдалаков», - подумал Шпарин, пятясь в темноту. Он потерял равновесие и свалился на пол.

Зажглись тускло-жёлтые аварийные светильники.

– На выход! К лифту!..
–  крикнул Древака, вываливаясь из спецкресла и на четвереньках, вместе с Супоневым и Евпаховым, бросился к бронированной двери с кодовым замком.

Раздался ещё один удар. Теперь, кроме пола, задвигались и покосились стены. Летели стеллажи, падали шкафы, звенело бьющееся стекло.

Потолочная плита над дверью, которую пытался открыть майор, раскололась и рухнула вниз, накрыв сразу всех троих. После очередного удара упала ещё одна, рядом, вместе с какими-то приборами, стульями, после чего в разгромленной лаборатории стало тихо.