Чтение онлайн

Уже за первую неделю он во многом преуспел и, самое главное, научился кое-как изъясняться на здешнем языке. Один из блокнотов почти весь был исписан их словами и фразами в переводе на русский. Одновременно с освоением здешнего тарабарского ему открывались многие стороны быта островитян. Узнал, что причина неустроенности, сразу же бросившаяся в глаза, была не в лености или неумении ничего делать. Племя лишь недавно осело в этих местах, а до этого многие годы обитало на берегу "круглой воды", то есть озера, находящегося далеко отсюда. "Может, потому их и не "открыли" до сих пор исследователи, не пожелав углубляться в дикие джунгли?"- подумалось ему. Он узнал также, что покинули они обжитые края, опасаясь набегов неких "одноухих", время от времени переплывавших озеро на бревнах с балансиром ( о пирогах здесь еще понятия не имели). Мало того, что эти разбойники совершали убийства, учиняли грабеж и погромы, - в последний раз они еще и увели молодых женщин и девочек на выданье, от четырнадцати лет и старше.Чтобы избавиться раз и навсегда от подобных несчастий, вождь решил увести людей от тех мест подальше и поискать для становища новое. Посчитав количество лун, отмеченных вождем в виде насечек, и разделив их на двенадцать, Андрей определил, что случилось это года два назад.

С появлением еще одного ножа и топорика, благодаря достижениям ушедшей далеко вперед цивилизации белых, носителем которой стал "посланец неба", по мере освоения им местного языка, в жизни здешних обитателей появилось немало перемен. Костяные ножи, бамбуковые кинжалы и копья с костяными наконечниками теперь у охотников всегда были острыми. Охотничий арсенал пополнился луками и стрелами, быстро освоенными и полюбившимися. Пользовались этим видом оружия для добывания мяса: охотились на обезьян, птиц и крупных рыб. Кроме того, рыбу научились ловить удочками, а затем и кубышками. Мясо стали употреблять подсоленным в океанской воде, которую приносили в канистре. Словом, жизнь потекла веселей, радуя и хозяев, и "небесного" умельца, то и дело удивлявшего своей изобретательностью. Каких-либо неприятных приключений или событий не случалось: за две с небольшим недели лишь однажды пришлось пережить несколько тревожных минут, когда ни с того ни с сего налетел вдруг тропический ливень с грозой. А было это так.

Около полудня на остров с запада стали наползать массивные, со свинцово-фиолетовым оттенком, зловещие тучи. Оттуда слышались глухие раскаты, в воздухе запахло грозой. Разбредшиеся было по разным делам мужчины собрались у хижин и с тревогой поглядывали на приближающуюся серую дождевую стену, заполнившую пространство от туч до земли. Малышня в страхе попряталась, подростки жались к ногам старших, пока враз налетевший шквалистый ветер не загнал всех под крыши. Крепчая, порывы разметали мусор, пепел и пыль, гнули траву и кустарники, лохматили листья пальм. Селение стремительно погрузилось во тьму, и разразился ливень: хлестнули, как из ведра, тугие струи воды...

Казалось, вверху с треском сшибались не насыщенные влагой и электричеством дождевые массы, а гигантские каменные глыбы. Всполохи молний беспрерывно вспарывали черноту неба. Представлялось, что там рвались тяжелые бомбы, грохот которых Андрею доводилось слышать на Родине. Эта гроза не шла ни в какое сравнение с кубанскими!

Треск от электрических разрядов стоял настолько оглушительный, что укрывшиеся в андреевом вигваме постоянные его спутники сидели с зажатыми ушами. Промежутки между вспышкой и треском не превышали порой двух-трех секунд, и Андрею пришло в голову, что всех их запросто может поразить молния. Ведь известно: в грозу нельзя находиться под высоким деревом, а тут мало того, что вигвам находится выше уровня океана, так из него еще торчит эта едва ли не двадцатиметровая пальма. Она, конешно, прибавляет устой-чивости - к ней крепится крыша, но сейчас является и громоотводом, притягивающим молнии. Вспомнились попадавшиеся не раз усохшие до срока деревья, растрощенные сверху донизу, - верняк ставшие жертвой гроз. Надо немедленно покинуть вигвам!

– Ама Сю, - оторвав ее ладошку от уха, приказал он девчонке, - скорее беги к отцу! Скажи от моего имени, пусть он и все, кто с ним, срочно покинут вигвам и переждут ливень в постройке, где сложены копья и дубины. Иначе может случиться беда: духи нашлют огонь и всех лишат жизни. Ты поняла?

Замба хотел ее проводить, но Андрей придержал:

– А ты пробеги по всем вигвамам и передай: пусть тоже укроются от небесной воды в подсобках без деревьев в крыше. А то злые духи спустятся с неба и сделают большой костер. Так, скажи, велел Посланец неба, то есть я, а нас найдешь вон в том шалаше.

Замба выскочил выполнять задание, а они с Танбой укрылись в подсобном шалаше неподалеку. "Не напрасно ли я взбаламутил народ?
– засомневался он, сидя на куче сухих листьев и наблюдая за творящимся снаружи.
– Скорей всего, ничего страшного не случится - не впервой же здесь такой разгул непогоды!.. Но как бы там ни было, лучше не рисковать: с грозой шутки плохи. А пальмы нужно срубить по самые крыши", решил он.

– Слышь, Танба...
– пользуясь промежутками между раскатами грома, обратился к соседу.
– Небесный огонь не причинял вам...
– переждав очередной грохот, пояснил: - Я хотел сказать - не лишал ли он кого-нибудь жизни?

– С тех пор, как мы на новом месте, такое было всего один раз.

– А часто здесь льется с неба вода и вот так сверкает и гремит?

– Часто. Духи любят стучать в барабаны и разбрасывать искры от своих костров. Но шаман всегда просил их делать это над Большой Водой, - пояснил он.

"Легко же дурачить людей, когда они неграмотны!
– подумал Андрей. Верят всяким выдумкам. А придумал шаман эту чушь, чтобы сородичи сытно кормили да потакали всем его прихотям".

Он знал, что и на новом месте, после того, как "одноухие" увели всех молодых женщин, шаман потребовал у вождя племени его чудом уцелевшую старшую дочь для своего младшего брата, который считался хранителем огня. Грозился послать ураган, если вождь откажется, сулил ублажать духов, чтобы берегли селение от небесного огня, если согласится. В результате девушка в шестнадцать лет была отдана в жены старику. При этом оказалось, что "мужьями" ее стали еще и его сыновья-телохранители. Жизнь бедняги стала невыносимой настолько, что она не раз убегала куда глаза глядят. Но ее находили и возвращали обратно...

Вера в могущество и боязнь коварства этого жреца от религии была столь велика, что вождь племени не решался забрать дочь к себе даже после исчезновения "повелителя духов".

Вернулся Замба и доложил, что все жители, кроме хранителя огня, выполнили распоряжение - перебрались с детворой в подсобные постройки.

– А как моя сестренка?
– с тревогой спросил Танба.

– Она дрожала от страха, я отвел ее в другой вигвам, как было сказано. У нее там сухо и тепло.

Андрей хотел похвалить его за исполнительность, но не успел: одновременно с ослепительной вспышкой грянул удар грома настолько мощный, что потемнело в глазах. Когда через несколько секунд он их размежил, то заметил, что у пальмы над шаманским вигвамом пропала верхушка, а крыша окутана облаком пара.

– Танба, Замба! Да очнитесь же вы, - стал он тормошить оглушенных соседей.
– В вигвам шамана ударил небесный огонь. Это же рядом с твоей сестрой - бежим, может ей плохо!..

Сестру Танбы, вусмерть напуганную, нашли живой и невредимой, брат принялся ее успокаивать, а Андрей проскочил к "хранителю огня". Обнаружил его в среднем отсеке вблизи еще горячего ствола пальмы, без признаков жизни. Молния поразила его наповал...

Но вот гроза переместилась к востоку, ливень пошел на убыль и вскоре прекратился вовсе. Снова ослепительно засверкало солнце, население высыпало наружу, детвора принялась бегать и купаться в лужах - жизнь забила ключом.

Смерть шаманова родственника никого не огорчила. И тем более - его молодую вдову: кончились ее страдания, и теперь она может жить при родителе. Андрей тоже был в душе доволен: не зря будоражил людей в самый разгар ливня! Ведь не утащи Замба девушку за десять метров от злополучного вигвама, ей бы тоже несдобровать. А само это событие лишь прибавило ему уважения, и без того всеобщего и глубокого.

Когда, согласно обычаю, труп хотели зажарить и съесть, ему без труда удалось отговорить вождя от такого дикого ритуала. Помощника шамана отнесли к океану и оставили на съедение лангустам, крабам и прочим омарам. Так закончилось это незначительное приключение.

А настоящее случилось полторы недели спустя.

Двое лучников, охотившихся в окрестностях джунглей на обезьян, прибежали запыхавшиеся донельзя и взволнованно доложили вождю, что ими замечена банда "одноухих". Андрею уже было известно об этих дикарях многое, в том числе и о странном их обычае - отрезать левое ухо юношам, достигшим определенного возраста. Делалось это во время ритуала посвящения в воины. Впрочем, странного в этом мало: дикари - они и есть дикари, считал он. А чем лучше - протыкать в ушах, а тем более в носах дырки для вдевания заноз? Но это хоть делалось, можно предположить, ради того, чтоб выглядеть мужественней в глазах девушек и тем завоевать согласие стать женой. Но оттяпать ухо - до такого мог додуматься разве что какой-нибудь самодур из шаманов или вождей, считающих, что им все позволено...