Чтение онлайн

Только через шесть месяцев после конкурса Фрэнку Зейну удалось наконец встретиться с Арнольдом лицом к лицу. Фрэнк был убежден и продолжает быть уверенным в том, что неожиданное участие Арнольда в "Мистере Олимпиа - 1980" было вызвано его критическим замечанием после прошлогоднего конкурса. "Я знал, что отчасти мотивом его была месть, - говорит Фрэнк.
– Он определенно сделал так, чтобы вступить со мной в схватку. Он ничего не говорил о своих намерениях, пока не прибыл на шоу со своей спортивной сумкой".

Фрэнк и Арнольд встретились, как старые друзья, и позавтракали друг с другом. Фрэнк сразу же затронул тему конкурса. Арнольд в ответ сказал: "Если бы Джимми Картер пошел к Рональду Рейгану и сказал: "Вот план, с помощью которого я рассчитываю выиграть у тебя на следующих выборах", Рейган, естественно, воспользовался бы этим. Картер и Рейган - не друзья. Они - соперники. Так что это вопрос стратегии". Для Арнольда, когда вопрос стоял о победе в соревнованиях, дружба ничего не значила.

Фрэнк и Арнольд все же остались друзьями. Но клеймо за Арнольдом осталось. Его критиковали за появление на помосте состязаний "Мистер Олимпиа" в последнюю минуту и подтасовку результатов. Это омрачало победу Шварценеггера и уронило его авторитет в мире культуризма. К тому же Арнольд, с типичной для него бравадой, подлил масла в огонь, в торжествующих тонах расписав свою победу в борьбе за титул "Мистер Олимпиа - 1980" в дополненном издании книги Джорджа Батлера и Чарльза Гейнса "Качая железо". Арнольд писал, что просто хотел "хорошенько повеселиться", удивить своих противников и "посмотреть, какими они будут выглядеть дебилами". Он рассчитывал, что они "сойдут с колеи" и "карьера, которую они планировали, будет в две секунды спущена в сортир".

В результате конкурса "Мистер Олимпиа - 1980" Арнольд вполне мог лишиться своей короны в культуризме. Последнее слово, однако, осталось за Шварценеггером, который, навестив Рика Уэйна вскоре после конкурса, сказал: "Я знаю, что сейчас у меня настанут трудные времена, но дайте мне год - может быть, даже полгода - и все забудут об этом шуме. А я все же завоюю титул "Мистер Олимпиа" семь раз". Так оно и вышло.

29 октября 1980 года "История Джейн Менсфилд" - фильм, в котором Арнольд сыграл роль Микки Харджитея, был показан по телевидению. Лоуни Андерсон, игравшая Джейн, в постельных сценах создала вместе с Арнольдом, по мнению зрителей, весьма страстную атмосферу. Говорили, что Андерсон привела в изумление режиссера, преждевременно завершив съемку одного из любовных эпизодов словом "конец", в то время как Арнольд буквально пылал от страсти. Позднее Лоуни скажет Арнольду: "Благодарю. Если я когда-либо буду разводиться, я позову тебя на помощь". Но как бы то ни было, когда этот фильм компании "Си-Би-Эс" вышел в свет, по всеобщему мнению, Арнольд излучал в нем шарм и обаяние, сравнимые лишь с теми, которые проявятся в фильме "Близнецы" восемь лет спустя.

До начала съемок он встретился с Микки Харджитеем. Микки, завоевавший титул "Мистер Вселенная" на конкурсе НАББА 1956 года на одиннадцать лет раньше Арнольда, воплощал традиционный тип культуриста, достигшего славы до того, как - отчасти благодаря Арнольду - культуризм приобрел респектабельность и стал спортом больших денег.

История Микки Харджитея - пример того, каких огромных успехов может достичь культурист, и вместе с тем - судьбы, которая могла бы выпасть на долю Арнольда, если бы не его интеллект, проницательность в выборе стратегии и искусная самореклама. Согласно фильму, Микки встретил Джейн во время своих выступлений в латиноамериканском квартале Нью-Йорка в группе силачей Мэя Уэста, которые, подобно всем, кто тогда занимался культуризмом, не воспринимались иначе как громадные куски мяса. Это отношение подчеркивается в эпизоде, когда Джейн ведет своего нового дружка к Конвею, руководителю ее студии.

При виде Микки Конвей холодно замечает: "Я полагаю, этот здоровяк и есть твой телохранитель, Джейн?" Хотя сцена относится к пятидесятым годам, предположение Конвея о том, что культуристы обречены быть не более, чем телохранителями, было хорошо знакомо Арнольду. Он и сам наталкивался на подобное пренебрежительное отношение к культуризму в начале семидесятых годов.

Предположение руководителя студии о том, что Микки - культурист наверняка нанесет ущерб имиджу Джейн, также характерно для того времени. В фильме "История Джейн Менсфилд" культурист показан как персона "нон-грата". В целом, эпизоды фильма с Микки Харджитеем, в которых он изображается как нечто среднее между мальчиком из церковного хора и здоровенным недоумком, лишь подчеркивают происшедшие перемены в общественном статусе культуристов. В наши дни их не только приглашают руководители студий, но они вхожи даже в клан Кеннеди.

Арнольд глубоко проникся жизнью Джейн Менсфилд и позднее говорил, что многое о шоу-бизнесе он узнал, изучая карьеру белокурой секс-бомбы. И в самом деле, история Джейн Менсфилд - женщины, вынужденной строить свою профессиональную карьеру, демонстрируя великолепное тело, хотя она и обладала высоким интеллектом - характерна и для Арнольда. Во всяком случае, его карьера могла бы оказаться сходной.

По фильму, Джейн, с ее коэффициентом интеллектуального развития 162 и неуемным честолюбием, принимает решение эксплуатировать свое тело до тех пор, пока не станет знаменитой. Джейн надеется, что, когда она станет кинозвездой, то сумеет проявить и свой интеллект. Как и Арнольд, она придает большое значение рекламе и, подобно ему, анализируя причины привлекательности голливудских звезд, приходит к выводу: "Они не столько актеры, сколько статичные типажи".

Обладая самым восхитительным телом в мире, она, как и Шварценеггер, соглашается играть посредственные роли в третьеразрядных фильмах типа "Геракл отправляется в Нью-Йорк", будучи убеждена в том, что со временем она "войдет в каждый дом", и тогда уж "им не останется ничего, кроме как давать мне такие сценарии, какие я пожелаю". Позднее Арнольд скажет о Джейн Менсфилд: "Ты вынуждена была утверждать себя там, где никто о тебе и не слышал. Тебе пришлось лепить самую себя. И по мере разрастания киноимперии, медленно, чтобы продюсеры не успели осознать это, возводить собственную маленькую крепость. И вдруг они обнаружили, что уже ничего не могут сделать, и вынуждены идти к тебе, потому что у тебя есть то, что они хотят. Ибо ты прочно стоишь на ногах и твои фильмы неизменно приносят продюсеру или студии доход".

К сожалению, фильмы с Джейн Менсфилд, за исключением картины "Это не ее вина", не приносили студии достаточной прибыли, и она попала в западню алкоголизма и проституции. Арнольд подобной ошибки не совершит.

Вместе с тем, фильм "История Джейн Менсфилд" перекликается и с самыми мрачными сторонами жизни самого Арнольда. Так же, как и Микки Харджитей, он размышлял о судьбе Джейн: "Для нее было очень важно достичь успеха в жизни. Меня всегда интересовало, что толкало ее на постоянное стремление к славе". Вспомнив, что отец Джейн умер, когда ей было три года, Арнольд сам ответил на свой же вопрос: "Да, ей все время не хватало любви".

В конце 1980 года, обедая с Риком Уэйном, Арнольд рассказал ему о своих планах сделать миллионный фильм. Рик было предположил, что он имеет в виду тот миллион долларов, в который встанут съемки фильма, но Арнольд милостиво просветил его на этот счет: "Ну, нет, я имею в виду, что этот фильм принесет миллион долларов мне". Такой картиной стал "Конан-варвар".

Герой фильма - мускулистый сверхчеловек Конан, живший в мифическую Гиборейскую эру двенадцать тысяч лет тому назад - по словам сотворившего его в своей книге Роберта Хоуарда, "охвачен страстью убивать, всаживать нож в живую плоть поглубже, проворачивая окровавленное лезвие в кишках". Но сколько бы ни были пропитаны кровью и внутренностями рассказы Хоуарда о Конане - а, может быть, именно поэтому - но их почитатели буквально молились на своего героя.