Чтение онлайн

Рамакришной звали совершенно бескрышного индуса, который всю жизнь прожил одной ногой в нирване. Если бы он был хоть немного заинтересован в развитии своего интеллекта, то история неофициальной философии начиналась бы именно с него. Но, увы и ах, он был так же далек от философии, как Борис Моисеев далек от национал-большевизма.

Но Вивекананда – другое дело. Он чуть ли не наизусть знал все основные Упанишады и в общих чертах был знаком с Буддизмом. Я мог бы даже назвать его полноценным представителем неофициальной философии, если бы не одно но. Неофициальная философия – это результат синтеза западной теории и восточной практики, а Вивекананда был полностью человеком Востока, хотя и далеко не дурак. Он как бы удобрил западную почву восточной мыслью, за что ему большой респект.

Многие считают Вивекананду откровенным популяризатором и поверхностным мыслителем. Первое отчасти правда, но со вторым я категорически не согласен. Да, книги Вивекананды написаны как бы для детей, но по кой-каким незаметным мелочам хорошо видно, что эти сказки рассказывает специалист.

И если Блаватская, как и положено женщине, специализировалась по Тантре (которую она на западный манер именовала оккультизмом) – чакры там всякие, тонкие тела и прочая энергетика, то Вивекананда давал чистую Йогу, т.е. напирал в основном на просветление.

Написал он не так уж и много, но все равно, я не могу вам рекомендовать его сочинения в отрыве от информации о Рамакришне. Для этого вполне сгодятся книги «Рамакришна и его ученики» Ишервуда, «Провозвестие Рамакришны» и проч.

Фух. Надеюсь, на ближайшую неделю вам уже есть чего почитать, а то я уже маленько притомился рассказывать. Клятвенно обещаю больше таких длинных глав не писать. Честное слово, сам не знаю, что на меня нашло.

Как правильно заметил маньяк Шопенгауэр, мир состоит из энергии и информации. А я бы добавил, что он состоит также из женщин и мужчин, которые вот уж которое тысячелетие упорно пытаются друг друга понять и не понимают ни грамма, просто потому, что среда обитания первых – это энергия, а среда обитания вторых – информация. И то, что этим миром правят большей частью мужчины, обусловлено тем, что именно информация управляет энергией, а не наоборот.

Вот я говорил, что в интеллектуальном плане даже самые выдающиеся представители неофициальной философии, все вместе взятые, значительно уступают какому-нибудь одному-единственному Карлу Марксу. Это происходит потому, что Карл Маркс 99% всей своей жизненной силы направил на овладение искусством манипулировать информацией, и только 1% – на рост бороды. А для того, чтобы жить так, как об этом пишет Карл Маркс и другие философы, надо вдвое, а то и втрое, урезать приток крови к головному мозгу. Надо надолго забыть про Интернет и молодецким брасом переплыть из моря информации в океан энергии. И потом осваиваться там не один год, перепонки промеж пальцев отращивать. Поэтому вероятность, что человек из мира энергии вдруг возьмет и напишет какой-нибудь псевдофилософский опус, настолько ничтожна, что более реальной кажется вероятность того, что следующую нобелевку по физике получит Бритни Спирс.

Тем не менее, очень редко, но даже козёл рожает. Поэтому-то я и говорю, что настоящие бойцы невидимого фронта – это не Кант, не Гегель и даже не горячо любимый всеми нами театральный философ Евгений Гришковец, а стрёмные люди с безумным взглядом стеклянных глаз и нетвёрдой походкой тестируемого на содержание алкоголя в крови водителя – Георгий Иванович Гурджиев, Шри Ауробиндо, Джидду Кришнамурти и Ошо.

Их невнятные писания – это рука помощи, которую они героически протягивают нам из другого измерения, засосавшего их с головой почище всякого болота, дабы мы помогли им оттуда выкарабкаться.

В случае Гурджиева, надо оговориться, орден за писательский героизм не достался ему единолично. Как у Сократа был Платон, так и у Гурджиева был Петр «Четвертое Измерение» Успенский. Последний имел широкую известность в узких кругах как писатель и чтец лекций на тему «есть ли жизнь на марсе – науке не известно». Их тандем работал просто, как все гениальное: Гурджиев генерил информацию, а Успенский её структурировал. О так называемой «философии Гурджиева» мы знаем именно из книг Успенского.

В действительности, конечно, никакой философии у Гурджиева не было. В башке у него парил один сплошной и беспросветный «мерцающий туман», из которого он мог лепить все, что угодно. Поэтому и мы можем говорить только о каких-то телегах, которые он в свое время прогнал, а по сути сказать нам будет нечего, так как высказываниями по сути он себя не затруднял. Ну, это профессиональная болезнь всех мистиков в том смысле, что мистик – он как студент на экзамене, глаза умные, всё понимает, а сказать ничего не может.

Прежде чем перечислить все основные гурджиевские телеги, коими он основательно наследил в истории философской мысли, скажем еще пару слов о товарище Успенском, который был основным ретранслятором этих идей, и о той парадигме, в которую он их проталкивал.

Успенский был ницшеанец с детства. Эпоха обязывала – Ницше в то время был культовым персонажем типа Квентина Тарантино. Поэтому маленький Успенский, заходя пешком под стол, уже размышлял о сверхчеловеке, вечном возвращении и прочей метафизике. А когда подрос и познакомился с так называемыми «идеями Гурджиева», то приложил все усилия к тому, чтобы изложить их в том же самом ницшеанском русле. Но нет дыма без огня. Возможно, что Гурджиев действительно был наиболее ярким и колоритным воплощением ницшеанского идеала, но Ницше к тому времени уже не мог ни подтвердить, ни опровергнуть это.

Как бы то ни было, «философия Гурджиева» оказывается под колпаком у Ницше, как и вся неофициальная философия в целом. Именно поэтому я и назвал последнего её предтечей . В противном случае не было бы никакой неофициальной философии – были бы лишь выдающиеся представители каких-то традиционных религиозных течений, типа суфизма, индуизма, ламаизма и тантры. Но Ницше сошел с ума не зря – он дал мятущимся массам новую точку отсчета, позволяющую им не отождествлять свои пути с той или иной традицией и не забивать голову инфантильной поповщиной. И если вы хотите сказать кому-нибудь спасибо за то, что у вас по жизни есть альтернатива диакону Кураеву, скажите спасибо Ницше.

Тут недавно по телевизору показывали фильм про остров Пасхи. Остров Пасхи – это небольшой кусок украинской степи посреди океана. Там никто не живет, только на одном берегу валяются, уткнувшись каменными мордами в ковыль, сотни гигантский статуй. Почему на острове никто не живет, историки в курсе. В 17 веке остров открыли европейцы. Открыли – значит перестреляли половину мужского населения и перетрахали все женское. В результате часть аборигенов развалилась от сифилиса, а оставшихся европейцы заразили оспой – всё как в «Марсианских хрониках» Бредбери. Ну, это понятно – нормальный процесс освоения новых земель и его издержки. Но вот чего историки долго не могли понять, это почему все статуи богов повалены на землю и как они попали на этот берег острова, если все каменоломни – на противоположном берегу? Археологи стали копаться в грязи, как это они обычно любят, повытаскивали оттуда кучу семян пальм, которые на острове не растут, массу костей птиц, которые над островом не летают, сотни каменных топоров и тысячи проломленных черепов. Все это дело загрузили совковыми лопатами в мощный компьютер, который пожужжал полчаса, потом включил принтер и выдал распечатку на листе формата А4 со следующим текстом: